этого будет явно не хватать.
Молодой мужчина усмехнулся. А чего это он мандражирует, как девица перед первым свиданием? Это он нужен тому человеку. Это в нём кто-то нуждается. На душе сразу стало спокойнее, и пальцы перестали дрожать. Теперь можно и с хозяйкой таверны парой слов перемолвиться:
— Как идут дела, почтенная Кетра? Все ли работники живы-здоровы?
— Дела идут неплохо, почтенный Олегус, чего не сказать о работниках. Точнее, о девках.
— Я же на днях их осматривал и болячек никаких не обнаружил, — удивился молодой маг.
— Да, здоровы были, — невесело согласилась женщина. — Но чтобы умереть, необязательно долго болеть. Достаточно полоску железа в сердце заиметь.
— О как! — новость оказалась неожиданной. — И кто это такой гостинец получил?
— Одна из моих лучших девок, Нана Грас. Десять лет на меня работала, и на́ тебе, найдена в сточной канаве. Одежда порвана, украшения и кошель отсутствуют.
— Ты хочешь сказать, почтенная, что это намеренное убийство?
— Да откуда мне слова-то такие знать? — притворно отмахнулась женщина и после паузы продолжила. — Да, Олегус, именно так, — черты лица Кетры заострились. — Вот теперь сижу и думаю, как бы ещё подобных смертельных подарочков мои девки не получили.
— Ну, если что случится, то дай знать. Пока же лучше думать, что всё произошло случайно.
— Я поначалу приказала не ходить вечерами и ночами в одиночку, а потом подумала, что если всё не случайно, то тогда и двоих могут порешить. Жаль, что богов нет, а то бы я в храм пошла помолиться за девок и за себя…
Олег шёл домой и старался не слишком переживать об услышанном. Нану Грас он знал неплохо. Девка была работящая и могла обслужить много мужчин за короткое время, и на здоровье это не отражалось почти никак. Просто ломовая лошадь… А вот если продажные девки и далее продолжат в канавах находиться, то это станет означать лишь то, что на Кетру кто-то точит зуб. И что тогда? Тогда могут и на него ножичек наточить. Если бы Олег был на месте неизвестного недоброжелателя, то поступил бы именно так. Ладно, хватит о плохом. Впереди ожидает довольно интригующая встреча, и лишние дурные мысли совсем не нужны.
Одевался Олег не торопясь и старался не пропустить ни одной детали в своём туалете. Кружева, пуговицы, запонки, цепь, перстни, складки на одежде были проверены и перепроверены. Обувь Гвин чистила целый час, и придраться не смог бы и самый злой сержант дворцовых гвардейцев. Да, повезло ему со служанкой, — всё делала не за страх, а за совесть. Надо будет ещё монету ей дать.
Возницу Олег нашёл заранее после выхода из «Нежных бочек». Это был знакомый толстоватый мужчина, частенько привозивший людей к таверне, и его услугами приходилось пользоваться уже не раз. За полчаса до означенного времени двухколёсная повозка, напоминающая шарабан, остановилась у входа в дом и молодой человек, стараясь не наступить на что-то неподобающее, ловко запрыгнул в неё.
Обычно дворяне предпочитают нанимать крытую карету, чтобы на них из окон многоэтажных домов не упала какая-нибудь гадость, но иногда пользовались и чем-то, похожим на фаэтон или кабриолет. Горожане же попроще выбирают одноосные повозки, поскольку те более манёвренные. Так что даже по типу наёмного пассажирского транспорта можно приблизительно понять, кто в нём едет. Да и что ожидать от сословного общества? Хорошо, что это не Раннее Средневековье — так называемые Тёмные века, — когда многие люди и не знали о колёсных спицах.
Олег ещё не переставал удивляться, как в этом мире одновременно могут существовать вещи, которыми на Земле использовали в разные исторические эпохи. Вот он едет в чём-то, похожим на экипаж, получивший распространение во Франции XIX века, а на окнах большинства домов нет стёкол. Хотя… Наверное в южных провинциях той же Франции стёкол не было даже во времена графа Монте-Кристо, и пользовались теми же ставнями.
Повозка остановилась у невзрачного дома, и Олег только удивился, что дворцовый лекарь может проживать в таком странном и неприглядном месте. Молодой человек расплатился с возницей и на всякий случай попросил его не уезжать в течение нескольких минут.
Входная дверь была под стать дому, неказистая и неокрашенная она представляла собой любимое блюдо древесного жучка. Когда дверь на стук отворилась, взору мага предстал почти приличного вида мужчина, которому и был вручён листок с адресом. Он одобрительно кивнул и сделал приглашающий жест, после которого Олег помахал вознице, отпуская его, и шагнул внутрь дома, где оказалось всего две комнатушки. В той, что с большой натяжкой можно назвать гостиной, находился худощавый старичок с тонкими чертами лица, бородкой и внимательными глазами, похожего на одного их профессоров, которых любили показывать в старых чёрно-белых советских фильмах. Вот только первое впечатление портила подвижная мимика, и казалось, что человек с большим трудом контролирует её. Теперь стало понятно странное предупреждение графа. Олег представился.
— Моё имя — Велоби Андерут. Я лейб-лекарь.
Олег ещё раз поклонился и начал молча ждать объяснений, но старичок тоже не спешил с расспросами, рассматривая молодого человека. Видимо, увиденное ему не очень понравилось, и с лёгким неудовольствием он начал говорить:
— До меня дошли слухи, что в столице некий иностранец пытается лечить не только безземельных дворян, но и придворных. К сожалению, мне не сказали, что этот человек так молод.
— Этот недостаток со временем будет исправлен, достопочтенный Велоби Андерут, — Олег ответил приевшейся на Земле фразой.
По лицу лекаря было совершенно непонятно, оценил ли он шутку, поскольку взор старика
