умудрилась насолить. Как же мне не хватает салата, чтобы ковыряться в нём и делать вид, что я не услышала вопроса!
— Саш? — Влад пытливо смотрит на меня.
Чего он ожидает услышать? Признаний в любви? Что я сейчас вот так возьму и упаду в его объятия?
Да пошёл он, а!
— Я тебя только что спасла от бывшей, а ты хочешь залезть мне в душу и там нагадить? — шиплю я, вместо того, чтобы ответить на его вопрос.
Я тоже умею манипулировать и уходить от ответов.
Влад впадает в ступор и резко отшатывается. Смотрит на меня удивлённо, словно не верит. Мстительно смотрю на него, поднимаю картошку фри и замираю с ней у рта. Так и хочется швырнуть в него, чтобы знал.
— Извини, — неожиданно говорит он. — Марина продолжает плести сплетни и врать, а я ведусь, — он качает головой. — Ты очень изменилась.
Теперь удивляюсь я. Он, что, только что извинился? Вот это поистине неожиданный поворот событий! Да мы раньше могли несколько дней не разговаривать и только потом он признавался, что не прав.
А тут… так быстро.
В следующий миг напоминаю себе, что он нуждается во мне. В моей помощи. Именно поэтому так себя ведёт. Идёт на уступки. Старается выглядеть хорошим.
— Ты остался прежним, — фыркаю я в ответ на комплимент. — Всё ещё готов быть на побегушках у Марины, — морщусь и щурюсь одновременно. — И делаешь всё только ради того, чтобы её взбесить.
— Но ты же сказала, что согласна! — он теряет спокойствие и эмоционирует.
— Не говорила. Я спасла твою задницу от бывшей, но ни разу не сказала, что меня интересует твоя сделка. Ей же могу сказать, что передумала или… пошутила, — пожимаю плечами, а затем всё-таки кладу картошку фри в рот.
Всё-таки она ни в чём не виновата. И очень вкусная.
— Ты невыносима! — устало сообщает он.
Ехидно смеюсь. Ты и сделал меня таким. Ты бросил меня одну, когда я так нуждалась в тебе и твоих объятиях. Сейчас упрекаешь меня в том, что я изменилась и такая сволочь? Так себе игра, Владислав.
Но вслух это не говорю.
— Мы можем хоть о чём-то договориться, в конце концов? — жалобно скулит он, видя, что я не реагирую на его истерику.
— Да, — киваю я. — Ты можешь просто отстать от меня.
— Ты же была согласна? — я вижу отчаяние в его глазах.
Неужели он так сильно боится родителей? Неужели ему так сильно хочется насолить бывшей?
Что в его голове такого, чего я не знаю? Может, я что-то упускаю и эта сделка будет невыгодной и плохо закончится для меня.
Смотрю на Влада, пытаюсь понять ход его мыслей, его задумку. Стратегию. Всё ведь не так просто. Не так просто, как кажется на первый взгляд.
Что же я упускаю? Что же ты такого задумал, Владислав?
Сколько бы не размышляла, единственное, что я понимаю — Влад от меня не отстанет. Я уже спасла его от бывшей, а значит, это трепло всем сообщит, что мы встречаемся. Всё сделает, чтобы продавить меня под себя.
Не то, чтобы мне было важно как одногруппники ко мне относятся, но, наверное, союзник в лице Звягинцева Влада мне, ой, как не помешает. Тем более, что можно не только влюбить его в себя, а затем бросить, разбив сердце, но и получить удовольствие в процессе притворства.
— Я не была согласна, — тяну время и улыбаюсь. — Мы всё ещё не обсудили условия.
— Чего ты хочешь? — устало повторяет Влад, стиснув кулаки.
О, неужели я бешу тебя, дорогой? Ну, что ж — это не моя проблема.
— Для начала, раз мы будем притворяться перед твоими родителями, то и перед моими тоже, — Влад скрипит зубами, услышав это.
Усмехаюсь. Да, мама у меня что надо! Она ещё тогда предупреждала меня, что Звягинцев разобьёт мне сердце, но не вмешивалась, хоть и всячески подкалывала его, когда они виделись.
Теперь, если я скажу родителям, что он мой парень, мама точно не обрадуется и его будет ждать не один весёлый разговор.
— Родители тоже давят, что ты одна в свои восемнадцать? — Влад удивительно быстро берёт себя в руки и пытается улыбнуться.
Я начинаю подозревать, что я совершенно не знаю этого человека, и мне придётся узнавать его заново.
— И это тоже, — хитро усмехаюсь я. — Дальше. Я не буду помогать тебе по учёбе…
— Я и не просил, — слишком быстро реагирует он и перебивает меня.
— Я знаю, что тебе помогала Марина, — жёстко отвечаю я. — Теперь ты с этим разбирайся сам.
Он издаёт странный звук, тяжело вздыхает и кивает.
— Ну и, самое главное, ты будешь меня слышать и слушать. Если я что-то попрошу тебя — ты не откажешь. Если что-то будет для меня неприемлемо, ты не станешь давить, — ставлю я последнюю точки и, скрестив руки на груди, откидываюсь на спинке диванчика, пытливо глядя на него.
Влад смотрит зло, с неким прищуром. Некоторое время мы играем в молчанку и гляделки. Раньше я всегда смущённо отводила взгляд, но не в этот раз. Я не сдамся. Пусть хоть дырку своим взглядом просверлит.
Напряжённые секунды так и тянутся. Вот-вот и начнут слезиться глаза. Влад резко вздыхает и отводит взгляд.
— Ты очень изменилась, — выносит он свой вердикт. — Значит, пусть будет по-твоему, но в пределах разумного.
— О, значит, ты уже выучил слово «компромисс»? — как можно более очаровательно улыбаюсь и высасываю остатки газировки.
— Язвишь ты по-прежнему также.
— Это у меня просто на тебя аллергия, и она проявляется, как сарказм, — я показательно фыркаю.
Мы вновь молчим.
— До какого я должна притворяться? — наконец, спрашиваю я.
— Мы, — аккуратно поправляет меня парень. — До того момента, пока один из нас не найдёт вторую половинку, — заметив моё возмущение, он поправляется: — Либо пока нам выгодно. В крайнем случае до конца учёбы.
Размышляю, на автомате почесывая подбородок. Это почти год. Вряд ли я буду ему особо нужна на каникулах, но, впрочем, условия сделки меня устраивают.
— Вот теперь я согласна, — киваю, наконец, и встаю из-за стола.
— Ты куда? — он провожает меня недовольным взглядом.
— Домой, — коротко
