Скорджу это не казалось трусостью – Найрисс просто была практичной. Как и любой высокопоставленный сит, она успела нажить множество врагов. Пока она не выяснит, кто стоит за покушениями, без надобности появляться на публике будет для нее неоправданным риском.
Но ей стоило думать не только о практичности. Свою власть нужно подкреплять силой. Если Найрисс покажет себя слабой или неумелой, не приняв решительные меры против тех, кто желает ей смерти, другие это почувствуют. Ее конкуренты в Темном Совете и за его пределами используют ее уязвимость, чтобы возвыситься. Дарт Найрисс может лишиться жизни, став далеко не первой жертвой в кругу приближенных Императора.
Вот почему Скордж здесь. Выследить заговорщиков, стоящих за покушениями, и покарать их.
Но если его задание было таким важным, он не мог понять, почему Найрисс не отправила почетный караул сопровождать его по городу. О его прибытии должны были узнать все. Он – живое доказательство того, что Найрисс предпринимает шаги для решения своей проблемы. И предостережение другим ее недругам, которых последние покушения могли вдохновить на собственные подвиги. Держать его приезд в тайне не имело смысла – во всяком случае, Скордж его не видел.
Они миновали цитадель Императора и взяли курс на западную окраину города. Через несколько минут сит почувствовал, что спидер снижается – Сечел заходил на посадку.
– Мы на месте, повелитель, – произнес слуга, когда транспорт коснулся земли.
Они оказались в большом внутреннем дворе. С севера и юга его защищали высокие каменные стены; восточная сторона выходила на улицу, а на западе высилось здание, которое, очевидно, и было крепостью Дарт Найрисс. Оно во многом напоминало цитадель Императора, только меньше размером. Архитектурное сходство было не просто данью уважения Императору. Как и цитадель, здание служило Найрисс жилищем и твердыней, где она могла укрыться в минуты опасности. Оно было изящным, но в то же время внушительным и могло выдержать любой приступ.
Во дворе стояли шесть статуй, каждая несколько метров в основании и вдвое выше Скорджа. Две самые крупные изображали гуманоидов в одеждах ситов – мужчину и женщину. Их руки были слегка приподняты и развернуты ладонями вверх. Лицо мужчины скрывал капюшон – именно так обычно изображали Императора. Капюшон женщины был откинут, обнажая свирепые черты лица. Если скульптор сработал добросовестно, то Скордж мог получить первое представление о том, как выглядит Дарт Найрисс.
Остальные статуи были абстрактными, хотя на каждой присутствовала наследственная эмблема Найрисс – четырехконечная звезда внутри широкого круга. Земля была усыпана белым гравием. Редкий вид лишайника, который хорошо прижился на мрачном Дромунд-Каасе, покрывал двор декоративными узорами, испускавшими бледно-лиловое сияние. Гладкая дорожка из обработанного камня бежала от массивных двойных дверей крепости через центр двора к маленькой посадочной площадке, где приземлился их спидер.
Сечел выкарабкался из машины и оббежал ее кругом, чтобы открыть пассажирскую дверцу. Скордж вышел под дождь, который если и ослаб за время путешествия, то ненамного.
– Сюда, господин, – позвал Сечел, семеня по дорожке.
Скордж последовал за ним, совершенно уверенный в том, что двери перед ним широко распахнутся. К его удивлению, они остались закрытыми – однако Сечела это не слишком озадачило. Он подошел к маленькому голоэкрану у входа и нажал кнопку вызова.
На экране материализовалось мерцающее изображение мужчины лет сорока в форме офицера имперской службы безопасности. Скордж предположил, что это глава личной охраны Найрисс.
– Наш гость прибыл, Мертог, – сообщил ему Сечел, кивая в сторону Скорджа.
– Ты установил его личность? – спросил Мертог.
– О ч-чем ты говоришь? – запнулся слуга.
– Откуда нам знать, что это настоящий Скордж? Может, это очередной убийца?
Похоже, вопрос застал Сечела врасплох.
– Я не… Мне кажется, он… то есть…
– Я его не впущу, пока не получу подтверждение, – заявил Мертог.
Сечел оглянулся через плечо на повелителя Скорджа: во взгляде слуги смешались подобострастие и страх. Потом он нагнулся к голокомму, и, понизив голос, произнес:
– Это совершенно неуместно. Ты превышаешь свои полномочия!
– Я глава службы безопасности, – напомнил ему Мертог. – Это полностью в моих полномочиях. Мне нужно пять минут, чтобы все проверить.
Шагнув вперед, сит схватил Сечела за плечо и отшвырнул в сторону.
– Ты смеешь оскорблять меня? Я должен ждать под дождем, как какой-то попрошайка? – рявкнул он в экран. – Я гость! Дарт Найрисс сама пригласила меня!
Мертог хохотнул:
– Это еще как сказать.
Голоэкран отключился, и Скордж повернулся к слуге, который прижимался к стене.
– Простите, мой повелитель, – промямлил он. – Мертог несколько ударился в паранойю после того, как…
Скордж оборвал его:
– Что он имел в виду под этим «как сказать»? Дарт Найрисс пригласила меня или нет?
– Пригласила, конечно. Вроде того.
Скордж простер руку к Сечелу и призвал Силу. Слуга схватился за горло, ловя ртом воздух. Схваченное невидимой рукой, его тело вознеслось над землей.
– Ты расскажешь мне, что здесь происходит, – лишенным эмоций голосом протянул Скордж. – Расскажешь все или умрешь. Ты понял?
Сечел попытался заговорить, но только закашлялся, и вместо этого яростно закивал головой. Удовлетворившись, Скордж разжал хватку. Сечел мешком рухнул с метровой высоты на землю и, кряхтя от боли, с трудом поднялся на колени.
– Не Дарт Найрисс пожелала нанять вас, – объяснил он хриплым от удушья голосом. – После второго покушения Император счел, что ее подчиненные могут быть замешаны. Он порекомендовал ей привлечь кого-то со стороны.
Неожиданно все сложилось в одну картину. Желание Императора – закон, и любую его «рекомендацию» нельзя было трактовать иначе как приказ. Дарт Найрисс пригласила Скорджа, поскольку у нее не было другого выхода. Он считал себя почетным гостем, а на самом деле его подвели под монастырь. Его присутствие оскорбляло преданных слуг Найрисс, а ей самой служило напоминанием, что Император сомневается в ее способности уладить это дело самостоятельно. Отсюда – прохладный прием и враждебное отношение главы службы безопасности.
Скордж понял, что оказался в незавидном положении. Ведя расследование, он то и дело будет натыкаться на сопротивление и недоверие. Любые ошибки, даже не имеющие к нему отношения, будут вешаться на него. Один неверный шаг может стать концом его карьеры, а возможно, и жизни.
