Роберт Хайнлайн
Магия. Инкорпорейтед
— Чьими чарами вы пользуетесь, приятель?
Это были первые слова парня, который явился в мой магазин. Он отирался тут по крайней мере минут двадцать, разглядывая образцы водонепроницаемого пигмента, вертя в руках каталоги водопроводных труб и разглядывая выставку скобяных товаров, пока я не остался один.
Его манеры мне не нравились. Я ничего не имею против законного, делового осмотра со стороны заказчика, но бесплатное вынюхивание меня злит.
— Разных местных дипломированных практиков в волшебстве, — ответил я ему холодно, но вежливо. — Почему вы меня об этом спрашиваете?
— Вы не ответили на мой вопрос, — указал он. — Давайте выкладывайте, я могу торчать тут весь день.
Я сдержался. Я требую от своих служащих вежливости с посетителями, и хотя был уверен, что этот тип никогда не будет покупателем, я не хотел нарушать собственные правила.
— Если вы собираетесь что-то купить, — сказал я, — я буду счастлив сказать, используется ли магия в производстве данного товара, и назвать имя мага.
— Вы не хотите сотрудничать, — пожаловался он, — а мы любим тех, кто сотрудничает с нами. Вы не знаете, что случается с такими, кто не сотрудничает.
— Кого вы подразумеваете под словом «мы», — рявкнул я, отбросив всякие претензии на вежливость, — и что означает «случается»?
— Вот мы и подошли кое к чему. — Он отвратительно ухмыльнулся и уселся на край прилавка, так что дышал мне прямо в лицо. Он был маленьким, смуглым (наверное, сицилиец, подумал я), его одежда и прочие предметы туалета целиком укладывались в схему, которую я не мог терпеть. — Я скажу вам, что я имел в виду под словом «мы»: я представитель организации, защищающей людей от неудач, если эти люди сообразительны и готовы с нами сотрудничать. Поэтому я и спросил вас, чьими чарами вы пользуетесь. Некоторые здешние маги не хотят объединений. Они портят свое счастье, и их неудачи отражаются на продукции.
— Продолжайте, — сказал я, желая, чтобы он зашел возможно дальше.
— Я знал, что вы сообразите, — ответил он. — К примеру, как вам понравится, если в ваш магазин выпустят саламандру, которая сожрет ваши товары и, возможно, распугает ваших покупателей? Или, скажем, вы продадите товары для постройки дома, а в доме поселится привидение, которое будет бить посуду, сквашивать молоко и выламывать фурнитуру? Это все может произойти с тем, кто имеет дело с неправильными магами. Немного того, сего — и ваш бизнес кончится. Мы не хотим, чтобы это случилось. Вам ясно? — Он хитро поглядел на меня. Я ничего не сказал, и он продолжил: — У нас в штате самые лучшие демонологи и самые опытные маги. Они могут сообщить, каким образом маг проникает в Нижний Мир и может ли принести своим клиентам неудачу. Тогда мы даем советы своим клиентам, с которыми имеем дело, и охраняем от неудачи. Понятно?
Я прекрасно понял. Я не вчера родился. Маги, с которыми я имел дело, были местными людьми, и я их знал много лет: у них была хорошая репутация как здесь, так и в Нижнем Мире. Они не делали ничего такого, что восстановило бы против них духов природы, и они не приносили неудач. А этот грязный тип хотел сказать, что я должен иметь дело только с теми магами, которых выбирала бы его банда, и платить такой гонорар, какой она установит, а затем она будет стричь и гонорар, и доходы от моего бизнеса. Если же я не соглашусь «сотрудничать», то меня станут преследовать элементалы, с которыми банда договорится, — надо думать, с ренегатами, имеющими человеческие пороки, — они испортят мой товар и распугают покупателей. Если я буду и дальше противиться, я могу встретиться и с по-настоящему опасной черной магией, которая может ранить и даже убить меня. И все это под предлогом защиты от людей, которых я знал и любил.
Чистый рэкет!
Я слышал, что подобные вещи случаются в Восточных штатах, но не думал, что они могут быть в таком маленьком городке, как наш!
Парень сидел, глазел на меня и ждал ответа, вытягивая шею из слишком тесного воротничка, и поэтому я кое-что заметил. Несмотря на его щегольский наряд, на его шее был шнурок — как раз над воротничком, — на котором явно что-то висело. Амулет. Если так, значит, парень суеверен, хоть и молод.
— Вы что-то упустили, — сказал я ему. — Я седьмой сын, родился в сорочке, и у меня двойное зрение. С моей судьбой все в порядке, а вот над вами нависло несчастье, как кипарис над могилой!
Я протянул руку и схватил шнурок. Он лопнул и остался в моей руке. На нем висел амулет — противный комочек, ничего особенного не представляющий, но столь же аппетитный, как дно птичьей клетки. Я бросил амулет на пол и растер его в пыль.
Парень спрыгнул с прилавка и встал против меня, тяжело дыша. В его правой руке показался нож, а левой он защищался от дурного глаза, вытянув указательный палец и мизинец по направлению ко мне — рога Асмодея. Я понял, что сейчас он в моих руках.
— Здесь твоя малая магия не пройдет! — крикнул я, выхватывая из ящика за прилавком пистолет и наставляя его в лицо паука. — Холодное железо! А теперь иди к своему хозяину и скажи ему, что холодное железо ждет и его тоже!
Он попятился, не спуская с меня глаз. Если бы взгляд мог убивать, то я был бы уже мертв. В дверях парень остановился, плюнул на порог и мгновенно скрылся.
Я убрал оружие на место и занялся своей работой: два покупателя вошли как раз после того, как мистер Грязный Бизнес вышел. Но, признаюсь, я был встревожен. Репутация — самая главная ценность человека. Я создал себе имя, хотя я еще молод, надежными товарами. Совершенно ясно, что этот тип и его дружки сделают все, чтобы уничтожить это имя, а это нетрудно, если они связаны с черными магами.
Конечно, строительные материалы не требуют так много магии, как менее крепкие товары. Людям, строящим дом, приятно сознавать, что их кровать не провалится в подвал, а крыша не исчезнет и не оставит их под дождем. К тому же, строительство включает в себя много железа, а очень немногие коммерческие колдуны могут справиться с холодным железом, и они так экспансивны, что использовать их в строительстве неэкономично. Конечно, если кто-то из компании объединения кафе или еще кто-нибудь в этом роде захочет иметь летний домик или плавательный бассейн, построенный целиком с помощью магии, я согласен на контракт с учетом издержек и найму экспансивного перворазрядного мага, но обычно в моем деле магия используется только для непрочных предметов и всяких побрякушек, которые люди покупают по дешевке и время от времени меняют. Так что я беспокоился не о магии, а о том, что магия может сделать с моим бизнесом, если кто-то захочет намеренно причинить мне вред. Я, во всяком случае, имел основания думать о магии, потому что недавно мне звонил некий Дитворт — не с гнусными угрозами, а с деловым предложением, насчет которого я еще не решил. Но это было то же самое, и это меня беспокоило.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
