уже собравшийся уходить, дёргается, когда от Соколова начинает доноситься дикий хохот. И даже Башаров смотрит с удивлением на того, кто прервал благословенную тишину, наконец-то наступившую в доме, когда его дочь оказалась замужем.
— Тебе что, никто не сказал? — Продолжает смеяться Соколов, так сильно, что за живот хватается. — Все твои охранники, — обводит рукой собравшихся мужчин в комнате из тех, кого допустили на церемонию, — это охранники твоего отца, а следовательно, им места в моем доме нет. Единственным твоим защитником теперь буду я, так что хорошенько подумай над своим поведением.
Ренат видит, как тот самый мужчина, который хотел поднять упавшую на пол невесту, дёргается при его словах. «Интересная реакция, могло ли между ними что-то быть?», — Размышляет про себя Соколов, чувствуя неприятное ощущение ревности. К девушке у него никаких чувств нет, но он привык не делиться своим, поэтому даже если кто-то у неё и был, ей придётся забыть об этом человеке. И посмотреть на реакцию девочки тоже интересно: она всхлипывает, но тут же берет себя в руки. Зажимает рот рукой, чтобы больше ни звука из него не вырвалось. Теперь из-под косметики проглядывается настоящий румянец, точнее, краснота от гнева. Похоже, девушка надеялась на то, что хотя бы преданные люди будут рядом, охранять её и защищать, не давать в обиду, как это было последние несколько лет.
— Но а теперь, подозреваю, что нам пора домой, тут тебе больше делать нечего, — уведомляет её Ренат, размышляя, придётся ли снова ему тащить её на руках. — Сама дойдёшь или будешь играть в безвольную куклу?
Девчонка решает, видимо, что ей неплохо и на плече у Рената, поэтому демонстративно остается сидеть, когда тот встаёт. Что ж, воспитание можно начать. Соколов, найдя волосы под платком Нелли, тянет за них вверх, заставляя девушку подняться. Та вскрикивает от боли и в красивых глазах блестят слёзы. Но им не разжалобить человека, которого пытаются довести до ручки, а ведь они ещё даже не вышла из дома Башарова.
— Я же предупреждал, что тебе не понравятся мои методы воздействия, но кто ты такая, чтобы слушать и запоминать, не так ли? Считай, что пожинаешь плоды собственного упрямства, — когда она встаёт прямо, он вновь забрасывает её себе на плечо так, что голова оказывается сзади.
— Не пукай, — это единственное, что может сказать сгорающая от злости Нелли.
— А ты, я погляжу, ещё и шутница? Применяй знания лучше в этом направлении, — дает бесплатный совет Ренат, выходя на улицу. Там его уже дожидается целый картеж машин, ведь на заключение свадьбы приехал не один, только зашёл без своих доверенных лиц в дом, а так, они уже все высыпали на улицу, чтобы посмотреть, кого же этот полигамный мужчина вдруг выбрал себе в жены. — Так и знал, что от вас спасу не будет, — обращается к ним, впрочем, притом посмеиваясь. Ему приятно их внимание.
— И что, даже не представите нас? — один парнишка, молоденький, моложе даже Нелли, обиженно выглядывает из-за чёрного мерседеса. — Как же так, босс?
За что сразу же получает подзатыльник.
— Сколько раз я говорил не смотреть эти дурацкие американские фильмы. Какой я тебе босс, Владимир? — улыбаясь с ленцой делает выговор Соколов. — А познакомиться у вас ещё будет куча времени, так-то жить в одном доме предстоит.
Нелли с ужасом думает о том, что теперь действительно все будет иначе в её существовании, чем раньше. Отец никогда не позволял охранникам быть в доме, если их рабочая смена ещё не наступила, а Ренат, похоже, вполне спокойно относится к присутствую дуболомов в стенах своего жилья. То есть, ей теперь придётся к этому привыкнуть, чтобы не шарахаться от каждого мужчины, которого увидит. Ей никто не позволит в пижаме прогуляться до кухни, она уверена, что тогда получит как минимум такой же подзатыльник за своеволие и неподобающий вид, а как максимум даже представлять не хочет, на что способен этот человек; она все ещё не определила рамки дозволенного. Это нужно сделать, чтобы знать, как за них выйти.
— Поставь меня, ублюдок, на землю, я не какая-нибудь племенная корова, чтобы мною хвастаться! — Не особо фильтруя свои слова злится Нелли.
Мужчина обращается к своим подчинённым:
— А ведь я всегда всех предупреждаю, как точно не следует со мной разговаривать. Как вы видите, жёнушка мне досталась не из ласковых, что ж, значит, и я не буду ласковым мужем, — показательно нежно проводит ладонью по женской щеке и, коротко замахнувшись, бьёт. Затем переспрашивает, — как ты меня назвала?
Голова девушки дёргается в сторону, даже отец не прикладывал с такой силой, когда вчера её наградил пощечиной. Слезы стекают по щекам, смывая косметику, прочерчивая уродливые чёрные дорожки, делая девушку ещё более истерзанной на вид.
— Я назвала тебя ублюдком, потому что ты он и есть. Кто вообще, блин, бьёт своих жён? — Вопрос задаёт бывшая Башарова не особо надеясь на ответ, поэтому с удивлением поднимает глаза, когда ей всё-таки отвечают.
— Стало быть, и твой отец ублюдок, раз поднял руку на дочь. Как тебе такая логика?
Нелли не может поверить в то, что слышит. А ведь Соколов прав. Просто она всегда считала своего отца почти непогрешимым, поэтому его пощечину почти сразу забыла. А ведь на деле это был именно тот звоночек, который обозначил ей изменения в жизни.
— И спешу тебе сообщить, как раз-таки с этим ублюдком тебе предстоит делить постель. Учти, к вопросу закрепления супружеского долга я подхожу со всей серьезностью, — усмехается Ренат, засовывая, словно мешок с картошкой, свою жену на заднее сиденье машины. — И тебе это слово ещё аукнется, уж поверь, так просто не спущу унижение.
Глава 4
Лёжа на кожаной поверхности сиденья, Нелли думает о последних словах теперь уже мужа. Пока он за рулем (надо же, без водителя!) и не отвлекается от дороги, у неё есть такой шанс. Можно сказать, последние минуты свободной жизни. Наверняка Соколов в дальнейшем будет требовать от неё абсолютного повиновения, даже поразмышлять о своем не дадут, только: о доме, о готовке, о детях, не дай боже. Или что ещё он может для неё придумать? Страшно представить.
Итак, Нелли отлично понимает, что мужчина не ангел, и даже не черт, а сам дьявол во плоти. Не терпит компромиссов и непослушания, то есть закрыт для диалога. Кому другому Нелли бы попыталась объяснить, что не горит желанием быть замужем за ним, попросила бы освободить, ничего бы не потребовала в качестве отступных, но тут разве
