в надежных руках и развивается с перспективой на будущее. Если у тебя не будет наследника, на тебе все закончится, и все ради чего я жил, окажется в других руках. Я не могу этого допустить.
– Как будто у тебя есть выбор! – тихо, себе под нос произнес Андрей.
– Есть! Поверь мне! – серьезно ответил Петр Иванович. – Но это будет крайним решением, на тот случай, если мне все же не удастся тебя переубедить. Но тогда ты не получишь ни копейки! Советую подумать над этим.
– Отец, я подумаю! – произнес Андрей, вставая.
– Вот и хорошо! Я рассчитываю на твое благоразумие. – Отец обнял сына и они, открыв дверь, вышли в парадную. В холле на диванчике для гостей сидел пожилой мужчина. Его уставшее недовольное лицо говорило о том, что ему пришлось потратить немало времени, просидев в ожидании, перед очень важным разговором со своим компаньоном. Как только из дверей показались отец и сын Немчиновы, мужчина тут же вскочил, поправив на себе одежду и, не замечая Немчинова младшего, подхватил Петра Ивановича под руку, увлекая его обратно в кабинет. Послышался щелчок замка изнутри, и в кабинете наступила тишина. Андрей, постояв с минуту, озадаченно бросил взгляд на дверь, сунул руки в карманы и медленно побрел к лестничной площадке.
Для него не было неожиданностью подобное поведение этого старика, которого он прекрасно знал и недолюбливал. Он знал, что они с отцом являются компаньонами, и то положение, которое занимает Петр Иванович в обществе, – отчасти заслуга Михаила Борисовича. Именно он, как старший товарищ, сумел переманить отца в этот бизнес и помог ему раскрутиться. Но характеры и способы ведения дел были у них разные. Михаил Борисович, в отличии от отца Андрея, был вспыльчивым корыстолюбивым эгоистом, живущим по закону курятника «клюй ближнего, гадь на нижнего». Для него переступить через человека, ради достижения цели, было проще простого. Поэтому Андрей скептически относился ко всему, что предлагал его отцу этот энергичный старикашка.
…Уединившись в кабинете, двое мужчин расположились друг напротив друга на мягких кожаных креслах, за круглым журнальным столиком. Михаил Борисович, достал из внутреннего кармана пиджака плоскую бутылочку коньяка и поставил ее на стол.
– Что за повод? – удивился Петр Иванович. – Ты обычно редко с этим приходишь.
– У меня внучка родилась!
– Внучка? – удивился Петр Иванович. – Насколько я знаю, у тебя все внуки уже давно выросли, да и с детьми своими ты не очень-то ладишь, чтобы праздновать подобное.
– Ты разве забыл, что у меня теперь новая семья, – пояснил Михаил Борисович, наливая коньяк в бокалы. Баба, с которой я живу, Маринка, помнишь ее?
– Ну, как же, конечно, помню! – произнес Петр Иванович.
– Ну вот, ее дочка Настюха недавно родила.
– Тогда поздравляю! – Петр Иванович поднял бокал.
– Это ведь еще не все! – улыбнувшись, сказал Михаил Борисович и опрокинул в рот содержимое бокала. – Я ведь к тебе по более важному поводу пришел.
– Интересно! – морщась от крепости выпитого напитка, произнес Петр Иванович, отправляя в рот виноградину.
– У меня есть решение сразу двух проблем, – интригующе произнес старик.
Петр Иванович в предчувствии продолжительного разговора, скинул с себя пиджак и повесил его на спинку кресла. Сосредоточившись, он приготовился слушать.
– Речь идет о предстоящей свадьбе, которую я планирую организовать между нашими детьми.
– Позволь, что ты имеешь в виду? – переспросил Петр Иванович, – сильно удивившись неожиданным заявлением своего товарища.
– Ха-ха-ха! – громогласно закатился Михаил Борисович, наливая очередную порцию коньяка.– Помнишь, не так давно ты мне жаловался на то, что твой Андрюшка в тридцать лет все еще ходит в бобылях? – пояснил Михаил Борисович.
– Допустим! Но ты-то тут причем?
– Я причем, – ухмыльнулся старик. – Я тебе сейчас сделку предлагаю. У нас с тобой, есть хорошая возможность породниться.
Опрокинув очередной бокал с коньяком, Михаил Борисович разломил мандаринку и сунул ее в рот. Скривившись от цитрусового привкуса, он сплюнул в кулак косточки и продолжил:
– Предлагаю женить твоего Андрея, на нашей Настюхе. Девка она неплохая, добрая, послушная, правда немного наивная и глупая, но это, сам понимаешь, удел всех баб.
– Ты же говоришь у нее ребенок, значит и мужик есть? – никак не мог взять в толк Петр Иванович.
От смеха и алкоголя, попавшего в кровь, лицо Михаила Борисовича раскраснелось и стало по цвету похоже на свеклу. Среди нездоровой красноты, выступили фиолетовые прожилки. Откинувшись на спинку кресла, он ослабил узел галстука и расстегнул верхнюю пуговицу у ворота рубашки.
– Какой же ты все-таки, Петр, непонятливый, – после небольшой паузы продолжил он.– Стал бы я тебе сватать девку, если бы у нее кто-то был. Одна она, как Папанин на льдине. Какой-то хлюст ей дите сотворил и в кусты, а она теперь боится нам на глаза показаться.
– Почему боится? – поинтересовался Петр Иванович.
– Да, с матерью у них, постоянные контры. Та от нее чего-то хочет, а эта, видно, по молодости не понимает, вот у них и несостыковка. Да и вообще она диковата, ее приручать нужно. С детства привязалась к своему отцу и ни с кем другим не может найти общего языка. Папаша то помер пару месяцев назад, вот с тех пор она и замкнулась в себе.
– И поэтому ты решил нам ее сосватать! – подытожил Петр Иванович.
– Ничего плохого в этом не вижу! Наоборот, для твоего Андрея будет возможность поработать с сырым материалом, и вылепить под себя того, кого ему захочется. В таком состоянии, девки очень податливы, если она в него влюбится, то все, дело сделано. В ногах будет валяться, руки целовать. Самая преданная жена окажется, голову даю на отсечение.
– Ну, допустим, тебе-то какая от этого выгода?
– Как ты не поймешь?! Ты ведь сам говорил что хочешь, чтобы дело твоих рук продолжалось в будущем, вот оно и будет продолжаться через брак наших детей. Твой Андрей наследует все дела, к этому времени он уже семейный человек, как ты и мечтал, у него родится сын, который в свою очередь пойдет по его стопам. Пойми, мой вклад здесь не ограничивается только попыткой навязать в жены твоему сыну падчерицу. Мы становимся большой семьей во всех отношениях, наши капиталы объединяются под одним началом. Ты не хуже меня знаешь, что у меня нет наследников, обе дочери не разделяют моих взглядов, а возраст уже не позволяет обзавестись сыном, поэтому предлагаю тебе это выгодное дело. Подумай и дай мне ответ.
Михаил Борисович разлил остатки коньяка по бокалам и сделал выжидательное выражение лица.
– Да, задал ты мне задачу! – произнес Петр Иванович, уничтожая остатки спиртного в бокале.– Буквально перед тобой мы с Андрюшкой говорили на эту тему. Рассматривали всевозможные кандидатуры, гораздо более заманчивые чем ты предлагаешь, и то он ерепенился. Теперь даже и не знаю, как он подобное воспримет.
– Ну, он у тебя не дурак, я
