— Денег, полученных с твоей продажи как раз хватит, чтобы уплатить долг барону Арриену, — прошептал Принц на ухо коню, всё так же не отпуская руки от гривы.
Конь недовольно фыркнул. Он понимал всё, о чём говорил Принц. И понимал, что новый хозяин любить его так не будет. Если вообще не спустит его на мясо и шкуру.
— Ты не хочешь прощаться, брат? Я знаю. — Принц секунду промолчал, после чего гордо промолвил: — Южный Ветер… Ты всё-таки получишь имя… Я не имел права проводить тебя без него.
Конь ещё раз недовольно фыркнул. Он не понимал, что у Принца просто не было другого выхода, он не понимал, что является всего лишь вещью, которую можно купить и продать… И он даже разочаровался бы, узнав, что хозяин способен так сделать.
Там, в углу хлева, в сундуке находится ещё и заветный сундук. Там Принц завсегда берёг неприкосновенный запас золота, но его всё-таки пришлось постепенно отдать, чтобы лишиться некоторых долгов. Всё, что осталось в сундуке сейчас — это одеяние Принца, которое он спрятал сюда, чтобы потом продать, и заветный коробочек, в котором хранилось немного заветного белого порошка…
Платье можно продать, но его цены не хватит, чтобы отдать даже половину Арриену, не говоря уже о других долгах….
— Южный Ветер… Я вижу, ты меня не отпустишь? Я тоже… Тяжело, и я не могу с этим справиться… Ты предлагаешь мне выбираться из этой ямы вместе… Но куда? Глаза и уши моих врагов повсюду и у нас ничего не получится… Но… Шанс есть.
На этот раз конь сам головой потёрся о плечо хозяина. Принц сразу почувствовал там боль, ведь плечо эти парни ему тоже неплохо отшибли… Но он вновь не обращал на это внимания. Лучший друг рядом — а значит, что в эти минуты бояться нечего. Разве что только самого друга, но он ничего злого не причинит.
— Мы обречены, — произнёс Принц, — но если останемся, лучше не будет… Что ж, в добрый путь! Я даже новое чистое платье надену…
Так Принц покинул свой город… Судя по всему, навсегда, потому что последние три с половиной месяца его ни тут, ни на окраинах никто не видел. Не сказать бы, что Арриен и другие лидеры были от этого в бешенстве — таких, как Принц в их распоряжении было выше кучи. Но всё же стоило бы только Принцу появиться в этом городе, он бы не обобрался проблем… Не тех, что были раньше, а намного хуже. Из такого и живым то выбраться трудно, о другой сохранности речь и вообще не идёт.
А Королева всё это время плакала… Плакала по своему единственному сыну, пусть и такому непутёвому. Несомненно, она не верила в то, что он погиб. Она надеялась на самое лучшее. На то, что однажды ворота города отопрутся и он въедет его на Южном Ветре — красивый, нарядный и счастливый! И сразу заиграет музыка, и застучат барабаны, возвещая о возвращении Принца. Ах, жаль, что это будущее почти утеряно.
1 часть. «Страждущий Герой»
пока герои спят…
1. «Глобус Аббаса»
Наступал вечер. Ночь сегодня не будет такой тёмной, как была ещё несколько дней назад, но звёзды уже появились на синем небосводе. Таком прозрачном и чистом, что можно было утонуть в этих мириадах звёзд, и в этой проницательной синеве, что сводила с ума своей загадочностью и беспечностью.
Пожалуй, сейчас было идеальное время для вечернего отдыха. И идеальная обстановка, лучше даже не придумать. Обсерватория Анистона возвышалась выше любого здания в городе, а потому лежать на самой её крыше и изучать загадочное место, было настоящим удовольствием.
Для Гельфиды Анистон, дочери Георега сейчас не было большего счастья. Она лежала прямо на камнях. И лёгкий ветерок растрепывал её шикарные волосы по всему лицу. Но это приносило ей только большую радость, ведь после напряжённого дня её могло успокоить лишь только такое трепыханье весеннего ветерка.
Возле неё гордо восседал сокол-альбинос, и настороженно осматривался по сторонам, будто бы охраняя свою любимую хозяйку от посторонних опасностей.
— Лютик, ты тоже можешь отдохнуть, — сказала Гельфида своей птице, даже не поворачивая к ней своего взгляда.
Птица, будто бы поняв человеческую речь, повиновалась и опустила голову. Видно так она хотела дать понять своей хозяйке, что она отдыхает. Но ту было трудно провести…
— На сегодня ты свободен, Лютик, — сказала она, — можешь полетать по городу и окрестностям, главное слишком далеко меня не покидай. Найди обратную дорогу!
Но последние слова Гельфида говорила уже вдогонку, так как Лютик беспрепятственно улетел в просторы. Гельфида поднялась и подошла к перилам, что отделяли крышу от города.
Весь город был словно на ладони с такой гигантской высоты. Город был не таким большим, как Бурейден или Акра, потому его границы были видны прямо отсюда. Видно было буквально всё — от элитных высоких построек до низеньких избушек нищих районов.
С высоты птичьего полёта Гельфида любовалась городом и полётом Лютика словно в никуда. Сейчас Гельфида могла и сама почувствовать на месте Лютика, ведь она была так же высоко, как и он. И, смотря вниз на город, ей казалось, что она владеет всем этим, что она королева этого города и его неоспоримая и любимая владычица.
Лишь только с наступлением темноты она решила спуститься чуть пониже, на один ярус, где находилась сама обсерватория. На воздухе похолодало, и Гельфиде меньше всего хотелось, чтобы её сейчас продуло и она заболела.
Её дед, герр Анистон сидел на своем привычном месте, в своих смешных круглых очках, и что-то изучал. Гельфида с такого расстояния не могла бы распознать, что именно. Так как на его столе было разбросано сразу несколько карт (при чём как карт звёздного неба, так и карт с изображением земной поверхности), много книг, и всяких вырванных листов бумаги, небрежно исписанных каким-то непонятным почеркам, и с кучей всевозможных клятв.
— Гельфида? — хрипловатым голосом поинтересовался герр Анистон, предпочитая спросить, а не лицезреть свою внучку вживую.
— Я, дедушка, — ответила она.
Гельфида наблюдала за тем, как дед нащупал на столе здоровенную лупу и стал изучать сквозь неё карту. Одновременно и сквозь неё, и сквозь очки. Будто бы почерк был настолько мелким, что герр Анистон при возможности использовал бы тысячи линз.
— Как день прошёл? — спросил дед, хотя заранее мог догадываться об ответе Гельфиды.
— Всё как обычно, — ответила Гельфида, выражая лицом долю неудовольствия.
— Ну да, ну да… Знаю, знаю… Мечи, стрелы и верховая езда…
— Ну да, а ещё метание ножей, — сказала Гельфида, уже понимая, в какое русло продвигается дальнейший разговор…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
