— Тогда мы можем не беспокоиться, — заявил Поджигатель. — А теперь скажите, зачем вы явились сюда? Я мог бы приказать замучить вас до смерти за то, что вы лишили жизни десять лучших моих всадников.
— Мы подумали, что, присоединившись к твоему войску, неплохо заработаем, — уверенно проговорил Элрик. — Мы знаем, где находятся богатейшие города и слабо укрепленные селения. Возьмешь нас на службу?
— Мне нужны такие люди, как вы, это верно. Я охотно возьму вас, но не стану доверять,
пока вы не докажете свою преданность. Теперь найдите себе пристанище, а вечером приходите ко мне на пир. Я покажу вам частицу того могущества, которым обладаю. Эта сила сметет сопротивление запада и превратит его в бескрайнюю пустыню.
— Благодарю, — ответил Элрик. — До вечера.
Они вышли из жилища Поджигателя и направились сквозь беспорядочное скопище палаток, костров, телег и животных. Еды здесь, похоже, не хватало, но вино водилось в изобилии, и голодные варвары жадно лакали его, чтобы хоть немного заглушить голод.
Элрик и Мунглум остановили какого-то воина и передали ему приказ Терарна Гаштека. Тот кивнул и мрачно повел их к палатке.
— Вот сюда. Здесь жили трое из тех, кого вы убили. Теперь она ваша по праву победителей, так же как оружие и добыча внутри нее.
— Хорошее начало, — улыбнулся Элрик с притворной радостью.
В палатке, еще более грязной, чем у Терарна Гаштека, они обсудили свои дела.
— Я чувствую себя препогано, — печально проговорил Мунглум, — среди этих косоглазых варваров. И как вспомню, что они сделали с Эшмиром, так у меня начинают чесаться руки! Я поубивал бы их всех до единого. И что теперь?
— Пока ничего. Подождем до вечера. — Элрик вздохнул. — Наша задача кажется невыполнимой: я никогда не видел такой огромной орды.
— Они непобедимы уже сами по себе, — продолжил Мунглум. — Даже без разрушающего крепостные стены волшебства Дриниджа Бара. И никакая нация в одиночку не сможет противостоять им, а бесконечная грызня всех этих самолюбивых западных королей помешает им объединиться вовремя. Возникла угроза самой цивилизации. Будем молиться о какой-то вдохновляющей идее. Твои темные боги, Элрик, по крайней мере, разумны, и мы должны надеяться, что эти дикари вызвали у них такое же негодование, как и у нас.
— Они играют в странные игры с людьми-пешками, — тихо ответил альбинос, — и кто знает, что они задумали на этот раз?
* * *
Закопченная палатка Терарна Гаштека теперь освещалась еще и тростниковыми факелами, а ужин, состоявший в основном из вина, уже на-чался- Элрик и Мунглум немного опоздали.
— Привет, друзья мои! — заорал Поджигатель, размахивая кубком. — Здесь все мои сотники. Подходите и присоединяйтесь к ним!
Элрик никогда не видел такой злобной своры варваров. Уже порядочно пьяные, дурно пахнувшие, безвкусно одетые в разнообразные, явно похищенные тряпки, они вызывали чувство гадливости.
Новым гостям уступили место на одной из скамей и предложили вина, которое они лишь пригубили.
— Приведите сюда раба! — крикнул Терарн Гаштек. — Приведите Дриниджа Бара, нашего ручного волшебника.
Перед ним на столе лежали связанный кот и большой железный клинок.
Вскоре воины, пьяно ухмыляясь, приволокли сухощавого человека со скорбным лицом и заставили его встать на колени перед повелителем варваров. Несчастный молча повиновался, но глаза его метали молнии. Не отрываясь, он смотрел на Терарна Гаштека и котенка. Затем, заметив нож, побледнел и потупился.
— Чего ты от меня хочешь? — мрачно спросил он.
— Как ты обращаешься к своему хозяину, чародей? Впрочем, не имеет значения. Нам надо развлечь гостей. Они обещали провести нас к жирным торговым городам. Покажи несколько трюков.
— Я не фигляр. Неужели один из величайших волшебников мира станет заниматься подобной ерундой?
— Я не прошу. Я приказываю. Повесели нас. Что тебе нужно для этого? Несколько рабов, кровь девственниц, еще что-нибудь? Только скажи…
— Приманки мне не нужны. Я ведь не полоумный шаман.
И вдруг волшебник увидел Элрика. Альбинос почувствовал, как мощный разум этого человека осторожно касается его сознания, значит, узнал в нем чародея. Не выдаст ли его Дринидж Бара?
Элрик напрягся, и, откинувшись в тень, сложил определенным образом пальцы, подавая знак, по которому волшебники на западе узнают друг друга. Поймет ли его восточный маг?
Он понял. Мгновение Дринидж Бара колебался, глядя на своего повелителя. Затем отвернулся и начал делать пассы, бормоча что-то под нос.
Присутствующие ахнули, увидев над головами облако золотого дыма, которое, постепенно сгустившись, приняло очертания гигантского всадника с лицом Терарна Гаштека. Повелитель вар-варов подался вперед, всматриваясь в изображение.
— Что это?
Под копытами лошади появилась разворачивающаяся карта, которая показывала земли и моря.
— Западные земли, — пояснил Дринидж Бара. — Это пророчество.
— А это что?
Призрачная лошадь начала топтать карту. Карта разорвалась на тысячи дымящихся частей и разлетелась в разные стороны. Затем исчезло и изображение. всадника, так же распавшись на части.
— Таким образом могущественный Хозяин Огня поступит с процветающими нациями запада! — воскликнул Дринидж Бара.
Варвары радостно завопили, но Элрик только слегка улыбнулся: восточный волшебник явно дразнил Терарна Гаштека и его людей.
Тем временем дым превратился в золотой шар, который вспыхнул и исчез.
Терарн Гаштек расхохотался:
— Славный трюк, чародей. И предсказание верное. Ты неплохо поработал. Отправляйся обратно в свою конуру!
И Дриниджа Бара потащили к выходу. Оглянувшись, он посмотрел на Элрика — теперь альбинос знал, где искать раба-чародея.
* * *
Поздно вечером, когда варвары напились до потери сознания, Элрик и Мунглум выскользнули из жилища Поджигателя и направились туда, где держали Дриниджа Бара.
Без особого труда они нашли крошечную грязную палатку, возле входа которой торчал один из узкоглазых воинов. Мунглум вынул мех с вином и, изображая пьяного, нетвердым шагом двинулся к нему. Элрик оставался на месте.
— Чего тебе надо, иноземец? — прорычал стражник.
— Ничего, друг мой. Мы пытаемся вернуться в нашу собственную палатку, только и всего. Ты не знаешь, где она?
— Как я могу это знать?
— В самом деле, откуда ты можешь знать? Хочешь вина? Неплохое — из собственных запасов Терарна Гаштека.
Воин протянул руку:
— Давай.
Мунглум убрал мех в сторону:
— Нет, я передумал. Пожалуй, оно крепковато для тебя. Жаль переводить добро на того, кто не сможет его оценить.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
