Вандальер вскочил на ноги.
- Вы осел, - сухо продолжала Нан Уэбб. Она махнула рукой в сторону бумаг, лежащих на столе. - Это почерк Бленхейма. Каждому английскому студенту известны его слепые каракули. Мертоновский колледж:
в Оксфорде, а не в Лондоне. А с вами... Я даже не знаю, вызывать ли полицию или лечебницу для душевнобольных.
Я вытащил револьвер и застрелил ее.
Все ерунда!
- Антарес-2, Поллукс-9, Ригель Центавра, - говорил Вандальер, - все они холодны. Средняя температура 40. Живем!.. Осторожней на повороте.
Саморазвивающийся андроид уверенной рукой держал руль, и машина мягко неслась по автостраде под холодным серым небом Англии. Высоко над головой завис одинокий вертолет.
- Никакого тепла, никакой жары, - говорил я. - В Шотландии на корабль и прямо на Поллукс. Там мы будем в безопасности.
Внезапно сверху донесся оглушающий рев:
- Внимание, Джеймс Вандальер и андроид!
Вандальер вздрогнул и посмотрел вверх. Из брюха вертолета вырывались мощные звуки.
- Вы окружены. Дорога блокирована. Немедленно остановите машину и подчинитесь аресту.
Я выжидающе поглядел на Вандальера.
- Не останавливайся! - прокричал Вандальер.
Вертолет спустился ниже.
- Внимание, андроид. Немедленно остановить машину.
Это категорический приказ, отменяющий все частные команды.
- Что ты делаешь? - закричал я.
- Я должен подчиниться... - начал андроид.
- Прочь!
Вандальер оттолкнул андроида и вцепился в руль. Визжа тормозами, машина съехала в поле и помчалась по замерзшей грязи, подминая кустарник, к виднеющемуся в пяти милях параллельному шоссе.
- Внимание! Джеймс Вандальер и андроид! Вы обязаны подчиниться аресту. Это приказ.
- Не подчинимся! - дико взвыл Вандальер.
- Нет! - судорожно шептал я. - Мы еще победим их. Мы победим жару. Мы...
- Должен вам напомнить, - произнес я, - что мне необходимо выполнять приказ, отменяющий все частные команды.
- Пусть покажут документы, дающие им право приказывать! А может, они - жулики! - выкрикнул Вандальер. Правой рукой он полез за револьвером. Левая рука дрогнула, машина перевернулась.
Мотор ревел, колеса визжали. Вандальер выбрался и вытащил андроида. Через минуту они уже были вне круга слепящего света вертолетного прожектора, в кустах, в лесу, во мраке благословенного убежища.
Вандальер и андроид отчаянно продирались сквозь кустарник к параллельному шоссе, к спасению. Температура падала, холодный северный ветер пронизывал нас до костей.
Издалека донесся приглушенный взрыв. Взорвался бак машины, в небо взметнулся фонтан огня. Раздуваемый ветром, фонтан превратился в десятифутовую стену, с яростным треском пожиравшую растительность.
- Скорей!
Я вскрикнул и рванулся вперед. Он потащил меня за собой, пока их ноги не заскользили по ледяной поверхности замерзшего болота. Внезапно лед треснул, и они оказались в ошеломляюще холодной воде.
Стена пламени приближалась, я уже ощущал жар. Он ясно видел преследователей. Вандальер полез в карман за револьвером. Карман был порван, револьвер исчез. Наверху беспомощно завис вертолет, не в состоянии перелететь через клубы дыма и пламени и направить преследователей, сгруппировавшихся правее нас.
- Они не найдут, - зашептал Вандальер. - Сиди тихо. Это приказ. Они не найдут нас. Мы победим пожар. Мы...
Три отчетливых выстрела раздались меньше чем в ста футах от беглецов. Это огонь добрался до потерянного оружия и взорвал три оставшихся патрона. Преследователи повернули и пошли прямо на нас. Вандальер страшно ругался, что-то истерически выкрикивал и все нырял в грязь, пытаясь уберечься от невыносимого жара. Андроид начал дергаться.
- Все ерунда! Все ерунда! - кричал он. - Будь холодным и бесстрастным!
- Будь ты проклят! - кричал я.
И тут живые языки пламени заворожили его: он танцевал безумную румбу перед стеной огня. Его ноги дергались. Его руки дергались. Его пальцы дергались. Нелепая копошащаяся фигура, темный силуэт на фоне ослепительного сияния.
Преследователи закричали. Раздались выстрелы. Андроид дважды повернулся кругом и вновь продолжил свой кошмарный танец. Резкий порыв ветра кинул пламя вперед, и оно на миг приняло пляшущую фигурку в свои объятия; затем огонь отступил, оставив за собой булькающую массу синтетической плоти и крови, которая никогда не свернется.
Термометр показал бы 1200° божественного Фаренгейта.
Вандальер не погиб. Я спасся. Они упустили его, пока наблюдали за смертью андроида. Но я не знаю, кто из нас он. Заражение, предупреждала Ванда. Заражение, говорила Нан Уэбб. Если вы живете с сумасшедшим андроидом достаточно долго, я тоже стану сумасшедшим.
Но мы знаем одно: они ошибались. Робот и Вандальер знают это потому, что новый робот тоже дергается. Ерунда! Здесь, на студеном Поллуксе, робот танцует и поет. Холодно, но мои пальцы пляшут; холодно, но он увел маленькую Талли на прогулку в лес. Примитив, сервомеханизм... все, что я мог себе позволить. Но он дергается, и воет, и гуляет где-то с девочкой, и я не могу их найти. Вандальер меня быстро не найдет, а потом будет поздно. Термометр показывает 0° убийственного Фарангейта.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
