сейчас же не покину это место, будет поздно.
Поёжившись от холода, я поплотнее укуталась в свою накидку и потянулись за всё ещё горящим фонарём. Но тут меня накрыла чья-то мрачная тень и тьма поглотила весь свет от фонаря и луны. Не осталось ничего, кроме дрожащей меня и медленно двигающейся тени.
— Какая куколка… ммм… — услышала я хриплый голос и вскрикнула.
— Вы кто?!
— Называй меня папочка, — загоготал мужик и схватил меня за руку, — идём, я покажу, где ты сегодня будешь спать.
— Не трогай меня. — Произнесла я сквозь сомкнутые зубы, пытаясь высвободиться из цепкой хватки бугая. — Буду кричать!
— Обязательно будешь, — хрюкнул мужик и, перекинув меня через плечо, пошёл по пирсу в сторону кораблей, — только подо мной. Спроси у любой девчонки, здесь в порту, ни одна из них, что была со мной, не осталась разочарованной.
— Пусти, мразь! — Стукала я кулаками по спине и трясла ногами, пытаясь ударить. Но он обхватил меня руками, и большая ладонь легла на мою попу.
— Отличная задница. Всё как я люблю. Не очень большая, аккуратная. Персик.
А затем, сжал её своей ручищей и усиленно пожамкал.
— Пожалуйста. Не надо. Хочешь, я тебе заплачу? — Застонала я, не зная, что еще предпринять.
Мужик остановился у одной старой полуразвалившейся лодки и замер.
Невероятно! Клюнуло.
Руки его немного ослабли и больше не старались залезть мне под платье.
— Хм… у тебя есть деньги?
— У моего мужа есть. Он богатый лорд и заплатит тебе столько, сколько скажешь.
— Брехня. — Покачиваясь, он снова направился куда-то, а мне оставалось смотреть назад и понимать, что я всё дальше и дальше удаляюсь от своего дома.
— Это правда! Поверь мне. Моего мужа зовут Ядрис Игхит и он известный лорд из столицы.
— Если бы у тебя был муж, тебя бы здесь не было. Пойми, куколка, ты мне очень понравилась и если ты порадуешь папочку, будешь моей постоянной девчонкой.
— Я замужем и меня зовут Айзант Игхит. — Ударила со всей силы по его спине. — На вот посмотри на руку.
Но в следующее мгновение он перешагнул порог какой-то лачуги, и дверь за нами закрылась. Небрежно бросив меня на подобие кровати, подошёл ко мне и быстро стянул с себя рубашку.
А затем схватил руку, на которой было кольцо и поднёс к свету луны, светящему в окно.
— Кольцо. Обручальное. — Усмехнулся и быстрым движением вора-карманника стянул его с пальца. Не успев ахнуть, кольцо оказалось на ладони бугая. — Подделка. Медь. Твой муженёк, кем бы он ни был, оказался последней скрягой и лгуном. Хотя, я думаю, это не единственный его недостаток.
А затем выбросив кольцо в окно, неспешно двинулся на меня.
Глава 4. Такого рассвета я еще не видела…
Здесь пахло соломой, несвежим постельным бельём и сырой рыбой. Я смотрела, как на меня надвигается огромная мужская туша, и молила духов моря и суши, спасти меня.
Сжавшись от страха и сдерживая крик, я часто дышала и двигалась к дальней стене дома. Юбка моя задралась, голые ноги царапала сухая солома подо мной, но не обращая на это внимания, рукой старалась нащупать на полу хоть что-нибудь. Какую-нибудь палку, нож или камень. Всё что угодно, что могло меня спасти.
Пальцы шарили по дощатому полу, цепляя занозы, но я не сдавалась. Они касались каких-то грязных тряпок, деревянных ложек, поношенной обуви. Сжав губы, чувствовала, что кусаю их до крови.
Неужели вот так всё и закончится?
— Не бойся меня куколка, папочка не причинит тебе вреда. — Он развязал лямки на растянутых штанах и его штаны начали съезжать с огромного пуза.
— Нет! — Крикнула я и закрыла ладонями глаза. Услышала какой-то шорох, порыв свежего ветра и недовольный крик бугая. Убрав руки с лица, увидела за спиной того самого незнакомца.
— Цуга! Что ты…
— На, — удар по носу и мужик начал медленно заваливаться на пол, пока совсем не осёл.
— За что?
— Это моя девчонка. Ещё раз увижу, что ты к ней клеишься, останешься без глаз и лодки.
— Цуга, я же не знал. — Держась за сломанный нос, из которого лилась кровь и окрашивала деревянные доски, он пытался подняться, но у него ничего не получалось.
— Впредь знай. — Цуга подошёл ко мне и протянул мне руку. — Как ты, Айзант?
— Не зна… не зззнаю. — Произнесла, заикаясь, стараясь не смотреть на “папочку” и его разукрашенную физиономию.
— Идём отсюда. Прости, что не уследил. Не думал, что Огар решит с тобой повеселиться. Обычно он довольно тихий и спокойный мужик. Не понимаю, что на него нашло?
— Что на тебя нашло? — Рявкнул Цуга на бугая, а тот снова весь сжался и прикрыл лицо руками.
— Прости. — Чуть не плакал Огар, — я больше не буду.
— Извиняйся перед леди Айзант.
— Она что и правда леди? — Чуть приподнялся и сел, вытянув ноги вперёд. — Ну-у-у дела!
— Самая настоящая замужняя леди.
— Ооо, — вдруг схватился за голову и начал качаться. — Вот это я попал! Надо же было так свалять дурака. А-а-а-а-а… — Стонал бугай и бил себя руками по голове. А затем медленно поднял глаза и посмотрел на меня. Моргнул несколько раз и я увидела, что глаза его были полны отчаяния и раскаяния. — Простите меня леди Айзант. Если бы я только знал, то никогда бы… — Прислонил руку к сердцу. — Не ходите в порт одна да ещё и ночью. Иначе…
— Мы все поняли, Огар. — Незнакомец посмотрел на меня и хмыкнул, — Айзант, принимаете ли вы извинения Огара. Если нет, тогда придётся действовать по-другому.
— Не надо! — Взмолился бугай. — Пожалуйста.
— Я прощаю вас. — Сказала Огару. — Я прощаю его. — Посмотрела на незнакомца, который продолжал прятать голову в капюшоне. И что-то от меня скрывать. Ох, уж эта загадочность!
— Тогда пойдём отсюда. Нам надо торопиться. Скоро рассвет. Солнце в это время года, не успевает уйти в море, тут же скучает по нам и возвращается.
Взял меня за руку и повёл прочь из хижины.
— Неужели ночь почти закончилась? — Возмутилась я, прибавляя шаг, потому что не успевала бежать за Цугой.
— Летом ночи коротки как платьица портовых шлюшек. — Усмехнулся и посмотрел на меня.
— Шутка не смешная.
— Ну это смотря с какой стороны посмотреть! — Засмеялся таким живым смехом, что я улыбнулась.
— Думаю, это неважно.
— Учитывая обстоятельства ночи, очень актуально. Платьица лучше не надевать, собираясь идти в порт.
— Я это поняла! Больше я сюда ни ногой.
— Жаль. Мы будем по вам скучать, леди Айзант.
— Ну конечно.
Резко остановилась и ахнула. Тёмное небо вдруг окрасилось в красный свет, и меняя цвета на всё более
