— Я хочу показать ей новый телевизор-проектор, который у нас есть!
— Я хочу показать ей мистера Медведя!
Я поднимаю руку.
— А теперь давайте успокоимся, — прошу я, криво улыбаясь красивой няне. — Как видишь, они все только что разлетелись в пяти разных направлениях, и, вероятно, в конечном итоге я проведу эту экскурсию для тебя в одиночку.
— Всё нормально, — смеется она. — Я с нетерпением жду этого.
Дружно, мы поднимаемся наверх, и я прекрасно осознаю её пышные формы прямо позади меня.
— Ты готовишь? — спрашиваю я. Она кивает.
— Простые вещи. Жареная курица, вафли с сиропом и всё такое.
Я улыбаюсь.
— Достаточно жареной курицы и вафель. Всего лишь с этими двумя блюдами ты станешь любимицей моих детей.
Она краснеет от этого комментария, и её грудь поднимается в футболке. Я не могу не смотреть, а потом отвожу взгляд, потому что это совершенно неуместно. Я продолжаю экскурсию по дому, мои дети периодически вбегают и выходят.
Заходим в развлекательную комнату. Она заполнена несколькими телевизорами с плоским экраном, настольным футболом, бильярдным столом и баром. Мы заходим внутрь, и Ронни выдаёт непрерывный поток важной информации, например, о размере плоского экрана и о том, как он надеется поиграть на нём в какую-нибудь многопользовательскую видеоигру на следующей неделе. Глаза Реджины расширяются.
— Это был бы потрясающий опыт, — соглашается она. — При условии, что твой отец позволяет тебе играть в видеоигры.
Я приковываю Ронни взглядом.
— Немного, но не слишком.
Лицо моего сына падает.
— Но «Call to Action» выходит! Все мои друзья будут онлайн, и мы хотим сделать это вместе.
Я приковываю его взглядом.
— Это та, где наёмники, взрывают друг друга?
Он кивает и светлеет.
— Да, и это так здорово! Оружия тонны, и когда кого-нибудь подстрелишь, все его тело разлетится вдребезги! — он кудахчет. — Это потрясающе.
Я просто качаю головой.
— Один час в день. В лучшем случае.
Он смотрит вниз, явно разочарованный.
— Оу-у-у, папа!
Я разделяю улыбку с Реджиной.
— Трудно оставаться на высоте над этими детьми, но эта игра звучит невероятно жестоко. Я не знаю, как они придумали этот материал.
Она кивает и шепчет:
— Компании, производящие видеоигры, просто хотят заработать деньги. Иногда то, что они делают, просто ужасно.
— Я полностью согласен, — согласен я.
Вдруг новый голос прерывает его.
— Разве это не самый большой телевизор, который вы когда-либо видели? — голос принадлежит Ребекке. Ронни поворачивается и смотрит на неё, и она быстро говорит: — Извини! Я забыла. Когда мы продолжим, ты сможешь рассказать Реджине кое-что о моей комнате.
Ребекка остаётся рядом с Реджиной, пока мы переходим из комнаты в комнату, а новая няня продолжает радовать детей, которые так или иначе пытаются похвастаться. Они пытаются привлечь её внимание игрушкой, трофеем или своими школьными заданиями. Исключением является Рико, который по-прежнему сдержан, но это нормально. Мой мальчик растёт мужчиной и не думает, что ему больше нужна няня.
Мы заканчиваем подъём наверх и спускаемся вниз, чтобы продолжить экскурсию. Это полная свобода для всех, потому что у детей не создана система показа. Ронни бросается вперёд и хватается за пуфик с криком:
— Я спасу тебя от дракона!
Реджина делает реверанс и говорит:
— Спасибо, добрый рыцарь. Может быть, ты мог бы пойти на задний двор и очистить его от монстров к моему приходу?
Он с улыбкой убегает, увлекая за собой Руфуса и Рэйчел.
— Ты уверена, что всё ещё хочешь остаться? — я поворачиваюсь к Реджине с кривой улыбкой. — Их слишком много.
Но выражение её лица заставляет моё сердце остановиться. Вместо того, чтобы выглядеть испуганной или сварливой, на её губах скользит выражение восторга. Её карие глаза нежные и тёплые, и она говорит:
— Твои дети очаровательны, Райан. Конечно, я хочу остаться.
