поскользнулась на лужице воды и упала прямо в объятия моего мужа.
— Кажется, мне улыбнулась удача.
— Если ты до меня дотронешься, после того, что я видела вчера в нашей спальне, я огрею тебя котелком.
— Моя Айзант не такая. Моя жена смирная и очень послушная. А ещё делает то, что хочет её муж.
— Вот ещё! — Вырвалась из его объятий и толкнула мужа в наполненную мыльной водой ванну.
— А-а-а-а! С ума сошла! — Выкрикнул он, вынырнув и стирая с лица мыльную пену.
— После твоих любовниц тебе не отмыться и не надейся, что я пойду с тобой после этого в постель.
Завязала потуже полотенце и направилась в свою комнату, где у меня была небольшая гардеробная, туалетный столик и софа, где можно было отдохнуть.
Быстро переодевшись, я спустилась на кухню и решила всё-таки закончить то, с чего начала. Надо было приготовить завтрак и разобрать вещи. Мы сюда приехали на месяц, а дом выглядел нежилым и не живым. Надо было купить цветов и поставить в гостиной, помыть окна и развесить сложенные в шкафу шторы. Протереть пыль и разложить мешочки с лавандой.
От приятных мыслей меня оторвал стук в дверь.
Вытерев руки о полотенце, я положила его на стол и пошла к двери. Но мой муж спустился раньше меня и обдав меня недовольным взглядом, говорящим — женщина — твоё место на кухне, открыл дверь.
— Вам кого? — Спросил Ядрис молодого паренька, стоящего у порога.
— Вам письмо из столицы, лорд Игхит.
— Спасибо. — Ответил муж и взял жёлтый конверт из грязных рук пацанёнка. Отвернулся и пошёл в гостиную. Я же смотрела на мальчика и понимала, что видела его сегодня ночью на улице. Он был одним из тех детей, что носились около меня словно стайка светлячков.
— Леди Игхит, вам тоже письмо. — Прошептал мальчишка.
— Мне? — Повернулась назад, но муж уже сидел в кресле и вчитывался в письмо.
— Держите. Это от Цуги. — Подмигнул мне и в тот же миг скрылся из вида.
Взяв письмо, я тут же спрятала его в карман платья, но почувствовала, что если не прочту его, оно прожгёт дыру в моём платье и выпадет на пол. Закрыла дверь и пошла в гостиную.
— Ядрис, что там?
— Оставь меня, идиотка! — Выплюнул в лицо оскорбление, и я отшатнулась, словно меня ударили. Повернулась и пошла на кухню. Взяла корзинку и пошла к входной двери.
— Я за фруктами на завтрак. — Сказала в воздух, понимая, что мужу плевать, куда я пошла. Закрыла за собой дверь и села на лавочке.
А затем вскрыла письмо и увидела несколько слов, написанных ровным почерком.
“Жду тебя на рынке. Цуга.”
Глава 6. Он и правда уезжает?
Спрятав листок бумаги в кармане платья, всю дорогу до рынка я сжимала его в ладонях и никак не могла понять, что со мной происходит?
Почему я так спешу на зов Цуги? Почему не смотрю никому в глаза и не здороваюсь с соседями?
Я чувствовала себя преступницей или ещё хуже любовницей, которая спешила на запретное свидание с поклонником. Вместо того чтобы успокаивать тирана мужа и гладить его по коленке, пока из него изливается потоком слов губительный яд, я бежала из дома.
Смотря себе под ноги, я видела вымощенную брусчаткой дорогу, которая вела меня к рынку, а ещё цветы, что росли по краю. Они были чуть пыльными и пожухлыми, но живыми.
Почему вдруг я обратила на это внимание? Может быть, потому, что я так хотела украсить наш дом свежими букетами, желала чтобы он стал чуточку уютнее и живее. Но кажется, мужу на это было плевать? Для него важно было другое. И в его списке, я точно не значилась.
Двигалась я быстро, почти не останавливалась и через некоторое время, ноги привели меня на рынок. Именно здесь, я первый раз увидела Цугу и чуть не упала ему в объятия. А потом он целовал меня.
Коснувшись пальцами нижней губы, я до дрожи в коленках снова захотела его поцеловать. Всего один поцелуй, всего один. А потом, я с ним попрощаюсь и скажу, что не могу с ним видеться. У меня есть муж, и мы любим друг друга.
Он уйдёт навсегда, а я, немного поплакав, вернусь к своим обязанностям жены и, может, под действием поцелуев незнакомца, позволю мужу прикоснуться к себе.
Осмотрев рынок, моего незнакомца, я не увидела. Посмотрев ещё раз, обошла рынок со всех сторон и через некоторое время вышла на ту же точку, с которой начала.
Хмыкнула, понимая, что что-то здесь не то. Достала послание из кармана и прочитала его снова: “Жду тебя на рынке. Цуга.”
Всё это было очень странно и загадочно. Вот только я не знала, что делать дальше, пока мимо меня не пробежал тот самый мальчуган, которого я видела уже два раза.
— Эй, стой! — Крикнула я мальчишке и махнула ему рукой. Да вот только он, совсем не обратив на меня внимания, побежал дальше. Он явно куда-то торопился и мне очень хотелось узнать куда?
Не к Цуге ли он спешил?
Выбежав с рынка, я пробежала пару улиц, каждый раз замечая, что мальчик скрывается за углом. Но как только мне казалось, что я почти догнала его, он снова пропадал.
Когда улица закончилась, я поняла, что попала на тот самый пирс, на котором была сегодня ночью. Какое-то загадочное место, никак не желающее меня, отпускать.
Днём здесь всё выглядело по-другому, достаточно светло и относительно чисто. Сейчас здесь не было портовых шлюх и пьяных матросов, сидящих на пирсе и смотрящих на море. А ещё не было шатающихся рыбаков, распевающих песни и пытающихся снять какую-нибудь девчонку, чтобы скрасить унылый вечер.
Сейчас здесь текла работа. Грузчики сновали тут и там, загружая корабли коробками, бочками и тюками. Они стайкой муравьёв заносили мешки на корабль, что-то бурно обсуждая или ругаясь. Спускались на пирс, и всё повторялось заново.
Жизнь здесь бурлила похлеще, чем в столице. Толпы грузчиков, столько же моряков, приводящих свои корабли в порядок перед отплытием, а ещё здесь встречались и обычные люди. Их было мало, но они отличались ото всех остальных. Словно на них были надеты красные рубашки, так сильно они выделялись. Люди находили среди этой братии капитанов, платили им какие-то деньги, затем довольно улыбались и можно было подумать, что сделка таким образом совершалась.
И тут я увидела его. Своего таинственного незнакомца в капюшоне.
— Цуга! — Крикнула я и помахала ему рукой. Но не обратив на меня
