Читаем без скачивания Город Жемчуга - Карен Тревис

Сейчас было самое подходящее время подвести итог. В такие дни требовалось много усилий, чтобы оставаться объективной.

Закрывзасобой люк своей каюты, Шан, прежде чем шлепнуться на койку, открыла музыкальную библиотеку своей шебы. Только легла она наоборот, ногами к изголовью, так чтобы как удивленный ребенок могла любоваться поверхностью Марса.

Шеба защебетала. Шан открыла глаза, снова закрыла их, но тут кто-то настойчиво постучал в люк.

— Педерасты, — пробормотала она.

Часы показывали 20:17. Она спала слишком долго.

Когда Шан открыла люк, на пороге возникли двое мужчин. Они не обладали мускулами, которые полагались телохранителям компании, и не были полицейскими, но, словно влитые в деловые костюмы, они производили впечатление людей, которые не могут представить себе существования вне работы, не имеют тайной личнбй жизни и никогда не были и не будут ни родителями, ни любимыми, ни любящими сыновьями. В какой-то миг ей показалось, что если они повернутся спиной, то она увидит пластины, за которыми скрываются батарейки.

— Рановато вы что-то, — заметила она. — Уже взяли станцию под свою юрисдикцию?

Тот, что помоложе, с тонкими светлыми волосами, бросил взгляд через плечо на мужчину постарше, который остановился в проеме люка.

— Мы не станем мешать работе вашей команды, суперинтендант Франкленд, — сообщил он. — Министр иностранных дел Пиралт прибыла, чтобы увидеться с вами.

Пиралт. Евгения Пиралт — политик, которую Шан никогда не встречала. Еще один двухмерный персонаж новостей, без семьи и с батарейками в заднице.

— Я не работаю с министерством иностранных дел, — осторожно заметила Шан.

— Это — Ключевой Вопрос, — кивнул блондин, произнеся это так, что сразу стало понятно: если эти слова записать на бумагу, то оба надо писать курсивом и с большой буквы.

— А со следующего месяца я вообще больше ни с кем не работаю. Я ухожу в отставку. Еду домой.

Оба гостя выглядели обеспокоенными. Несмотря на свое положение, они не стали спорить.

— Мне жаль, суперинтендант, но если министр проделала такой путь, чтобы встретиться с вами, я думаю, вам по крайней мере стоит ее выслушать.

«Ах, Макеевой и его шутки. Шутки про отставку».

— Хорошо. Это даже забавно. Куда идти?

Тот, что постарше, словно и не слышал слов Шан.

— Можем приглашать?

Блондин шагнул вперед. Шан напряглась. Блондин был на несколько дюймов ниже нее, и она удивилась, поймав себя на мысли, что подсознательно приготовилась сразиться ним. Много времени прошло с тех самых пор, как она занималась самообороной. Но взгляд у блондина был примирительным, словно извиняющимся. Он что-то прятал в руке. Нет, не пистолет. Баллончик с наркотическим зельем.

— Похоже, вы не шутите?

— Именно так, мэм. — Он отступил в сторону, и рядом с ним появилась Евгения Пиралт. Она держалась непринужденно, словно регулярно посещала космические станции.

— Министр… — пробормотала Шан. Больше у нее не нашлось слов. Мысли разбегались. А взгляд… Шан не могла отвести взгляд от баллончика в руках блондина. — Это не то, что я ожидала.

А тем временем Пиралт — ах эти аккуратно уложенные седые волосы и неестественно ровно отутюженный френч — внимательно рассматривала ее.

— Я не хотела бы осложнений… — Министр бросила косой взгляд на двоих в костюмах. Те попятились, выскочили из каюты и закрыли за собой люк.

Женщины остались наедине. Какое-то время они стояли молча, лицом друг к другу.

— Франкленд, вам может не понравиться то, что я скажу вам, поэтому я постараюсь быть как можно более краткой. Вы нам нужны, чтобы… скажем так… присмотреть за одной щекотливой миссией.

— В следующем месяце я выхожу в отставку, мэ-эм.

— Мы отвергли ваше прошение.

— Вы не можете… Я была призвана на военную службу, и ныне срок моей службы превышает максимальный период. Я должна была уйти в отставку десять лет назад.

— Мне и в самом деле жаль. Но мы вас не отпустим. Чрезвычайные обстоятельства.

— Класс!.. Хорошо… На какой период вы собираетесь задержать меня на службе? — Я хочу поехать домой. Мне просто необходимо очутиться дома. — Пару месяцев…

— На сто пятьдесят лет. Столько понадобится вам, чтобы добраться до звезды Каванага и вернуться обратно.