Я не уверен, что когда-либо хотел кого-то так сильно, как эту женщину. Её естественные материнские инстинкты так привлекательны для меня, и у меня возникает пещерное желание подмять её под себя и подарить ей ребёнка.
Какого чёрта? У меня уже пятеро детей. Шесть поставили бы меня на первое место. Но тем не менее, я насквозь альфа-самец, и мысль о том, как живот Реджины округлится моим ребёнком, заманчива. Это совершенно неуместно, учитывая, что мы только что встретились, и я заставляю себя думать о других вещах.
Наконец мы добираемся до комнаты Реджины. К настоящему моменту мы где-то потеряли детей, и тишина — долгожданная передышка. Я киваю на белую дверь.
— Это твоя квартира, — говорю я.
Она краснеет.
— У меня не просто комната?
Я качаю головой.
— Нет, этот дом огромен, поэтому в нём есть встроенная квартира свекрови, которая теперь твоя.
Мы входим в просторное пространство, и оно великолепно. Простое, но очень женственное и красивое. На полноразмерной кровати лежит белое покрывало, а также белый туалетный столик и письменный стол. Дверь ведёт в ванную комнату, которая также сверкает белым цветом и оснащена ванной и душем.
— Ух ты, — выдыхает Регина. — Спасибо, мистер Блайт. Здесь прекрасно.
— Здесь даже кухонька есть, — говорю я, указывая на другую дверь, ведущую налево. — Таким образом, у тебя будет возможность готовить в выходные дни. Тебе не придётся иметь дело с маленькими монстрами, когда тебе нужно поесть.
Она смеётся.
— Монстры — твои дети?
Я тоже смеюсь.
— Определённо да.
Она обращает на меня сверкающие глаза.
— Я уверена, что они не монстры, Райан, — произносит она с тайной улыбкой. — Я уверена, что всё будет хорошо.
Моё сердце подпрыгивает от её слов, потому что меня никогда так сильно не привлекала женщина. Моё тело снова напрягается, и, слава богу, что я всё ещё ношу эту проклятую книгу. Я поворачиваю её вперёд и улыбаюсь Реджине. Связь электрическая, и внезапно у меня снова возникает непреодолимое желание подарить ей ребёнка. Какого чёрта? Я знаю, что этого не может быть, но что-то мне подсказывает, что это произойдёт.
Глава 3
Райан
Наконец, первый день Реджины закончился. После экскурсии мы позавтракали, а потом она повела детей в бассейн. Я удалился в свой кабинет, чтобы поработать, но слышал, как они кричали и плескались. Иногда сквозь шум звучал нежный голос Реджины, и, признаюсь, я напрягался, чтобы услышать её.
Конечно, я не сделал никакой работы, потому что безостановочно думал о нашей няне. Она великолепна и уже превосходно ладит с моими детьми. Это только первый день, и всё же они приняли её в свой маленький мир. Мне бы хотелось узнать её получше.
Но опять же, она няня, и это плохой тон — связываться с кем-то, к кому мои дети уже так привязаны. Где бы я снова нашёл кого-то столь же компетентного, как Реджина? Не говоря уже о том, что меня, вероятно, обвинят в сексуальных домогательствах или в том, что я делаю это на рабочем месте. И также прямо у себя дома.
Я с сожалением качаю головой. Просто нет возможности победить. Я бы облажался, если бы связался с няней, вот и всё.
Я вздыхаю, вставая. Ужин был долгим и запутанным, тем более что все пятеро моих детей любят переговариваться друг с другом, а также потому, что все они любят разную еду. Руфус проглотил свой бургер, но Рэйчел не притронулась к своему. Нам пришлось попросить шеф-повара приготовить для Ребекки особый горошек, а Рико, как всегда, съел почти всё, что было на столе. Я люблю своего сына, но он быстро растёт. Он пожирает еду целыми грузовиками, даже если он всё ещё долговязый.
Но сейчас все дети легли спать, а Реджина удалилась в свою мини-квартиру. Я представляю её там: как она принимает ванну с пеной и намыливает свою прекрасную кожу. Надевает розовое неглиже, а потом ложится в девственную постель. Мне бы хотелось быть там с ней и притянуть эту соблазнительную фигуру к себе.
