— Как какая? Ведь все часы идут неправильно!
— Подумаешь! Я все равно никогда не опаздываю, потому что выхожу с запасом времени. Часы идут, как им самим хочется. Вот ты представь только — по какой-нибудь пыльной дороге строем идут часы. В ногу. Все одинаковые, все идут правильно. А где-нибудь в сторонке, в цветущем оазисе, отдыхают мои часы. Им хорошо, они сил наберутся и потом остальных догонят. Какая разница, как идти, если к месту назначения прибудешь вовремя? Ну зачем всем строем ходить?
— Фантазерка, — снисходительно усмехнулся Олег. — Ну все, малышка, мне пора.
Уходя, он корректно поцеловал Яну и оставил ее в неведении относительно своих дальнейших планов: то ли эта ночь была лишь мимолетным эпизодом, то ли чем-то более серьезным. Сама она, естественно, никаких наводящих вопросов задавать не стала.
Как вскоре выяснилось, и правильно сделала. Правда, весь день Янка не переставала гадать, что будет дальше, но вечером Олег позвонил. С переменным успехом их роман просуществовал уже больше года. Конечно, они были совершенно разными — своенравная, иногда безалаберная Янка и сдержанный, аккуратный Олег. Но ведь все говорят, что противоположности сходятся!
В дверь позвонили. Янка кинулась открывать. У Олега не было ключей от ее квартиры. Как-то она предложила ему взять запасные ключи для удобства. Она редко могла сказать точно, когда вернется с работы, и Олег вполне мог бы в свободное время ждать ее возвращения дома. Однако он категорически отказался, не объясняя причин. Нет — и всё тут. Ну, на нет и суда нет. Не хочет — не надо, каждый имеет право на свои… скажем мягко, капризы. Возможно, таким путем Олег просто хочет приучить ее хотя бы к какой-то упорядоченности в жизни.
Она распахнула дверь, не взглянув в глазок и не поинтересовавшись личностью визитера. За это Олег ее тоже поругивал. Яна и сама понимала, что уж кому-кому, а ей нужно бы знать, что так делать ни в коем случае нельзя. Она не раз снимала репортажи о грабежах и убийствах, тесно общалась с милицией и прокуратурой и прекрасно знала, что за дверью может оказаться отнюдь не старушка соседка. Впрочем, вряд ли какой-нибудь оголтелый грабитель потащится на дело в праздничный день, когда в любом подъезде ходит туда-сюда тьма жильцов.
Перед Яной возникло улыбающееся лицо Ольги, а за спиной подруги маячил хмурый Олег.
— Привет! — обрадовалась Яна. — Ну надо же — то никого из вас не дождешься, а то оба сразу явятся, как сговорились. Ну, что в дверях встали как не родные!
Ольга чмокнула хозяйку в щеку и деловито двинулась на кухню, на запах кофе. Олег все так же хмуро буркнул:
— Привет, — и отправился вслед за Ольгой.
Яна пожала плечами. Ну что за детские обиды! Наверное, в каждом мужчине действительно навсегда остается жить мальчишка. Вот только Олег этого стесняется и старается казаться преувеличенно взрослым и серьезным. «Чем-то в этом отношении они с Ольгой схожи», — неожиданно для себя подумала Яна. Ольга действительно всегда мыслила рационально, не упускала своей выгоды и была в этом отношении совершенно не похожа на Янку. Конечно, Яна прекрасно знала, что булки на деревьях не растут, и понимала, что выгодно для нее, а что не очень. Однако выгода для нее в отличие от Ольги была далеко не единственным критерием.
Ольга закончила учебу через год после Яны (год этот ушел у неё впустую, на неудачное замужество). И естественно, попросила подругу детства замолвить за нее словечко на телекомпании. Байкова появилась на студии в удачный момент — один из журналистов уехал в Израиль, вторая ушла в декрет, и генеральный директор, с удовольствием побеседовав с хорошенькой Оленькой Байковой, предложил ей стажировку на студии. Месяц побыв стажером и не без активной помощи Яны вполне прилично справляясь с работой, Ольга была зачислена в штат. Правда, звезд с неба не хватала.
