перемещаться под скрытом.
С этими словами господин «F» материализовался перед Судьёй.
* * *
Морда от этой жизни ничего не ожидал: ему давали всё, что ему требовалось, а требовалось ему пожрать. Ушан и Зверёк ожидали от своих действий богатства, удачи и славы. Все хотят награды и побольше. Но судьба награждает всех холмиком земли и полустёртой надписью на надгробии. Кого раньше, кого позже. Да еще бродячая собака могилку пометит. От иных действий в своей жизни лучше бы уклониться, ибо эти действия гораздо быстрее приводят к тому самому холмику.
Трое отморозков ехали в посёлок Жупеево, как хозяева жизни. Трасса полетела, побежала и поскакала. Зверёк умел водить машину так, словно он бессмертный, исповедуя принцип: «Тормоза придумали трусы». Он где не надо врубал скорость, «подрезал» автомашины, создавал аварийные ситуации. Ага, правильный пацан едет — все разбегайтесь в разные стороны, если успеете. Всё это раздражало Ушана, но он не делал замечание распоясавшемуся коллеге, чтобы трусом не прослыть. Ещё Ушана раздражал репертуар песен Зверька, которые тот исполнял за рулём. Когда ты заткнёшься — думал Ушан — найти бы тебя утром в постели с трупными пятнами. Ушан исходил на дерьмо, а Зверёк самозабвенно выл свои песни. Он чувствовал, что его творчество раздражает коллегу, поэтому и выл, чтобы досадить тому. Ему смешно наблюдать, как у Ушана глаз дёргается. Физиономия Ушана, искривлённая нервной гримасой, откровенно говорила: «Я на гормонах, могу и в рыло заехать».
— По телефону бабушка внучке позвонила, — отчаянно пел Зверёк, а встречный ветер ему подвывал в приоткрытое окно. — Приходи ко мне домой, я бражку наварила. Ну, конечно же, приду, трахнутая в ухо. Мля буду, бабушка — козырная старуха….
Ушан морщился от этих воплей, а Морда радостно улыбался: он всегда улыбался, даже когда убивал людей.
— Она вульгарная и грешная, мутная, словно водица вешняя. Она весёлая, бедовая, монетка стёртая, не но-ва-я, — вопил Зверёк, периодически давя на сигнал. Попутные машины прижимались к обочине, свято исповедуя принцип: «Пропусти дурака». Зверёк самозабвенно орал, Ушан зверел, Морда жрал чипсы.
Всё, что нас окружает в этом мире, имеет две стороны. Сутки имеют день и ночь, у монеты есть аверс и реверс, у батарейки плюс и минус, действие рождает противодействие, но последнее предположение не точно. Скорее всего, третий закон Ньютона фуфло, ибо при таком посыле в этом мире всё бы остановилось. По большому счёту, есть жизнь, есть и смерть. Разумные, но несовершенные организмы верят лишь в то, что маячит перед их носом. Их глаза не видят всего, что происходит в мире. Все эти Ушаны, Зверьки и Морды созданы, чтобы не видеть глубины мироздания, да это им, оказалось, и не нужно. Вот поэтому они обречены в столкновении с более организованной силой. Вот для чего они живут? Возможно, чтобы показать всем своё пренебрежение правилами и традициями? Какой след они оставят? Скорее всего, их след будет напоминать след, оставленный бродячим псом, пометившим дерево. Такие люди не меняются. Просто учатся лучше притворяться. По большому счёту мир един, неделим, но многовариантен.
Зверёк знал из объяснения Ушана, куда рулить, поэтому уверенно гнал машину по улицам посёлка к мастерским. Именно мастерские являлись целью их путешествия: надо больно и популярно объяснить лохам, кому они должны отстегнуть денег на охрану. Иначе могут случиться всякие неприятности. Так всегда делали: схема опробована многократно. лох бледнеет, зеленеет, но деньги отсчитывает. Куда ему паскуде деться? Он прекрасно знает, что некоторых несговорчивых калечили, сжигали их собственность, и даже убивали вместе с семьями. Ушан пребывал в полной уверенности, что хозяин этих дурацких мастерских с визгом ляжет под них — ведь точно известно, что за ним не стоит «красная крыша». Если бы его крышевали менты или безопасники — тогда да, тогда надо проявить некоторое уважение, а так, лоха надо ломать. На то он и лох, чтобы его доить и стричь. Мы мозги не парим, мы жизни лохов учим.
Зверёк лихо подкатил к административному зданию мастерских и остервенело стал давить на сигнал, пока на него не прикрикнул Ушан. Братва вывалилась из машины и прямиком пошла к зданию, где Ушан увидел парня армянской наружности, который их встречал. Ушан перемещался развязной вихляющей походкой, неуклюже топал Зверёк, а за ними, пыхтя, как паровоз шёл Морда, как всегда, жуя свои чипсы. Ушан запоздало вспомнил, что забыли сводить Морду в сортир: как бы этот урод не обгадился во время переговоров.
— Гости пожаловали, — задумчиво смотрел со второго этажа Судья на приехавшую гопкомпанию. — Герои, иху мать!
— Знаешь, кто такие герои этого типа? — прокомментировал появление группы Ушана Координатор. — Это те, кто слишком туп, чтобы не сдохнуть хотя бы до пенсии. Пойду встречу утырков. Как их упакуем, позову вас для вынесения приговора.
С этими словами Координатор поправил лежащие в кармане шприц-пистолеты, чтобы ловчее их достать, когда потребуется. Потребуются они совсем скоро, так как вступать в переговоры с этими утырками Координатор не собирался.
Куда гостям идти показывал Айвазян, а Мельников и Вешкин, стали подтягиваться к административному зданию, на ходу вытирая руки ветошью. Звоночек звякнул в голове Ушана, когда он увидел, что сзади нарисовались двое крепких парней, но что-либо предпринять он не успел. Как только Ушан и его подручные ввалились в здание, то Ушан заметил спешившего к ним человека, в котором он опознал по фото местного главного лоха. А дальше для Ушана всё кончилось: он только успел заметить, как в руке лоха оказался какой-то блестящий предмет, коим предметом мужик ткнул Ушана в шею. Раздалось не сильное шипение, и мозг Ушана отказался ему повиноваться. Координатор успел тоже проделать и со Зверьком, а вот Морда оказался чуточку проворнее своих товарищей, хоть и тормозной дебил. Морда успел, выпустив из рук пакет с чипсами, со звуком «Гры» отмахнуться от руки Координатора, но не отмахнулся от удара дубинкой, прилетевшей сзади. Айвазян, видя, что огромный противник мог оказать сопротивление, ловко отоварил его по голове дубинкой. Такой удар мог убить обычного человека, но Морду он только немного оглушил. Пользуясь моментом, что Морда «поплыл», господин «F» обеспечил и его организм дозой убойной химии.
Морда протяжно испортил воздух и стал оседать на пол, в отличие от двух своих коллег, которые смирно стояли на своих ногах: они уже превратились в зомби. С черепа дебила капала кровь, но никто не спешил оказывать ему первую помощь. Да и вторую тоже. Упав на пол, организм Морды радостно обгадился, что вызвало несколько матерных выражений от Координатора. Так
