Дверей на верхней площадке оказалось всего две: одна вела в туалетную комнату, на другой, выкрашенной дешевой зеленой краской, вообще никаких опознавательных знаков не имелось.
Но поскольку других дверей не наблюдалось, Эбби постучала именно сюда. Девушка подождала немного, стараясь расслышать шаги. В коридоре было темно и прохладно, особенно по сравнению с утопающей в раскаленном солнце улицей. Проносящихся мимо машин почти не слышно. Так тихо, как будто тут вообще никого нет.
На стук никто не ответил. Девушка постучала еще раз, более настойчиво, и снова прислушалась. Никого. Потом подергала за ручку — закрыто.
И вдруг ей показалось, что она нарушила границы частного владения и сует нос не в свое дело. Выходит, никакой «Роуз-Бей косметикс» тут нет. Раз уж фирму назвали «Роуз-Бей», то и находиться она должна в Роуз-Бей, очень милом пригороде Сиднея на берегу океана.
Эбби уже разочарованно развернулась и пошла вниз, цокая высокими каблучками, когда услышала за дверью какие-то звуки.
Именно в этот момент ее охватило безотчетное чувство, что за ней снова наблюдают. «Ну вот, теперь в замочную скважину», — разозлилась она. Но если даже она и ошибается, в комнате все равно кто-то есть.
Ярость заставила ее накинуться на дверь с новой силой.
— Я знаю, что там кто-то есть! — бесцеремонно заявила она. — Открывайте!
Тишина. Позабыто-позаброшено. Не почудились ли ей эти звуки? Может, уличный шум сбил ее с толку? Девушка оглянулась назад, на ярко освещенный прямоугольник входной двери. Все как обычно, смешно, право дело!
Эбби развернулась, решив постучать еще разок, так, на всякий случай, но рука ее застыла на полпути. У нее даже челюсть от неожиданности отвисла.
Дверь была приоткрыта, немного, всего на несколько дюймов.
— Вы стучали. Хотите чего-то? — поинтересовался монотонный мужской голос.
Эбби сама не поняла, почему так перепугалась.
— Я не знала, что тут кто-то есть. Думала, что место заброшено.
Щель расширилась, и в ней показался тощий рыбоглазый мужчина, с рыбьим же лицом: рот ловит воздух, волосы бесцветные и настолько редкие, что через них кожа просвечивает.
Тип, конечно, не из приятных, но все же человек из плоти и крови, а не гоблин и не привидение. Эбби собралась с мыслями и задала более адекватный вопрос:
— Компания «Роуз-Бей косметикс» тут расположена?
— Никогда про такую не слыхал, леди.
— Но как же так?! Внизу вывеска висит. Что вы тут делаете, если ничего про это место не знаете? — Своим праведным гневом Эбби постаралась отгородиться от неприятного ощущения, что и тут за ней следят. Почему дверь открыли всего на несколько дюймов? И кстати, что находится там, внутри? — Что вы там прячете? Дайте-ка мне взглянуть! Или «Роуз-Бей косметикс» здесь, или ее тут нет.
Мужчина не ожидал такого напора, и дверь легко поддалась натиску Эбби. Но внутри — пустота, за исключением сваленных в угол старых коробок, которые, казалось, здесь уже лет сто пылятся.
В боковой стене обнаружилась очередная дверь, и она была тоже чуть-чуть приоткрыта.
И вновь Эбби почудилось, что за ней кто-то наблюдает.
Узкое грязное окно выходило в темный колодец двора, шум улицы фактически не слышался. Такое впечатление, что и солнечный свет, и автомобили находились за тысячу миль отсюда.
— Мне кажется, вы не туда попали, леди, — уставились на нее водянистые, рыбьи глаза.
— Тогда откуда табличка на двери?
— Почем мне знать? Я простой служащий.
— И где же вы служите? Чем занимаетесь?
— А вот это уже не ваше дело, мадам, вам так не кажется? — заявил мужчина. — Если вам потребовалась компания «Роуз-Бей косметикс», ничем помочь не могу. Поищите в Роуз-Бей. Кстати, чего вы там забыли?
— Хотела узнать про помаду, которую они выпускают…
Щель в соседней двери определенно стала шире. Эбби могла чем угодно поклясться в этом. Да что она вообще тут делает, совершенно одна в пустой комнате, задает этому человечку дурацкие вопросы насчет помады? Даже если бы он действительно работал в «Роуз-Бей косметикс», и то вряд ли был бы в курсе всех секретов производства. Она начала бормотать что-то неопределенное, стараясь разогнать своим голосом опутавшее ее чувство опасности. Господи, только бы поскорее выбраться отсюда!
— Это совсем не важно. Извините за беспокойство.
— Вы явно не туда попали, — монотонно прожужжал бесцветный голос. — На вашем месте я бы убрался отсюда подобру-поздорову. И поскорее.
Возможно, в последних словах и не содержалось никакой угрозы. Тембр голоса совершенно не изменился. Однако Эбби заглянула в холодные, рыбьи глаза, и, бормоча по пути извинения, сорвалась с места, и опрометью кинулась вниз по лестнице. Вперед, к солнечному свету! Одному Богу известно, почему эта пустая комната с пыльными коробками в углу так сильно напугала ее.
Ее всю трясло. Что с ней такое? Мужчина ничего не сделал ей, напротив, это она повела себя по-идиотски, ворвалась без приглашения. Но вторая дверь, она точно распахнулась пошире. Всего на дюйм, но приоткрылась же! Мысли о том, кто мог за ней прятаться, пугали даже больше, чем этот рыбоглазый человечек.
И вдруг Эбби почувствовала себя совершенно одинокой на шумной, запруженной людьми улице. Ей и раньше приходилось испытывать нечто подобное в этой огромной незнакомой стране, но теперь было все иначе: будто она — единственная чужестранка среди враждебно настроенных аборигенов.
Само собой, это просто игра ее воображения. И виной всему — отношение Люка. Если бы он хоть немного сблизился с ней, она перестала бы видеть в каждом встречном врага. Но, казалось, он не хотел сродниться с ней, держал ее на расстоянии, вот она и переносила свою подозрительность и боль на посторонних.
И все же, кроме Люка, утешить ее никто не мог, и она направилась к ближайшему телефону-автомату.
Эбби собиралась спросить, нельзя ли ей приехать к нему в офис и подождать, пока он не закончит дела? Потому что ей становилось плохо при мысли о том, что придется возвращаться в пустой дом с мерзко вопящими кукабаррами, Джоком, с его бесконечной мелодией и миссис Моффат, которая начнет приставать с расспросами, что она делала в городе.
Трубку взяла мисс Аткинсон, сорокалетняя секретарша Люка.
— Мне очень жаль, миссис Ферон. Мистера Ферона нет на месте.
— О! — разочарованно выдохнула Эбби и только теперь заметила, что постоянно оглядывается назад, пытаясь разглядеть, не следит ли за ней рыбоглазый. — А он скоро вернется? Можно мне приехать подождать его? Я в городе, вот и подумала, что мы могли бы вместе вернуться домой.
