Мы проголосовали «магическому ковру», проплывающему мимо, и направились к Профессиональному зданию. Я сел сзади и решил, что буду радоваться поездке и постараюсь забыть о своих бедах. Я люблю такси, оно дает мне ощущение роскоши, и полюбил еще больше, когда с них сняли колеса. Эта машина оказалась новым «кадиллаком» каплевидной формы на воздушной подушке. Мы мчались по бульвару, тихому, как мысль, в шести дюймах от земли.
Наверное, нужно объяснить, что у нас было местное городское постановление: переноска возможна только в том случае, если она согласуется с правилами движения — наземного, я хочу сказать, а не воздушного. Это может показаться удивительным, но это результат неудачи одного человека по моей линии работы. Ему было заказано отгрузить одиннадцать тонн стеклянного кирпича для перестраивающегося ресторана на другом конце города. Он нанял мага с обычной грузовой лицензией. Не знаю, то ли маг был неосторожен, то ли просто глуп, только он уронил эти одиннадцать тонн кирпича на крышу баптистской церкви. Всякий знает, что магия не работает над освященной землей: если бы он взглянул на карту, то увидел бы, что по прямой линии груз пройдет как раз над церковью. Как бы то ни было, привратник был убит, а ведь могло быть полно и прихожан. Это вызвало такое смятение, что переноска была разрешена только над самой землей.
Наш человек был там — мистер Уиггин из фирмы «Уиггин, Снид, Макклетчи и Уиггин». Он уже слышал про мой пожар, но когда ему Джедсон объяснил, что, по его убеждению, тут работала магия, он заартачился и сказал, что не может это принять. Джедсон был на диво терпелив.
— Вы эксперт по магии? — спросил он.
— Я не специализировался в магической юриспруденции, если вы это имеете в виду, сэр.
— Так вот, сам я не имею лицензии, но магия издавна была моим хобби. Я уверен в том, что сказал вам насчет этого дела: спросите любого независимого эксперта, и он подтвердит мое мнение. Мы предлагаем условно считать, что этот убыток причинен магией. И если это так, то есть возможность спасти большую часть утерянного. Есть у вас авторитет утвердить претензии?
— Пожалуй, могу сказать — да, имея в виду законные ограничения и пункты контракта.
Я подумал, что он вряд ли может с уверенностью сказать без контролера за спиной, что у него на руке пять пальцев.
— Тогда дело вашей совести свести потери вашей компании к минимуму. Если я найду колдуна, который сможет уничтожить полностью или частично убыток, гарантируете ли вы ему гонорар от имени вашей компании в разумных пределах, скажем, двадцать пять процентов от страховой суммы?
Уиггин запинался и мямлил, говорил, что не видит, как это можно сделать, и что, если пожар причинен магией, тогда восстановление магией не может стать уголовным преступлением, поскольку мы не можем быть уверенными, что у вовлеченных в дело магов нет связи с Нижним Миром. Кроме того, мы пришли с претензиями только сейчас и не известили компанию о посетителе, а компания, возможно, могла бы предупредить претензии. Во всяком случае, это очень серьезный прецедент, и ему, Уиггину, придется проконсультироваться в фирме.
Джедсон встал.
— Я вижу, что мы только теряем время — свое и ваше, мистер Уиггин. Ваше заявление относительно возможной ответственности мистера Фрезера попросту смехотворно, и вы сами это знаете. Согласно контракту, нет никаких оснований извещать вас, но даже если бы они и были, у него есть законные двадцать четыре часа для любого извещения. Я думаю, мы сами проконсультируемся в вашей фирме. — И он потянулся за шляпой.
Уиггин поднял руку.
— Джентльмены, джентльмены, прошу вас, не надо спешить. Мистер Фрезер согласен заплатить половину гонорара?
— Нет. С какой стати? Это ваш убыток, а не его. Ведь это вы страховали его, а не наоборот.
Уиггин постучал очками по зубам и сказал:
— Мы заплатим гонорар пропорционально результатам.
— Вы когда-нибудь слышали, чтобы человек в здравом уме имел дело с колдунами на таких основаниях?
Через двадцать минут мы вышли с документом, дающим нам право нанять ведьму или колдуна для спасения моего участка за гонорар, не превышающий двадцать пять процентов от объявленной оценки.
— Я уже думал, что нам придется отказаться от этого дела, — сказал я со вздохом облегчения.
Джедсон улыбнулся.
— Зря, сынок. Он просто пытался нас объегорить, чтобы сберечь деньги. Я дал ему понять, что знаю эти штучки.
Теперь надо было решить, кого пригласить. Джедсон откровенно признался, что не знает никого ближе чем в Нью-Йорке, кто мог бы честно и уверенно сделать эту работу вне зависимости от гонорара. Мы зашли в бар, и пока я заказывал пиво, Джедсон кому-то звонил. Наконец он вернулся и сказал:
— Кажется, нашелся человек. Я никогда не имел с ним дела, но у него хорошая репутация и опыт, и все, с кем я советовался, считают, что он единственный из возможных.
— Кто же это?
— Доктор Фортеско Бидди. Он живет ниже на улице. Давай сходим.
Я допил пиво, и мы пошли.
Квартира доктора Бидди впечатляла. Угловая, на четырнадцатом этаже, и он не пожалел расходов на ее убранство. Современный стиль, строгая элегантность врачебного общества. Вокруг стен шел фриз со знаками зодиака из врезного стекла с алюминиевой подкладкой. Это было единственное украшение, вся прочая обстановка была простой, но богатой, со множеством стекла и хрома.
Мы ждали минут тридцать во внешнем кабинете. Я проводил время, прикидывая, могу ли я сделать такую мебель и отдать свою в аренду из десяти процентов. Затем очень красивая девушка пригласила нас внутрь. Мы вошли в комнату поменьше, пустую, там мы ждали еще десять минут. Эта комната больше походила на приемную, там было только несколько застекленных книжных шкафов и старый бюст Аристотеля. Чтобы убить время, мы с Джедсоном разглядывали шкафы. Они были заполнены множеством редких старых книг по магии. Джедсон указал мне на Красную Книгу, и в это время позади нас раздался голос:
— Занятно, правда? Древние удивительно много знали. Не научно, конечно, но замечательно умно.
Мы обернулись. Сзади стоял человек, представившийся нам как доктор Бидди. Он показался нам довольно приятным и красивым малым. Он был лет на десять старше меня — под сорок, седеющие виски и маленькие жесткие усики делали его похожим на британского майора. Одежда его как бы сошла со страниц модного журнала, манеры достаточно любезные, но в выражении лица была некоторая надменность.
Он пригласил нас в свой кабинет, усадил и предложил сигареты.
— Вы, конечно, мистер Джедсон, — сказал он. — Полагаю, что вас прислал мистер Дитворт?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