Шан отлично слышала слова министра. Но ее сознание как бы раскололось на две части: одна Шан оказалась заинтригована и пыталась вспомнить все, что было известно о звезде Каванага, другая Шан кричала: Нет! Нет! Нет!

Это вызвало у Шан совершенно неожиданную реакцию, с которой она ничего поделать не могла. Она услышала, как сама же задает разумный вопрос, в то время как душа ее вопила, взывая к справедливости:

— И что такого с этой звездой Каванага?

— Там расположена колония Константин, — объяснила Пиралт.

— Колония Константин погибла — все это знают. Они — часть истории.

— Может, колония погибла, а может, и нет. Мы собираемся отправить правительственную и в то же время коммерческую миссию, объединив интересы правительства и компаний, и мне необходим представитель правительства, который в случае необходимости не побоится принять крутые меры.

— Что вам стало известно?

— Мы имеем подтвержденные данные о том, что планета, на которую была осуществлена высадка, экономически и экологически подходит людям.

— Ваша экспедиция нашла колонию?

Пиралт скривилась в наигранной печальной улыбке. Неожиданно на пороге вновь появился блондинчик. Баллончик по-прежнему был у него в руке, но в этот раз он не прятал его.

— Франкленд, вам когда-нибудь проводили брифинг через подсознание? Я знаю, вы… Знаю, вы как язычница не любите фармацевтики.

Шан взглянула на баллончик, а потом подмигнула блондинчику.

— Да. — Подсознательные брифинги стоили очень дорого. Лекарство, с помощью которого можно было провернуть подобную штуку, хранилось под замком, а ключ — у правительственных чиновников, которые его производили. После подобного воздействия в подсознании отложилось бы то, что ей сообщили, но она сознательно не могла бы ничего вспомнить до тех пор, пока соответствующие обстоятельства не «надавили бы на спусковой крючок». Один раз Шан уже подвергали подобному воздействию, при этом у нее постоянно возникало странное ощущение, что она что-то вот-вот вспомнит, что-то постоянно вертелось у нее на кончике языке.

В общем, Шан не нравилось, когда ее подсознание сажали на цепь. Но тогда, в первый раз, это казалось просто необходимо. Теперь же ее вынуждали вновь пройти через эту неприятную процедуру. Естественно, у нее на то не было никакого желания.

— Все настолько серьезно?

— Это настолько важно, что мы пошли на пересмотр собственных законов и отклонили вашу отставку.

— И на сколько еще лет вы собираетесь оставить меня в строю? — Когда ты выходишь в отставку в шестьдесят лет, это имеет значение. — На сколько лет мне предстоит остаться в строю?

— До вашего возвращения. Но вы можете отказаться, после того как все узнаете. Несмотря на подсознательный брифинг, вы будете помнить основные факты и, естественно, можете отказаться.

Если честно, то Шан не верила в дареных коней. Завернув рукав форменной куртки, она протянула руку блондинчику. Тот прижал распылитель баллончика к коже суперинтенданта, надавил на кнопку. В ушах Шан загудело. Она медленно опустилась на край кровати.

Ее шеба пикнула. 20:30…

…Гудение в ушах прекратилось. Шан подняла голову. Дисплей на стене показывал 21:03, и блондинчик аккуратно заворачивал в воздушную упаковку два инжектора. Видимо, Шан находилась в ступоре, и вторая порция лекарства привела ее в себя, запечатав в подсознании все, что сказали ей за это время.

— Да, мэ-эм, — протянула Шан. — Естественно, я согласна. И эти слова показались ей хорошими, правильными. Что бы там ни было сказано, слова Пиралт полностью убедили ее. Когда же Шан попробовала вспомнить, о чем шла речь, ощущение напоминало ей игнорируемый зуд. От всей этой процедуры у нее осталось ощущение беспокойства, решимости и чувство вины, которое беспокоило ее больше всего.

— У вас под началом будет отделение Королевской морской пехоты, тренированных силовиков, специалистов. — Пиралт выудила из пачки десятисантиметровую печенюшку и протянула ее Шан. Та автоматически взяла. — Теперь несекретные сведения. Корабль называется «Фетида»[6]. Все гражданские и военные будут погружены в сон, заморожены, так что вы сможете поговорить с кем-то из них только через семьдесят пять лет.

— Но я никогда не командовала морской пехотой. Обычно я ловлю преступников, полицейские операции… Как относительно этого?

— Думаю, вы человек достаточно искушенный. Справитесь. В любом случае у вас будет первый помощник офицер-морпех.