по поводу своих компетенций и через 37 дней была распущена губернатором. В 1768 году состав ассамблеи был расширен с 20 до 24 человек, но парламент сразу стал ареной жестокой политической борьбы между франкоговорящими «коренными» гренадцами и англоязычными пришельцами.
Первоначально предполагалось, что в ассамблее будут заседать три француза, а в совете – два. Предпосылкой выборности, однако, была не только присяга на верность королю Англии, но и клятва не признавать пресуществление. Пресуществление, т. е. преобразование тела и крови Христа в вино и хлеб признавали католики и православные, но не признавала англиканская церковь (официальная церковь Великобритании). В 1673 году в Англии был принят закон (Test Act), согласно которому любое лицо, желающее занять государственную должность, должно было публично и под присягой отречься от пресуществления. Именно под этот закон и попали франкоговорящие гренадцы. Для католика отказ от пресуществления означал отказ от самой веры. А католическая вера в то время была для французов (относительно недавно разгромивших собственных протестантов в жестоких войнах) часть национальной идентичности. Естественно, что вокруг этого вопроса разгорелся серьезнейший конфликт.
В 1766 году богатые английские плантаторы Гренады (18 человек) во главе с главным франкофобом Ниньяном Хоумом обратились к губернатору с петицией, требуя вообще исключить французов их всех органов управления колонией. Французские поселенцы на Гренаде выступили с петицией прямо противоположного содержания. Характерно, что в Лондоне проявили больше политической гибкости и предписали губернатору допустить французов до выборов: главное, что они согласны признать себя подданными английского короля, католическое вероисповедание Лондон не волновало. Декретом королевских властей от 12 октября 1768 года католиков официально освободили от присяги против пресуществления и три француза заняли места в ассамблее Гренады…
Однако британские плантаторы на острове использовали религиозный вопрос в своих узкокорыстных целях. Преследуя католицизм, они стремились побудить французов эмигрировать с Гренады, надеясь приобрести за бесценок их земли. Поэтому англикане отказались пустить двух французов в совет колонии, а когда губернатор Фитцморис сам привел их туда, шесть членов совета-англичан покинули заседание и совет пришлось распустить.
Ассамблея Гренады влачила жалкое существование и была прямой насмешкой над хваленым британским парламентаризмом. В 1769 году в ее состав официально входили: один чужестранец (вообще-то не имевший права быть туда избранным), один человек, не достигший предписанного для депутата возраста, шесть других депутатов вообще постоянно жили за пределами Гренады. Дополняли эту «палату номер шесть» три британских армейских офицера и четыре француза, ничего не понимавшие по-английски (официальный язык заседаний). Не удивительно, что сессии ассамблеи постоянно срывались из-за отсутствия кворума.
К 1776 году, когда губернатором колонии стал лорд Маккартни, из ее состава уже были выделены Доминика и Сент-Винсент и теперь в ее составе оставались Гренада и Тобаго.
Первоначально острову не слишком везло под британским флагом. В 1766 году Гренаду постигло сильное землетрясение. Год спустя с трудом было подавлено восстание чернокожих рабов. Англичане построили вокруг французского форта деревянный городок Сент-Джорджес (город Святого Георгия), но в 1771 и 1775 годах он дважды сгорал дотла. Британцам пришлось потратиться и восстановить столицу своей колонии с использованием кирпичей и камня.
Англичане полностью переориентировали остров на сахарный тростник, а для этого было нужно много рабочих рук. Поначалу в Британскую Вест-Индию вербовали белых рабочих-контрактников. Им обещали за три года работы на плантациях собственный участок земли. Часто людей подбирали в трактирах, где опаивали и заставляли подписывать кабальные условиях контракта. Приговоренным к смерти (а по британскому законодательству того времени получить такой приговор можно было более чем за 300 преступлений) предлагали сохранить жизнь и отправиться работать в Вест-Индию. Бежали в этот неспокойный и вредный для здоровья белых регион и те, кого в Англии преследовали за религиозные и политически убеждения. В английском языке даже появился глагол to barbadoes («отбарбадосить», т. е. отправить в Вест-Индию, по имени главной английской колонии на Малых Антилах – Барбадоса).
Однако белых контрактников было недостаточно, к тому же им надо было платить землей. Поэтому англичане стали завозить из Африки негров-рабов в огромных количествах. Причем примерно 40 % африканцев умирали по пути, и за кораблями работорговцев охотно следовали стаи акул.
Считается, что с 1440 по 1880 год из Африки насильственно было вывезено до 25 миллионов человек. Но скорее всего и эта ужасная цифра занижена. Ведь только в английские колонии в Северной Америки (будущие США) англичане ввезли начиная с 1620 года 13 миллионов негров, причем на каждого живого приходилось 2–4 погибших при транспортировке.
В 1790 году в британской Вест-Индии насчитывалось 524 тысячи рабов (большинство – на Ямайке), во французской – 643 тысячи (большинство – на Гаити). Всего в 1600–1800 гг англичане ввезли в Вест-Индию примерно 1.7 миллиона рабов из Африки.
70 % рабов трудились на плантациях сахарного тростника, другие выращивали хлопок, кофе, какао, табак и зерновые. Сахар, табак, ром, пряности, кофе и другие «колониальные товары» вывозились в Европу, откуда поступала вся готовая промышленная продукция и новые партии рабов. Этот бизнес был крайне выгодным для европейцев, учитывая мизерные затраты на «черную рабочую силу». Не случайно Франция после проигранной Семилетней войны в 1763 уступила Британии огромную Канаду, чтобы только сохранить маленький остров Гваделупа в Вест-Индии.
Англичане производили сахар в Вест-Индии дешевле других (у них было больше рабов и больше кораблей для их транспортировки)[10] и вскоре индийский (или китайский) чай с карибским сахаром стал почти национальным символом Британии. Количество плантаций сахарного тростника на Гренаде увеличилось с 81 в 1763 году до 125 (общей площадью в 125 тысяч акров) в 1772 году[11].
В целом Гренада на момент ее приобретения Англией в 1763 году была самым экономически развитым островом Вест-Индии. Например, в 1764 году она производила 179 тысяч фунтов какао, 1.29 миллиона фунтов кофе и 65.6 тысяч хандредвейтов сахара[12]. В 1769–1770 годах 51 корабль занимался исключительно обслуживанием торговых операций между Гренадой и Лондоном. В 1773 году Гренада экспортировала в Англию 198 тысяч хандредвейтов сахара и 64 тысячи галлонов рома. В 1763 году 82 % всего кофе, закупаемого Великобританией в Вест-Индии, завозилось с Гренады. Доля Гренады в экспорте какао из Вест-Индии превышала 50 %.
Причем Гренада была вынуждена платить еще и ввозные пошлины, обогащая королевскую казну. В 1763–1780 годах Гренада заплатила только ввозных пошлин на кофе на 414 тысяч фунтов. На гренадских сахаре и роме британское казначейство «заработало» в 1763–1779 гг более миллиона фунтов. Продавать продукцию всем другим странам в соответствии с доктриной меркантилизма Гренаде (как и остальным колониям) было строжайше запрещено.
В 1775 году английские колонии в Северной Америке восстали
