ног. При виде моих выходных кроссовок Найк он неодобрительно цокнул и медленно побрел к двери, откуда появился, когда мы с Майком только зашли.
— Хини… Красиво! Это на каком языке? Что это значит?
Но старик лишь снова цокнул и скрылся в задней комнате. Несколько минут я стояла среди салона в ожидании Сибила, но его всё не было. Когда я уже решила, что старый модист просто забыл про меня или уснул, его морщинистое лицо высунулось из дверного проема.
— Хини — особенная. Дар и проклятье. — Он вышел в середину комнаты, неся в руках тяжёлый с виду свёрток, а затем вручил его мне в руки и кивком головы указал на ширму.
Я прошла в импровизированную примерочную и стянула с себя футболку и спортивные штаны.
— Понятно, я особенная. Знаете, Сибил, сколько мужчин говорили мне это? У меня не хватит пальцев на двух руках, чтобы сосчитать.
— Нет, девочка. Хини — почти божество. Он ждал и искал тебя. Многие искали.
Я усмехнулась про себя. Какой милый! Наверное, в свои годы Сибил был тем ещё казановой. Божество — придумал же!
Я аккуратно потянула за ленты, и хлопковый чехол легко распался лепестками вниз, обнажая то, что скрывалось за ним. Потрясающий бордовый атлас, тяжёлый на вид, но совсем невесомый на ощупь, был расшит драгоценными камнями (конечно, это были просто стразы, никто на этой ярмарке не стал бы продавать платья с настоящими драгоценностями). Но выглядели они невероятно натурально и вся работа была выполнена так искусно, что у меня перехватило дух.
— Откуда такая роскошь? — Я высунула голову из-за ширмы, а старик хитро мне подмигнул, но не удостоил ответом.
Я буквально нырнула в платье, которое, казалось, было сшито для меня: каждый сантиметр ткани облегал тело именно там, где нужно. Пышная юбка в пол струилась складками и отливала в свете свечей от бордового к оранжевому.
— Амели готова? — Голос Майка раздался совсем рядом с ширмой. И когда только успел вернуться?
— Да, почти. Тут небольшие проблемы с корсетом. — Я сделала несколько неуверенных шагов, и юбка приятно зашелестела им в такт. — Поможешь?
Майк повернулся в мою сторону и замер, чуть приоткрыв рот. Вид у него был такой, будто он увидел приведение, но, честно говоря, я могла его понять — офисный дресс-код подобной роскоши не предусматривал.
— Хини. — Майк сделал небольшой поклон головой и протянул ко мне руку. — Ты выглядишь лучше, чем я мог представить.
— Это всё замечательно, но не могли бы вы оба перестать называть меня этим странным словом. У меня создаётся ощущение, что я одна не в курсе игры, в которую мы играем. — Я повернулась к Майку спиной, напоминая о помощи с корсетом.
Он осторожно перекинул волосы мне за плечо, едва касаясь подушечками пальцев кожи, и в этом жесте было столько трепета, что на секунду я растерялась, почувствовав себя хрустальной вазой.
— Ты скоро поймёшь правила. — Он резким движением натянул шнурок корсета, отчего воздух из моих легких вылетел с глухим вздохом.
— Осторожней! Мне пока ещё нужен кислород, чтобы жить.
— Ничего, принцесса, к этому ты тоже привыкнешь.
Майк зашнуровывал корсет так ловко, словно делал это ежедневно. Буквально через минуту всё было готово, и он осторожно вернул мои волосы на место, расправив их вдоль спины, а затем легким движением коснулся губами моего плеча.
Не успела я начать возмущаться, как в дело вмешался Сибил.
— Дарк не погладит тебя по головке, если узнаёт об этом! Не забивай голову себе и девочке. Наше дело маленькое. — Старый Сибил шаркающей походкой приблизился ко мне. — А ты и правда выглядишь, словно божество. Я не врал.
— Что ещё за Дарк? Вы оба начинаете меня нервировать.
— Да, и ещё. Прежде чем уйти, возьми кое-что лично от меня, порадуй старика. — Сибил достал из внутреннего кармана своего скромного поношенного сюртука небольшой свёрточек, внутри которого оказалось изящное кольцо с крупным рубином. — Нынче такие уже не носят, знаю. Но не отказывайся от моего подарка. Это кольцо поможет тебе тогда, когда ты будешь в нем нуждаться. Тебе нужно лишь верить в его силу.
— Верить в силу? Да вы оба с ума сошли. Нет, Сибил, я не могу его взять, это слишком дорогая вещь.
— Бери и идём скорей! — Майк снова начал нервничать, растирая в пыль на полу что-то видимое лишь ему.
— Не торопи Хини, Майрион. Посмотри на неё: она хрупка, как цветок. Лишние переживания могут сломать её тонкий стебель. Обещай, что ты не бросишь её в беде.
— Я не нанимался в няньки. — Майк плотно сжал челюсти и повернулся ко мне. — Надевай кольцо. Сейчас.
— С меня хватит ваших шуточек. Я возвращаюсь на ярмарку, а вы продолжайте играть в короля Артура и Мерлина, или кем вы тут решили претворяться. Цирк, да и только!
— Стой, Амели!
Майк поспешил схватить меня за руку, но я увернулась и со всей силы навалилась на тяжёлую дверь, которая наконец поддалась и буквально выплюнула меня на проезжую часть, прямо на пути несущейся со всей скорости кареты с двумя лошадьми.
Вот и всё, это мой конец, здесь я и умру. Среди низких каменных домиков и старомодно одетых людей. Здесь, в этой грязной луже, на каменной мостовой мой череп размозжат четыре пары копыт, а изумительное платье впитает алую кровь. Но ничего, зато я умру с таким потрясающим видом на замок! Ах, какой шикарный замок! В своём платье я смотрелась бы там так хорошо.
Стоп, какой ещё замок?!
Мои предсмертные размышления прервал сильный удар, который пришёлся куда-то под рёбра. Потом я почувствовала звенящую боль в голове.
А следом темнота.
4
Голова страшно трещала, а мысли в ней гудели и толкались, будто тысячи пчёл в тесном улье.
Я засунула руку под подушку, но телефон нащупать не смогла. Тогда я лениво перевалилась на бок и попыталась свесить руку с кровати, чтобы отыскать телефон на полу, но кровать оказалась подозрительно большой и я даже кончиками пальцев не достала до её края.
Я осторожно разлепила один глаз, всё же надеясь, что недавние воспоминания — лишь дурной сон. Но судя по тому, что проснулась я не в своей постели, можно было сделать вывод, что со вчерашней ярмарки Майк доставил меня прямиком в своё холостяцкое логово.
Надо сказать, неплохое логово.
Высоченные потолки, метра четыре в высоту. Светлые бежевые стены разбавляли очень минималистичные картины с очертаниями женских тел. Тяжёлые плотные шторы цвета слоновой кости были широко
