куда. Внутри дом оказался просторным и светлым, а цельные массивные бревна, из которых он был сложен, делали его немного сказочным. Вся наша странная компания прошла в огромную гостиную, где стоял большой диван, несколько кресел, длинный прямоугольный стол из массива дерева, на стене висел телевизор устрашающих размеров, а в углу я заметила кухонный гарнитур, плиту и холодильник. Вообще, в доме было чисто, правда, кое-где на стульях висели вещи, но они не портили картину, а скорее придавали дому более живой и жилой вид.
Все присутствующие уселись на диван, молодой мужчина с кудрявыми волосами сел в кресло, и все опять уставились на меня. Я немного помялась на пороге, бросила сумку со спортивными вещами у входа и тоже решилась пройти в гостиную. Села на стул, стоявший около большого стола, и тоже посмотрела на моих новых знакомых. Мне показалось, что выглядели они… странно. Я, наверное, тоже. Что ж, может Дима не соврал, и я смогу что-то узнать о своем непонятном состоянии?
– Макс, начинай, – заерзала блондинка, поглядывая на меня с улыбкой. Парень с кудрявыми волосами, побарабанил пальцами по подлокотнику кресла, поправил кофту и сказал, обращаясь ко мне:
– Давай я для начала всех представлю. Меня зовут Макс. С Димой ты уже знакома.
– Я Диана, – не выдержала блондинка, помахав мне рукой. – Вот эта дамочка – Ангелина, но мы зовем ее Ангелок или Лина.
Внешний вид Лины очень настораживал. Длинные светло-русые волосы заплетены в простую косу, вокруг головы повязана зеленая лента, серые, какие-то невероятно тусклые глаза не выражали ровным счетом ничего: ни удивления, ни заинтересованности, ни какой-либо мыслительной деятельности. На девушке было надето темно-серое платье в пол.
– Не обращай внимания, – вздохнула Диана, помахав рукой у Лины перед носом. – Она, наверное, в трансе. Бывает. И частенько.
Девушка развела руками, мол, обычное дело. Я же пыталась справиться с сердцебиением, которое стало слишком быстрым. Слишком быстрым для обычного человека. При этом я все же не переставала слушать, что мне говорила Диана. Она выглядела обычной симпатичной блондинкой, так и не скажешь, что с ней что-то не так.
– И наш Эдуардо, можно просто Эдик, если хочешь, – болтала дальше Диана, напрочь забыв о том, что просила Макса всех представить.
Эдик – парень среднего роста со светлыми короткими волосами и милыми веснушками – выглядел совсем юным. Надеюсь, ему уже есть восемнадцать. Впрочем, я не сильно старшего него, через два месяца мне будет двадцать один. Эдик поприветствовал меня звонким голосом, на что я настороженно кивнула.
– Короче, Макс, Ди – блондинка указала на себя пальчиком, – Лина, Димка и Эд – вот наша команда.
– Диана, – раздраженно позвал девушку Макс.
– А что? Теперь-то мы познакомились! Мы знаем, как тебя зовут, – непонятно чему радовалась Ди. – Ты Мия.
– Все верно, – хрипло подтвердила я, все еще ожидая подвоха. – И что же вы мне расскажете?
Ребята переглянулись, а Ди открыла рот, чтобы ответить, как Макс бросил ей предупреждающий взгляд и ответил сам:
– Ты здесь потому, что с недавних пор с тобой происходят странные вещи, так?
– Да, – кратко ответила я, разглядывая Макса. Очень симпатичный. Бледная кожа, густые черные брови, голубые глаза, а волосы так и вовсе отпад. Правда я никак не могла понять, сколько ему лет. Ему можно было дать как двадцать, так и тридцать.
– Расскажи нам об этом.
– Да, что ты умеешь? – заинтересовалась Ди, Лина при этом сидела молча, даже не моргая.
– Ничего, – пришлось сознаться мне.
Все снова переглянулись, правда, теперь на лицах явно отражалось недоумение и даже недовольство. А Диана вдруг звонко рассмеялась.
– Очень смешно, Мия, – показала мне большой палец блондинка.
– Вообще-то, я не шучу, – теперь мне даже стало стыдно, что я отняла у этих странных людей время, им пришлось представляться, показывать мне дом, а порадовать мне их нечем.
– Мия, послушай, – начал Макс, но Лина внезапно резко подалась вперед, при этом неотрывно глядя в пол, и монотонным голосом произнесла:
– Это она. Ошибки нет. Пусть подойдет.
Диана жестами велела мне приблизиться к Лине. Я занервничала. Девушка выглядела сумасшедшей, и я вовсе не была уверена, что она не причинит мне вред.
– Скорее же, – шепнула Ди, и я, кажется, помимо своей воли, встала и подошла к Лине.
Она медленно подняла голову, оглядывая меня с пяток до макушки. Ее взгляд остановился на моей левой руке, она провела пальцами по моим пятнам-спиралям, принюхалась и удовлетворенно кивнула. В следующий миг Лина словно преобразилась. Ее лицо стало более живым, она снова моргала и двигалась не как кукла на веревочках. Ангелина встала, обошла меня по кругу, прикоснулась к моим волосам, снова принюхалась, а я уже начала переживать, что со мной что-то не так. Хотя после тренажерного зала я приняла душ!
– Она, – кивнула Ангелина, обращаясь к Максу. – Но все не так просто.
– У нас по-другому и не бывает, – вздохнул он, а я только сейчас обратила внимание на то, что он был в перчатках. И это в такую жару?
– Она не знает своей силы, – продолжила Лина, нарезая круги по гостиной. – Она даже не знает, кто она. Ее сила еще не проснулась.
– О чем вы? – воскликнула я. – Может, наконец, объясните, что происходит?
Макс встал, прошелся от кресла до стены и вернулся обратно, я же опустилась на стул. Словно чувствовала, что все новости лучше воспринимать не на ногах.
– Все мы, кто сейчас здесь, не совсем нормальны, – начал Макс, заложив руки за спину. – У каждого есть свои особенности, своя сила. Чаще всего она пробуждалась в подростковом возрасте, от четырнадцати до шестнадцати лет. У тебя было так же?
– В пятнадцать, – растерянно ответила я.
– Возможно, это как-то связано с гормонами, с изменениями в теле, – вздохнул Макс, оглядывая всех присутствующих. – Точно мы не знаем. Зато у всех нас сила прогрессировала довольно быстро. С тобой же ситуация другая.
– Подождите! Вы так и не сказали, какие у вас… способности, – обращаясь ко всем, спросила я.
– Диана обладает уникальным голосом.
– Да-да, я сама расскажу! Значит, так. Я ходила в школьный хор, мне было около четырнадцати. Я очень любила вокал, но когда я была на занятиях и пела, у всех вокруг начинала болеть голова. Да так, что многие прямо в классе падали в обморок. Но никто, конечно, не знал, что это связано со мной, – удовлетворенно улыбнулась Ди. – Голосок у меня был ангельский. В общем, все вокруг реально загибались, и только мне все было ни по чем. Дошло до того, что хор расформировали, а я стала ходить на занятия в музыкальную школу, там все повторилось. На репетициях все морщились, хватались за голову, петь никто не мог. Кроме меня. И тут я поняла, что это со мной что-то не так! Несколько раз я пела
