В этот вечер, когда мы уже вернулись в лагерь, я впервые заметила проявление полового инстинкта у Гупы во время игры с Эльсой и Джеспэ. Конечно, это было лишь очень смутное влечение, смысла которого он сам не понимал. Удивительно, ведь львятам только что исполнился год, у них еще молочные зубы!
Всю ночь было слышно, как семейство бродит по лагерю, и только после завтрака они затрусили к поваленным пальмам.
Здесь Эльса остановилась, разглядывая грузовик. Потом осторожно поднялась на кабину и села. Десять дней я ждала этого, а теперь мне было грустно видеть, как доверчиво Эльса сидит на машине, которая должна увезти ее в чужие края.
Я подошла к ней и попыталась извлечь личинки, но Эльса не далась. Она вылизывала болячки, которых всего было семь штук. В общем-то ничего особенного, у нее их бывало и по полтора десятка.
Немного погодя львята скрылись в буше, Эльса пустилась вслед за ними. Под вечер семейство возвратилось и затеяло игру на бревнах. Львята не давали Эльсе покоя, пока она не ушла от них на кабину грузовика. Они без труда могли бы добраться до нее, но машина им не нравилась, они всегда ее обходили.
Рано утром в палатку донеслось обращенное к львятам ласковое мяуканье Эльсы. «Мхн-мхн-мхн». Такой мирный, уютный звук, у меня от него всегда подымалось настроение.
Вскоре семейство отправилось к лагге. Днем и я пошла туда, захватив альбом. Эльса встретила меня ласково, и даже Гупа милостиво кивнул. Мы чудесно провели время. Львята играли, я рисовала, в общем, полное счастье, если бы не грустные мысли о предстоящем отъезде, который только чудо могло отвратить. Я старалась, чтобы Эльса не заметила, как я расстроена, ей ведь и без того худо от болячек.
Когда, по ее мнению, настала пора идти домой, она лизнула каждого из нас по очереди. Интересно, сколько еще времени сможет она поддерживать дружбу между всеми нами? Долго ли львята будут признавать меня? Если мы сумеем вырастить их дикарями, нашим дружеским отношениям рано или поздно придет конец. Ведь наше тесное общение тянулось так долго лишь потому, что мы были вынуждены жить здесь, охраняя семейство от браконьеров. Однако, если отвезти львят к озеру Рудольф, их приобщение к дикой жизни может затянуться, а то и вовсе сорваться! Но как бы то ни было, я не вправе преграждать им путь к вольной жизни.
Эльса непрестанно лизала свои болячки. Я надеялась, что от этого они быстрее заживут. Прошлую ночь Эльса снова провела возле моей палатки и от еды отказалась. Я сидела неподалеку от нее, когда ко мяса подошел Гула, приглашая поиграть. Это было так необычно, что мне не хотелось ему отказывать, но Гупа, как и Джеспэ, не научился убирать когти, и пришлось скрепя сердце разочаровать его. Я присела на корточки и ласково заговорила с ним, глядя ему в глаза. Хоть бы он понял, что я люблю его, если даже и отказалась поиграть с ним. Джеспэ вывел меня из затруднения, затеяв потасовку с братом. За последнее время у них заметно отросли гривы, у Гупы потемнее и почти вдвое длиннее, чем у Джеспэ. И голос у него был более грубый, порой даже грозный. Словом, молодой сильный лев.
На следующий день я снова нашла все семейство в лагге. Альбом был со мной, но я не стала рисовать, а села рядом с Эльсой и погладила ее по голове. Она лежала тихо, но стоило мне коснуться ее спины или приблизить руку к болячкам, как Эльса начинала ворчать. Нос у нее был холодный и влажный: верный признак болезни. Из двух болячек сочился гной. Я надеялась, что они сами очистятся, и по-прежнему не давала Эльсе сульфаниламида, чтобы не ослаблять ее естественной сопротивляемости. Я была уверена, что во всем виноваты личинки, и мне не приходило в голову взять у нее кровь для анализа.
Когда стемнело, Эльса выбралась из лагги и залегла со львятами в буше неподалеку. Ночью они в лагерь не пришли. Это случалось и прежде, но теперь я волновалась из-за болезни Эльсы и, как только рассвело, поспешила к гряде. Увидев все семейство на скале, я вздохнула с облегчением. На мой голос Эльса подняла голову. Львята не пошевельнулись.
Потом мы вместе с Нуру еще раз ходили к гряде. Эльса вышла нам навстречу из зарослей у подножия, с нею был Джеспэ. Она ласково приветствовала нас, но я сразу заметила, что она тяжело дышит и передвигается с трудом. Джеспэ выступал в роли телохранителя, он не давал мне погладить Эльсу. Я посидела рядом с нею, потом, когда Гупа и Эльса-маленькая спустились со скалы, мы все вместе направились в лагерь. Львята раздражали Эльсу, особенно чувствительна она была к прикосновениям. Стоило кому-нибудь из них задеть ее, как она прижимала уши и рычала. Львица разрешила мне идти рядом и отгонять мух, но, когда кто-то из львят хотел затеять с нею возню, она рассердилась. Я никогда еще не видела, чтобы Эльса так вела себя. Пока мы шли через буш к дороге, она много раз садилась отдыхать. В лагере Эльса сразу отправилась к лендроверу и улеглась на крыше с большой осторожностью, чтобы не придавить болячки. Она пролежала там весь вечер. Я принесла ее любимый костный мозг, но Эльса только поглядела на лакомство и отвернулась. Когда я попробовала погладить ее лапы, она убрала их.
Утром меня разбудила беготня львов вокруг палаток, Эльсы слышно не было. Я ждала, когда прозвучит знакомое мяуканье, но уловила только звонкое «цяннь» Джеспэ. Он заглядывал через калитку ко мне в бому. Я вышла и увидела на берегу реки Гупу, который собирался переправиться. Заметив меня, он испуганно тявкнул и прыгнул в воду. На том берегу его приветствовали остальные члены семейства.
Скоро будет месяц, как мы получили предписание вывезти львов. Три недели назад Джордж отправился на разведку к озеру Рудольф. Мы собирались тронуться в путь 20 января. Сегодня уже 19-е, а львята еще ни разу не поднимались в кузов «темзы». «Бедфорд» не прибыл, Эльса больна, новое место для львов не найдено, и неизвестно, как их перевезти. Ясно, что в намеченные сроки мы не уложимся.
Глава третья. ПОИСКИ НОВОГО ПРИСТАНИЩА ДЛЯ ЛЬВОВ
Вечером приехал Джордж и привез дурные вести. На двух лендроверах и грузовике он и Кен Смит сперва добрались до залива Алиа, к северу от гряды Лонгендоти. (Мы побывали там вместе с Эльсой во время сафари, описанного мной в книге «Рожденная свободной».) Обращенный к озеру Рудольф склон гряды расчленен речными долинами. Здесь Джордж надеялся найти подходящее место для Эльсы и львят. Никто еще не добирался на автомобиле до этих уединенных долин, и первым делом нужно было найти сносную дорогу. Они разбили лагерь и вдруг с удивлением заметили огромные стада коров, которые паслись на берегу и даже поедали камыш в озере, где их подстерегали крокодилы. Причиной этого необычного скопления скота была сильная засуха, вынудившая пастухов из племен самбуру и рендилл забраться севернее обычного в поисках пастбищ.
