Я положила на видном месте мясо, чтобы они сразу его заметили, но львята не показывались и не откликались, как я их ни звала. В ответ мне звучал только многоголосый хор гиен. Откуда их столько взялось? На ночь мы привязали козлятину недалеко от палатки Джорджа. Но львята и ночью не пришли. Слушая зловещий вой гиен, мы совсем встревожились. Если это зверье нападет на львят, им придется худо…
Утром поиски возобновились. По следу Джеспэ мы дошли вдоль берега до островка, на котором Эльса лежала накануне своей смерти. Мы несли с собой мясо, надеясь приманить им львят в лагерь. Но когда увидели в зарослях Джеспэ, который голодными глазами смотрел на козлятину, — отдали ему все целиком. Он бросился на мясо и с жадностью принялся его уничтожать. Послышался шорох, и метрах в двадцати от нас показалась Эльса-маленькая, но, встретившись со мной взглядом, она нырнула в чащу.
Мы опасались гиен, которые голосили прошлой ночью, и хотели видеть львят около лагеря. Поэтому больше не стали давать нашим подопечным мяса, надеясь, что голод заставит их прийти.
Кену надо было возвращаться в Исиоло, и мы пошли его проводить. А когда вернулись, захватили с собой козлятину для Эльсы-маленькой и Гупы и отправились их разыскивать. Только мы дошли до того места, где утром встретили Джеспэ, как он выскочил из-за куста, схватил все мясо и скрылся. Зная, как были голодны Эльса-маленькая и Гупа, мы сходили за остатками туши. Вскоре появился Гупа. Тогда мы поволокли мясо к лагерю. Все три львенка пошли за нами, но они явно чего-то опасались. Когда мы переправили козлятину через реку, львята остались на другом берегу. Оттуда они часа два следили за нами, однако переплыть не решались, сколько мы их ни звали. Привязав тушу к дереву, мы ушли в лагерь.
Тем временем наши люди привезли с Больших скал три грузовика камня. Мы сложили на могиле Эльсы высокое надгробие и сняли вокруг дерн. Я задумала посадить там вьющиеся растения, чтобы со временем они заплели камни и скрепили их. На одном конце могилы я посажу два куста эвфорбии, на другом — один куст. Пусть они изображают охраняющих могилу детей Эльсы… Кругом будет чистая полоса шириной в метр, а дальше — два ряда алоэ. Еще мне хотелось увенчать надгробие каменной плитой с именем Эльсы.
Больше часа я помогала устраивать могилу, потом вернулась к. львятам. Джеспэ и Эльса-маленькая ели мясо, Гупа все еще оставался на другом берегу. Я вернулась к могиле.
Вечером мы с Джорджем пошли еще раз проведать своих подопечных. Джеспэ и Эльса-маленькая дремали возле козлятины, а Гупа так еще и не отважился переправиться. Тогда мы решили его спровоцировать. Джордж сделал вид, что тащит мясо к лагерю, но тут вмешался Джеспэ и отстоял козлятину. Мы возвратились к палаткам, надеясь, что Гупа в конце концов соберется с духом и придет за своей долей.
Позднее, когда мы сидели у палатки Джорджа, послышался голос Джеспэ: «Цяннь!» Мы попросили боев поскорее принести мяса. Как только появилась туша, Джеспэ стал подкрадываться к ней, но тронуть не посмел, а когда ее поместили у палатки, он сразу же ушел. Чтобы привязать мясо на ночь, надо было забрать цепь с того места, где мы виделись со львятами днем. Однако, придя туда, мы не нашли ни цепи, ни мяса.
Вернувшись в лагерь, мы застали там всех троих. Они жадно рвали мясо, но, завидев нас, ринулись прочь. Видимо, Джеспэ сперва приходил как разведчик, а потом привел сестру и брата. После смерти Эльсы он взял на себя роль предводителя и защитника. Когда до лагеря снова донесся протяжный вой гиен, мы обрадовались, что львята здесь, неподалеку. Однако подойти к мясу львята отважились лишь после того, как мы легли спать.
На рассвете я отправилась искать их и обнаружила всех троих на гряде Ворчун. Они заметили меня, но на зов не откликнулись.
А Джордж в это время искал их у реки. Около порогов, посреди потока, он увидел останки буйвола. Должно быть, это его кровь попалась нам двумя днями раньше. Следы крупного льва позволяли представить себе, какая отчаянная была здесь схватка. Но хотя она произошла в полукилометре от лагеря, мы тогда ничего не слышали, если не считать комментариев гиен. Этот буйвол весил больше восьмисот килограммов. Просто невероятно, что такого колосса одолел лев весом неполных двести килограммов. Джордж считал, что это мог быть супруг Эльсы.
К туше слетелись грифы, и, что примечательно, среди них было три пальмовых грифа. Ведь обычно считают, что этот вид не питается падалью.
Ночь львята провели в лагере. Просыпаясь, я слышала их шаги и сардонический хохот гиен, уничтожающих останки буйвола.
Утром Джордж отправился на кордон. Я решила побыть со львятами. В самое жаркое время дня они предпочитали отдыхать, и я задумала использовать это, чтобы приучить их к своему обществу. Я отыскала Джеспэ на крутом берегу реки, он дремал под кустом и позволил мне приблизиться почти вплотную, но настороженно следил за каждым моим движением. Через час он встал и зашагал прочь. По его следу я дошла до суковатого дерева на берегу глубокой лагги. При моем приближении два других львенка мигом скрылись за поворотом.
Вдруг я почувствовала, что кто-то смотрит на меня. Подняла голову и увидела в развилке дерева Джеспэ. Он тут же спрыгнул на землю и бросился догонять Эльсу-маленькую и Гупу. Я просидела тут с час, чтобы дать львятам успокоиться, потом пошла следом и увидела их за поворотом лагги. Джеспэ стоял на карауле. Я села метрах в десяти от них, просидела еще целый час, потом встала и начала осторожно приближаться к львятам. Когда оставалось метра три, Джеспэ быстро отскочил в сторону. Я окликнула его, он повернулся, подошел ко мне, поглядел в глаза и выбрался на берег лагги.
В высокой траве идти по следам было невозможно, я вернулась в лаггу. Вдруг я снова почувствовала, что на меня кто-то смотрит. Оглянулась и увидела Джеспэ. Я присела, ожидая, что и он сядет. Но Джеспэ скрылся так же бесшумно, как и появился. Я прождала два часа и наконец заметила, как в кустах, метрах в двадцати от меня, что-то зашевелилось. Приглядевшись, я увидела, что там лежат два львенка. Вскоре подошел Джордж, и львята тотчас же исчезли. Сквозь кусты мы заметили, что и Джеспэ убегает во всю прыть через заросли.
Теперь мы поняли, что все время львята мирились с нами только благодаря Эльсе. После ее смерти они перестали откликаться на зов и, стоило им завидеть или учуять нас, тут же убегали прочь. Чтобы львята не ушли совсем, мы положили для них мяса на берегу недалеко от палаток, а сами отправились искать растения, которыми хотели украсить могилу Эльсы.
На обратном пути мы решили проверить, нашли ли они свой обед. На узкой тропке, ведущей на берег, вдруг послышался сильный треск всего в трех метрах от нас, и мы чуть не столкнулись с тем старым буйволом, который уже один раз отделал меня своими копытами.
