скрипом откатился на пару метров. — Мы воюем за право быть свободными. За возможность давать начало Свету и Тьме. За то, чтобы каждый правитель своего государства сам решал, какую магию он хочет использовать.
— И хочет ли вообще. — Снова поддержал мужчина со шрамом.
— И всё же мы не можем утверждать, что Дарк собирается сделать то, что мы думаем. Это лишь наши догадки, и сейчас каждый необдуманный, неосторожный и опрометчивый шаг может стоить нам вечного изгнания или даже жизни. Нас объявят узурпаторами и отдадут во власть Тьме. — В голосе Отовиана послышались истеричные нотки.
— Скажи мне, ты готов однажды проснуться в своей постели и осознать, что Хромор — твоё государство, больше тебе не принадлежит? Что твой народ больше не твой, и даже твоя жена может быть больше не твоя, если на то будет воля Дарка. Как ты сможешь посмотреть в глаза своим детям, зная, что ничего не предпринял для того, чтобы это предотвратить?
— Я предпочту иметь возможность смотреть им в глаза, Ронтагур, а не бродить по бесконечным чертогам Тьмы в поисках выхода, которого, кстати говоря, нет! — Отовиан нервно чеканил пальцами по столу, не в силах совладать с эмоциями. — Я предпочту быть живым. Пока у меня не будет веских доказательств того, что Дарк пытается исполнить пророчество, я не буду ввязываться в это. Пока Этмор держит нейтралитет, я готов оставаться в стороне.
— Трусливый щенок! — Сура в несколько шагов пересекла огромный зал и нависла над Отовианом, оперев руки в подлокотники его стула. — Из-за таких, как ты, исчезла Файстрея! И если в этой войне союзник понадобится Хромору, будь уверен, я не протяну вам руку помощи.
— Бабушкины сказки о земле эльфов и фейри! Даже моя шестилетняя дочь не так наивна, Сура, чтобы верить в эту чушь. — Отовиан скинул руки девушки и плотнее придвинулся к столу.
— Доказательства будут. — Густой бас растёкся по залу бархатными волнами, заполоняя каждый сантиметр пространства. Бавир, сидящий на дальнем конце стола, и до этого молча наблюдавший за происходящим, наконец решил взять слово. — Я понимаю твои сомнения, дорогой брат, однако действия Дарка уже давно выходят за все возможные рамки. Пророчество не должно быть использовано во вред нашему миру и существам, его населяющем. Если Этмор хочет подмять под себя остальные государства, мы должны объединиться и дать отпор.
— Но всё же ты не уверен, что король Этмора строит хитрые планы за нашей спиной? Мы даже не знаем, существует ли то пророчество! Кто видел его своими глазами, а? Дарк всегда был мудрым и справедливым правителем, он соблюдает все торговые договоры и соглашения. Почти за сотню лет у меня ни разу не возникло даже мысли о том, чтобы усомниться в его честности.
— Только не говори об этом своему народу. — Фыркнула Сура и сложила руки на груди. — У тебя нет права на безусловное доверие.
— Сура права. — Ронтагур отпил из своего бокала и громко поставил его на стол, привлекая всеобщее внимание. — Доверие — слишком большая роскошь в нашем мире. Роскошь, непозволительная даже для королей.
— Особенно для королей. — Кивнул Бавир.
Большое окно в центре зала внезапно распахнулось, и вместе с сильным порывом ветра в помещение ворвался огромный сокол с сапфировыми глазами. Он издал боевой клич и пошёл на посадку, делая несколько стремительных оборотов в воздухе. Острыми, как стальные лезвия, когтями, он цеплялся за шероховатую поверхность каменного пола, пытаясь затормозить. Каждое его перо, подсвечиваемое ярко-синим сиянием, на глазах выпрямлялось и прилегало к телу сокола, превращаясь в гладкую, человеческую кожу. Он ещё раз издал мощный крик, замотал головой и окончательно трансформировался в красивого юношу, в котором от прежней птицы сейчас оставались лишь яркие, сапфировые глаза и острый, прямой нос, по форме напоминающий клюв.
— Что случилось, Альмур? — Сура обеспокоенно смотрела на парня, который отряхивал штаны от мраморной крошки, появившейся на полу после торможения.
— Плохие новости, моя королева. — Альмур склонил голову, но Сура в тот же миг оказалась рядом и приподняла его подбородок своей рукой.
— Не томи. Что-то произошло? Я слышу, как бьется твоё сердце. — Молодая правительница Наверии пыталась поймать беспокойный, бегающий взгляд парня. — Говори, мы все хотим знать.
Четверо самых важных и влиятельных людей этого мира сидели, замерев в ожидании. Каждый мускул их тел был напряжен: все ждали новостей, которые принёс сокол северного королевства.
Наконец Альмур выступил вперёд, приблизился к овальному столу и, оперевшись обеими руками в гладкую деревянную поверхность, громко объявил:
— Король Энидарк нашел Хини.
Зал окутала гробовая тишина. Казалось, стало так тихо, что можно услышать мысли друг друга. Все четыре короля рассеяно переглядывались в надежде на то, что у кого-то сейчас созреет план, который решит новую, уже вполне реальную и очень серьезную проблему.
Первым пришёл в себя Бавир. Его голос, густой и глубокий, звучал однако не так уверенно, как обычно.
— Мы не должны паниковать, это уже не первая Хини, которую находит Дарк.
— Она пришла к нам из другого мира. — Возразил Альмур. — И её готовят к инициации.
— Она уже в Башнях?
— В Красном Клыке, но Дарк приставил к ней доверенных магов и…Майриона.
— Тебе всё ещё мало доказательств? — Сура метнула гневный взгляд в сторону Отовиана. — Может быть, подождём, пока ведьма полностью восстановит свой Градите? Подождём, когда она утопит в чёрном пламени наш мир?
Отовиан, явно не ожидавший такого поворота событий, практически вжался в кресло, не желая испытывать на себе гнев северной королевы. О её ледяном сердце и крутом нраве не зря ходило столько легенд.
— Сура, ты преувеличиваешь. — Не выдержал и встал со своего места Ронтагур. — Мы не знаем, подойдёт ли ведьма для пророчества. Мы не знаем, сможет ли она пройти обряд инициации и тем более мы не можем знать, что её Градите способен вместить в себя столько магии, чтобы овладеть чёрным огнём.
— Как не можем знать и обратного! — Сура яростно сорвала с одной руки перчатку и задвигала в воздухе длинными изящными пальцами.
— Вернись за стол, переговоры еще не окончены. — Бавир сдвинул густые, абсолютно белые брови к переносице.
— Я жду ваш ответ через два дня, а сейчас прошу меня извинить — нужно решить некоторые проблемы королевства, пока ещё есть, что решать. Альмур!
Сура жестом распахнула окно, в которое несколькими минутами ранее влетел парень-сокол, а затем две фигуры, мужская и женская, взявшись за руки шагнули вниз.
— Пускай идёт! — Бавир поднял открытую ладонь вверх, удерживая Ронтагура на месте. — В чем-то она точно права: мы пока не знаем, что это за
