ценные яйца. Лучше давайте страусов разводить. Ферму в Жупеево устроим из страусов. И некто не сообразил, что в ролике показывали, как повар кладёт в чан вариться яйцо величиной с большое ведро. Это что за страус такой? Это уже не страус, это уже динозавр. А народ, ущипните меня товарищи, верит в страусов и хочет их разводить, ведь они дают яйца величиной с ведро. Кроме того страус — это диетическое мясо, как кролик. Вот и приходится выслушивать всякие дурацкие жалобы и анализировать слухи. Слухи — это часть нашей работы. Может, ну её такую службу. Бросить всё и податься в монастырь, желательно в женский, подальше от этого дурдома. Интересно, что чудесного сегодня случится?
— Ладно, хватит разводить словесный понос и антимонии, — пробурчал Чекмарёв. — Что я смогу сделать, если саморазвитие интересует два-три процента населения Земли, а остальным нормально «и так сойдёт». Что надо народу: мягкая постель, еда каждый день, дом, семья, стабильная зарплата, машина и поездка раз в год на море. Этого хватает основной массе населения. А некоторым требуется и того меньше: закинуться дурью и балдеть. Вот вам и миллионы лет эволюции! Кто мешает людям творить, выплёскивать свой интеллект для общего блага, делиться с миром красотой. Ан нет: лучше ощущать себя толпой и бежать за морковкой, которая болтается перед носом. Куда бегут? Бегут дела делать, работу работать. Ага, типа мы пахали: я и трактор.
Мысли Чекмарёва, поскакав по ведомственным проблемам, по учёбе Лизаветы, по желанию податься в монастырь, перескочили на супругу Маринку. О жене думалось с любовью и нежностью. Чем больше Чекмарёв жил с Маринкой, тем больше выяснялось, что она неимоверно хороша. Маринке слегка за тридцать возрастом. Женщина стройная, местами фигуристая, с огромными глазами и великолепной гривой русых волос. Лицом она вполне обычная, с немножко вздернутым носиком. У неё замечательные губки: они очень выразительные и волнительные, особенно нижняя губка. Маринка, конечно, не образец женской красоты, но в ней намешано столько женской притягательности, что Чекмарёв оказался влюблённым в собственную жену. И это его огромный психологический якорь.
* * *
У батюшки Панфирия в хозяйстве матушки не имелось: как-то не сложилось ему найти матушку. Может поэтому он тоже задумывался о монастыре: не в шутку, как участковый, а серьёзно. Особенно он задумывался порвать с миром в период приступов болезни, которая медленно, но уверенно убивала Панфирия. Священнику не пристало находится в унынии, поэтому батюшка гнал от себя мрачные мысли, много молился и старался отвлечься событиями в его поселении. Местный народ отжигал и удивлял своей простотой. Повадились в церковь ходить местные дедки: Пахом, его кум Витёк и, примкнувший к ним Онуфрий. Деды сразу же объявили священнику, что они атеисты, поэтому пусть служитель культа подробно разъясняет, куда тут ставить свечки — перед какими образами. Ну, атеисты, так атеисты — пожал плечами священник.
— А вы, это, какие будете атеисты, — уточнил у дедов Панфирий. — Буддисты-атеисты или католики-атеисты, а может вы протестанты-атеисты?
— Да ты чё, батюшка, — хлопнул себя в грудь Онуфрий. — Мы самые что ни на есть православные атеисты.
Два кума при этом согласно закивали, дескать, ага, мы — православные атеисты. Проповеди деды не слушали, зато были источником последних поселковых новостей. Они, прежде всего, заложили бывшую директрису Алку Мордееву, рассказав священнику, что она немного того…ведьма, истинный крест: люди уже видели её на метле, а люди брехать не будут. Рассказали, что в посёлке завелись некроманты. Они крышуют весь местный бизнес и не едят мяса. Ну, и наконец, Панфирий узнал новости с иных пластов реальности, а именно, об инопланетянах. Узнал из первых рук — от самого Онуфрия, который с пришельцами здорово закорешился на почве потребления самогона. Зелёненькие, как оказалось, сами не дураки выпить и закусить в хорошей компании.
Дед Онуфрий, этот мощный старик маленького роста, как только вышел на пенсию, решил поведать всему миру о пришельцах с болот. Сказано — сделано, чего от народа скрывать. Употребив самогона, он отпустил на волю свою кукушку, и та полетела разносить феноменальные новости по округе. Местная бесплатная медицина как-то упустила дедушку. Так что дедушка, не получив от медиков даже бесплатной клизмы, стал усиленно лечиться самогоном. Тут и пришельцы подвалили поговорить о политике и пенсионной реформе. Скоро, если Онуфрий и компания, продолжат такими темпами поглощать самогон, то к ним нагрянет сам Великий Аттрактор, чтобы немного всколыхнуть грани нашего мироздания.
От избытка информации батюшка только чесал затылок, а по вечерам пересказывал с ног сшибающие новости кошке Тучке. Та местные новости одобряла громким мурчанием: ей рядом с хозяином всякие некроманты и ведьмы не страшны. Она панически боялась только бродячих собак, так как из-за своего доброго нрава не могла сражаться с ними, как подобает свирепой кошке. Тучке было чрезвычайно покойно рядом с хозяином, поэтому она, как могла, выказывала ему свою полезность. А что может показать хозяину бессловесная кошка? Она может мурчать, может показать, с каким аппетитом она ест, может зевнуть, демонстрируя свои хорошие и острые зубы. Ещё она может кататься на полу, показывая, какая она хорошая и красивая.
Сегодня ранней ночью случилось удивительно чистое небо, на котором сверкали бриллиантовые россыпи звёзд. В свете огромной красавицы Луны, всё вокруг казалось нереальным и сказочным. Это, наверное, от того, что батюшка наслушался новостей про некромантов и ведьм. Он, уставясь в небо, этой божественной красоты не замечал, полностью погрузившись в себя и механически поглаживая довольную кошку.
Нет никаких границ для мыслей и для чувств, только косность и страх воздвигает границы разуму. Священник хотел многое понять, отринув страх, но смысл ускользал. Панфирий анализировал слова, однажды сказанные ему Никодимом Викторовичем, когда священник попытался вызвать учителя математики на откровения, связанные с сущностью божества. Тогда Никодим повторил иерею слова, изречённые самим Спасителем: «Царство Моё не от мира сего». Это что получается? Выходит, что Спаситель появился в нашем мире из другого мира, раз он не отождествляет себя с этой Вселенной. Получается, правда, что мы живём в Мультивселенной. Панфирий всё собирался набраться храбрости и спросить у Никодима: «Кто ты?» Может всё-таки к нему надо обращаться не Никодим Викторович, а Василий Иакович? Но, если это так, то дух захватывает от восторга. Да и не пристало обычному человеку просто так что-либо любопытствовать у Святого. Увы, человеческое мышление несовершенно. Мы часто совершаем систематические ошибки, которые влияют на рассуждения и выводы.
Священник знал, что он, как и все люди, не совсем правильно воспринимает реалии мира, что он ошибается.
