– Знаешь, перед тем как ты позвонил, я узнал потрясающую вещь, – чувствуя подступающее волнение, осторожно начал Коул. – Это может перевернуть всю мою жизнь.
Когда Коул заговорил, Коди рассматривал свои руки, нервно хрустя пальцами. Уловив что-то непривычное в тоне Коула, он внимательно посмотрел на него.
– Что же это такое?
– Я случайно узнал, что у меня есть четырнадцатилетний сын, о существовании которого даже не подозревал.
Глава 2
– Эллисон, ты умеешь хранить тайну? – Коул чувствовал себя взрослым, еще бы – он уже ходит в первый класс и каждый день уезжает с ранчо в школу. Правда, он скучает по своей четырехлетней подружке, которая, сколько он себя помнит, повсюду следует за ним по пятам. Вот и сегодня она встречала его в полдень после школы, а он едва дождался, когда сможет показать ей то, что нашел этим утром.
Эллисон, как и он, была в рубашке, джинсах и сбитых ботинках. У нее на спине болтались две тугие косички, а в черных глазах, смотревших из-под густой челки, застыло неподдельное любопытство.
– Конечно, умею, – ответила она с вызовом, – он еще спрашивает! – А про что? Коул направился к загону для скота, где он сегодня утром выследил кошку.
– Сама увидишь, – сказал он с улыбкой, довольный, что у него есть тайна.
Пройдя через загон, он подошел к пристройке, на чердаке которой был сеновал, и, остановившись около приставленной к стене лестницы, повернулся к Эллисон и приложил палец к губам.
Эллисон понимающе кивнула. Коул, осторожно ступая на перекладины, полез вверх. Убедившись, что на чердаке никого нет, он подал знак Эллисон и стал ждать.
Эллисон его не разочаровала. Она храбро взбиралась по лестнице, сосредоточенно прикусив нижнюю губу. Только огромные глаза, занимавшие, казалось, половину ее белоснежного лица, были широко распахнуты, выдавая скрытый страх. Добравшись, наконец, до него, она дрожала, но не жаловалась и не ныла.
Коул на четвереньках пополз в дальний угол, Эллисон за ним. Там он молча показал ей пальцем, куда надо смотреть. Эллисон заглянула Коулу через плечо и вся засияла от радости и умиления. Он был доволен произведенным эффектом.
– А сколько их там? – прошептала она. Коул поднял три пальца.
– А где их мама?
– Не знаю. Но ей не понравится, если она узнает, что мы нашли ее тайный дом. Она может их тогда перетащить отсюда и спрятать в другом месте.
Крадучись, они отправились обратно тем же путем. Коул спустился первым, чтобы убедиться, что их никто не видел. Обоим строго-настрого запрещалось лазить на чердак. Эллисон вскоре присоединилась к нему и, как только ее ноги коснулись земли, тут же нарушила молчание, радостно воскликнув:
– У нас теперь есть котята! Вот здорово! Коул сдержанно кивнул, гордый оттого, что это он их обнаружил.
– Мы будем за ними ухаживать?
– Не знаю Наверное.
– А ты их гладил? Коул покачал головой.
– Если кошка учует мой запах на котятах, она заволнуется. Думаю, они совсем недавно родились.
– О, Коул, я так хочу одного.., для себя.
– Ну, может быть, твои родители и разрешат тебе взять котенка на день рождения. Эллисон от радости захлопала в ладоши.
– Ты думаешь? Я их попрошу. Коул попросил у своего отца разрешения подарить одного котенка Эллисон, когда ей исполнится пять лет Сделав сыну выговор за то, что тот лазил на чердак, отец велел спросить на это согласие родителей девочки – Тони и Кетлин.
Тони был на ранчо управляющим. Отец Коула в шутку называл его боссом. Коул просто боготворил Тони. Это был смуглый, немногословный человек, но всем в округе было известно, что он самый лучший ковбой, из всех живших когда-нибудь на земле. Тони всем распоряжался на их ранчо под названием «Круг К». С его женой Кетлин было просто договориться. Она и мать Коула были так похожи, что вполне могли сойти за сестер. Обе рыжеволосые и удивительно белокожие. Кетлин всегда улыбалась и была ласкова и обходительна с людьми. Выслушав предложение Коула, она, смеясь, тут же согласилась, что самый лучший подарок Эллисон на день рождения – маленький котенок.
Она сама выбрала для дочери котенка – полосатого, как тигр, и он потом вырос в огромного котищу.
Эллисон назвала его Крайбейби.
К тому времени, когда ему исполнилось десять, у Коула появились дела поважнее, чем возиться с девчонкой, пусть даже такой, как Эллисон. Как-то в жаркий полдень Коул хотел незаметно ускользнуть из дома, но вскоре обнаружил, что Эллисон не отстает от него ни на шаг.
Разозлившись, он накричал на нее:
– Что ты за мной везде таскаешься?
– Хочу и буду, – невозмутимо ответила Эллисон. – А потом, я иду не за тобой, а к моему папе. – С независимым видом она засунула руки в карманы джинсов. – Так что ты здесь ни при чем.
– Говоришь, что идешь к нему, а привязалась ко мне, – оборвал он ее с нескрываемой злостью. – Они с моим отцом поехали в пикапе посмотреть, что делается на ранчо.
Эллисон молча пристально смотрела на него, но в ее черных глазах был горький упрек.
Коул не выносил, когда она так смотрела на него. Этот взгляд заставлял его чувствовать себя подлецом. Ведь на ранчо ей, кроме него, не с кем было играть. Кэмерон младше ее, и ей с ним так же скучно, как и ему, Коулу. Мать Эллисон больше всего занята собой, а его мама ведет большой дом и опекает Кэмерона, ей не до Коула, к тому же скоро она подарит им маленького брата или сестренку. А что касается тети Летти, она вечно ворчит на него за то, что он задает слишком много вопросов. Он с трудом вырвался из дома и решал сложный вопрос, чем бы ему заняться. А тут как назло эта Эллисон прицепилась к нему, как хвост.
– Ну ладно, – сказал он недовольно. – Так и быть, пошли. Но обещай, что никому не скажешь, куда мы ходили. Это мое тайное место, о нем никто не знает.
– А мы не можем поехать туда верхом?
– Нет. Мой отец сказал, что верхом нам можно ездить только с твоим отцом. Она улыбнулась.
– Потому что мой папа самый лучший наездник во всем мире! У него столько за это наград!
Повзрослев, Коул ближе познакомился с Антонио Альваресом. Но по-прежнему поклонялся ему. Он видел все награды, полученные непревзойденным ковбоем на родео до того, как отец Коула уговорил его работать на ранчо. Это произошло за несколько лет до рождения Коула.
Мама рассказывала Коулу, что отец и Тони подружились в армии во время войны в Корее. А потом она и жена Тони тоже стали подругами.
Как бы ему хотелось, чтобы Эллисон была мальчишкой! Тогда с ней было бы куда интересней играть. Правда, она и так неплохо бегает, стреляет из игрушечного пистолета не хуже его, страшно проворна и совершенно ничего не боится. В первый и последний раз он видел ее плачущей, когда заявил ей, что не будет с ней играть, потому что она девчонка, пусть лучше катится домой и отстанет от него.