Журналист из неё, как признавала внутренне Янка, был просто никакой. С тем же успехом Оля могла работать секретаршей, аккуратной и добросовестной. Свои сюжеты она делала столь же аккуратно, гладенько и совершенно безлико. Однако с несложными заданиями вполне справлялась, и редактор спокойно посылал ее на всяческие протокольные и любые другие несложные съемки, где не требовалось ничего, кроме элементарных знаний и точности записей, чтобы не перепутать никого в титрах.
Ольга не раз поражалась тому, что Янка лезла во все дыры, куда надо и преимущественно куда не надо. Ну к чему, спрашивается, было делать сюжет о главе администрации одного из районов города, который при официальной зарплате в двенадцать тысяч деревянных подарил своей жене ко дню рождения казино на Центральном проспекте? Да, чиновника этого в итоге сняли, но сколько крови попортили при этом и Яне, и шеф-редактору! Добро бы она денег на этом заработала мешок, так ведь нет — заплатили ей чуть больше, чем за обычный сюжет.
И что эта Соколова везде суется, как будто ей больше всех нужно! А шеф к Янке почему-то относится очень благосклонно, хотя она с ним и не спит. Вот Ольгу он недолюбливает по совершенно непонятной причине. Да и редактор отдела новостей — тоже. Казалось бы, не за что. Однако она как-то раз своими ушами слышала, стоя возле двери кабинета шефа, как мерзкий Эдик назвал ее, Ольгу Байкову, кромешной серостью, а шеф равнодушно согласился. Ну и черт с ним, все равно генеральный не даст ее выкинуть со студии. Во всяком случае, пока ему не надоест любоваться, как Ольга строит ему глазки. Хорошо еще, кстати, ее вовремя предупредили, что генеральный — примерный семьянин и терпеть не может, если кто-то из девиц пытается его на самом деле соблазнить. Строить глазки, мило кокетничать — и не более.
Ну а как дальше пойдет, пока неизвестно. Ольга и сама не собиралась особо задерживаться на студии. Эта ненормальная работа ее утомляла. Однако пока желаемый кандидате любовники или, еще лучше, в мужья никак не попадался. Так, мелочь всякая на время… ну да ничего, при этой работе что-нибудь непременно подвернется. Главное — уметь выждать и не прогадать. А деньги кое-какие можно здесь заработать и помимо зарплаты. К примеру, делает Оля сюжет о каком-то заседании. Областной, к примеру, Думы. Идут на том заседании дебаты. Если кто-то из участников этих дебатов дополнительные денежки Оленьке потихоньку заплатит, то засветится на экране во всю морду со своей пламенной и благородной речью. А нет — и не услышит его никто. Канал-то с самыми высокими рейтингами по губернии, его народ смотрит… Вот и делают выводы господа депутаты, бизнесмены и прочие деловые люди.
Янка, конечно, тоже такими вещами не брезговала. Но брала деньги с разбором, далеко не у всякого. Ольга как-то поинтересовалась почему. Соколова с легкой усмешкой ответила:
— Да потому, Оля, что моя репутация — это тоже своего рода капитал, который дает свои проценты. Я не могу позволить себе эту репутацию испортить. Сиюминутная прибыль может обернуться в результате большими убытками.
И снисходительно так еще посмотрела на Ольгу. Та, конечно, ничего не сказала, но подумала, что легко Янке так рассуждать. У неё и сюжеты выше оплачиваются, чем у Ольги, и программу она свою делает — в общем, получает неплохо. Да ещё и квартира собственная, а Ольге снимать приходится, не жить же с матерью в этом поганом клоповнике! Она не то чтобы завидовала Яне, но всегда хотела переплюнуть, обскакать ее еще со школы. И никогда не получалось!
Вернее, не получалось до сегодняшнего дня. Сейчас Ольга просто сияла, так распирала её та новость, которую она хотела преподнести Янке. Останавливал ее только запрет Олега.
— Ой, как кофе вкусно пахнет! Янка, я наливаю?
— Конечно, — отозвалась Яна. — Возьми печенье там, в шкафу, ты знаешь где. Олег, так ты надумал ехать на дачу или нет?
— Нет, — сквозь зубы процедил Олег, избегая Янкиного взгляда.
Все трое расселись вокруг кухонного стола. Олег уставился в свою чашку так внимательно, как будто хотел что-то рассмотреть на ее дне. Яна время от времени поднимала голову, безуспешно стараясь заглянуть ему в глаза, а Ольга безмятежно любовалась веткой тополя, покачивающейся за окном.
