Или это все Лола? Высокая загорелая австралийка со странным чувством юмора и выгоревшими на солнце волосами, совсем непохожая на темноволосую тихую англичанку, с которой Люк проводил время в Лондоне. Лола — своя: беззаботная хохотушка, не слишком обремененная моралью.
Однако, находясь в Англии, Эбби поверить не могла, что Люк действительно против ее приезда. Как только они будут вместе, все само собой устроится. Она только и помнила, что полные любви голубые глаза Люка, то, как страстно сжимал он ее в своих объятиях, да еще обещание, что в его жизни никогда не будет другой женщины.
В ту весну ей исполнилось уже двадцать четыре, а жизнь, казалось, проходила мимо. Зачем еще год ждать, когда счастье так близко, только руку протяни. Поэтому она не стала слушать свою мать, которая настаивала на том, что Люк сам должен приехать за своей невестой. «Люк дом строит, чего зря тратиться на никому не нужную поездку», — возражала Эбби. Гораздо практичнее ей самой к нему приехать.
И вот она без малейшего сомнения бросилась в путь, и восемь недель тому назад в порту Сиднея ее встретил незнакомец с тяжелым взглядом.
Но он все же женился на ней. В ту ночь он зарылся лицом в ее волосы и прошептал:
— Постарайся понять, Эбби. Постарайся понять.
Но что она должна была понять, так и осталось для Эбби загадкой, поскольку сразу после этого они стали просто мужчиной и женщиной. Может, она должна была понять боль и экстаз первой брачной ночи?
Эбби знала только одно — это навсегда связало ее с Люком…
Бесконечный день закончился, солнце село за холмом, на котором возвышался монастырь. На фоне розового неба чернел церковный крест, а стройные кипарисы придавали пейзажу итальянский вид. Окно гостиной словно превратилось в навевающую тоскливые воспоминания картину. В этот вечер на Эбби напала меланхолия, и девушка дождаться не могла, когда же, наконец, по-настоящему стемнеет и она сможет задернуть шторы.
Она даже со вздохом облегчения развернулась к реке и прислушалась к знакомому мотивчику. Эбби никак не могла почувствовать себя дома в этой чужой стране, где в невообразимом калейдоскопе смешались старина и современность. Даже если Люк поможет, и то пройдет немало времени, прежде чем она привыкнет.
Однако с наступлением темноты Эбби немного повеселела. Люк должен вернуться домой с минуты на минуту. Она приготовила изысканный ужин, приняла душ и переоделась в белое платье. Потом попробовала помаду Лолы, и цвет идеально подошел к ее наряду. Эбби сжала губы и почувствовала необычный привкус. Если Дедре влетит за этот подарок, то Эбби придется защищать девчонку. Но какой восхитительный оттенок! Как идет ее светлой коже! Девушка тщательно причесала короткие черные волосы, подправила брови. Сердечко ее пустилось вскачь. Заметит ли Люк эту помаду? Или ее саму? Сможет ли она отвлечь его от постоянных мыслей о работе, которой он прямо-таки одержим последнее время?
Когда-то он был одержим ею. И снова будет.
От этого решения у нее на душе полегчало. Услышав машину Люка, Эбби побежала открывать дверь.
— Привет, милый! Ты сегодня рано.
Люк выбрался из автомобиля — широкоплечий стройный красавец. Сердце Эбби, как обычно, подпрыгнуло от удовольствия.
Но через мгновение настроение ее упало: Люк обошел малину с обратной стороны, открыл пассажирскую дверцу, и перед ней предстала Лола. Именно она и ответила на приветствие Эбби.
— Привет тебе! Я зайду выпить? Минут на пять, не больше. Времени совсем нет.
— Привет, милая. — Люк подошел и поцеловал жену в щеку. — Хорошо день провела?
Эбби вспомнила бесконечные часы ожидания, которые, слава богу, остались позади.
— Да ленилась почти все время, только ужин приготовила да кукабарр покормила.
— А я думала, ты их ненавидишь, — удивилась Лола.
— Ну почему же, они довольно милые и сообразительные. Даже учатся не смеяться надо мной.
По пути к дому она взяла мужа за руку, и пальцы их сплелись. Но в следующее мгновение он уже говорил:
— Что будешь пить, Лола? Как обычно?
— Спасибо, Люк. Этот псих на реке замучил уже своей музыкой. Она тебя еще с ума не свела, Эбби?
«Нет, я так люблю эту страну, и ничто здесь с ума не сводит, — хотела ответить она. — Даже то, что ты постоянно тут ошиваешься. Небось и раньше, до моего приезда, постоянно у Люка торчала…»
Но Лола, как обычно, была привлекательна и невозмутима. Густо накрашенные глаза, гладкая золотистая кожа. Прямая юбка с топом выгодно подчеркивают стройную фигуру. Она, как и Дедра, была слишком худой, но научилась превращать свои недостатки в достоинства. Помесь элегантной дамы с уличным мальчишкой — завораживающее зрелище. Многие австралийки такие.
— Иногда мне хочется, чтобы он сменил мотивчик, — только и сказала Эбби.
— Утконос и кенгуру. Прямо как Мэри с Милтоном, — засмеялась Лола. — Мэри сильно смахивает на глупую утку, а Милтон на старого несносного кенгуру, все время ищет, на кого бы наброситься. Постоянно в окна пялится. Ты заметила, Эбби?
— Вижу иногда, — ответила девушка.
«И не только Милтон, — хотелось добавить ей. — Мать твоя недалеко от него ушла, ее смуглое, ничего не выражающее лицо, обрамленное седыми волнистыми волосами, тоже все время в окнах мелькает. Подходит тихо и всегда улыбается. Совершенно непонятно, о чем она думает. Как, впрочем, и остальные, за исключением, пожалуй, Милтона, который только и делает, что целыми днями гоняет сердитые мысли о своем изуродованном теле».
— Почему Дедра сегодня в школу не пошла? — спросила Эбби.
— У них выходной был. Опять тебе надоедала?
— Она мне не надоедает, просто ей одиноко. — Эбби не могла ответить по-другому, ребенка и так постоянно шпыняют, никто им не интересуется.
— Не хочет играть с другими детьми, хоть ты тресни. Дедра не слишком популярна. Вот бедолага, жуткая вышла помесь. Совсем на меня не похожа. — Лола снова рассмеялась и взглянула на Люка. — Ей отец нужен, — вполне серьезно добавила она, не сводя с него глаз, в которых застыло странное выражение.
— И когда он приедет? — поинтересовался Люк, не отрываясь от приготовления коктейлей.
— Кто его знает! От него уже лет сто новостей нет. Письма он писать не любитель. Да и я, впрочем, тоже. — Лицо ее снова стало непроницаемым. — Знаешь, Эбби, давненько я уже своего муженька не видала. Дедра его даже не помнит. Но я все время говорю ей, что однажды папа вернется к ней, хотя сама не знаю, нужен ли он мне теперь. Я и одна неплохо справляюсь. В любом случае лучше уж так, чем как Мэри, у которой Милтон камнем на шее висит.
Эбби совершенно не хотелось развивать эту тему. Если начать задавать вопросы, то вполне может оказаться, что у Лолы вообще никакого мужа никогда не было. А этого Эбби совершенно знать не хотелось. Неприятное было бы открытие. Лучше уж поддерживать ее версию.
