уже охраняют атомный щит Родины, другие «большие пацаны» моей планеты, типа США, Китая — тоже не дураки, не будем тешить себя иллюзией. Ну и кроме того, есть «но», размером с девятиэтажку. Допустим, в глубочайшей теории, мне удастся сбегать домой, не быть сожранными командой мщения Нёргал и невозбранно спереть ядерную бомбу. Откуда мне знать, как её активировать? Это только в кино всё так просто и таймер с циферками, а на практике сомневаюсь, что там интуитивно понятный интерфейс и инструкция с картинками на боку. Хрена лысого, это всё так не работает.
С химическим оружием всё примерно так же, может без такого драматизма. Биологическое оружие вообще нужно подбирать под организм врага, считай — разрабатывать персонально.
Вернуться, озадачить генштаб и правительство инструментами борьбы с инсектоидами? Думаю, потону в бюрократии и совещаниях, на согласование «выдать зубастому гулю ядерную бомбу» уйдут недели и месяцы, вояки так просто свою прелесть не отдадут, да и вообще пошлют со мной отряд спецназа.
Да и нет у меня этого времени, делать надо что-то уже сейчас.
Что я упускаю? Если подумать, я плохо изучил окрестности и делаю слишком дохрена допущений и упрощений. Как провести разведку?
Я, собственно, давно знал как, практически с первых минут, тем более, когда открыл для себя, что инсектоиды в массе своей летать не умеют, а те особи, которые всё же летают, высоко в небо не поднимаются, потребности нет. Я вот тоже летать не умею, но быстрый блинк даёт некий опасный на практике аналог. Собственно, эта идейка ходит на границе сознания с первого момента прибытия в этот мир.
Полетать блинками.
Мои инстинкты, пусть даже они не отображаются в личном статусе, а вместе с ними и здравый смысл — кричат, что это крайне плохая идея. Попаду на какое-то магическое поле, на запрет, на всё что угодно, что водится в этом мире, и всё, шлёпнусь с высоты птичьего полета, как продукт птичьего помёта.
Тем более логика простая, для большого обзора мне надо подняться на пару километров.
С другой стороны, чего я боюсь? Я ж нежить? Артефакт на возрождение зарядил. И он сработает… Наверное. Если седой дед не пошутил надо мной. Если приспешники Нёргал не обшарили там всё и не стибрили. Если возрождение работает в условиях смерти хрен знает как далеко от своего мира. Чрезвычайно много «если».
Вообще у меня в инвентарном стазисе торчит один летун. Думаю, мне удастся его обратить и завербовать. Дружить-то в этом мире ему больше не с кем? Но летает он херово, видим невооружённым глазом издалека (ввиду отсутствия невидимости), да и что я пойму из осмотра чужими глазами? Не пойдёт.
Блинки. Главное на скаламбурить и не стать блином.
Вечер, близится закат. Сейчас толпа участников вторжения (остатки или обслуга) дружною толпою, как рабочие со смены, пойдут обратно в домик. Такое я уже видел, ночуют все под одной крышей, хотя внушительную охрану возле алтаря оставляют.
Полетаю на пробу.
Выдох, проверяю всё ли добро на мне крепко держится, и без раздумий: блинк, блинк, блинк, блинк.
Около двадцати-двадцати пяти раз почти строго вверх. Причем один из них к моему ужасу — не сработал (и было бы весьма полезно знать — почему?).
И вот я падаю, натурально, по формуле старины Галилея, возвращаясь обратно в направлении чужой мне планеты, названия которой не знаю.
Ветер, разогнанный до трехсот или больше километров в час (строго говоря, это я разогнанный, воздух себя ведет вполне миролюбиво) бьёт в глаза, вызывая слёзы, сейчас бы очки, как у пилотов первой мировой.
Кручу головой, пасть держу плотно закрытой.
Итак, с высоты пары километров или около того, мы (я и миллионы клопов) на полуострове, со всех сторон, кроме восточной, если определять по тому, что солнце заходит с противоположной стороны — у нас бескрайняя рябь океана.
Желудок скрутило. Изображать собой птичку (лечу и гажу) я не хотел, так что стал блинкать в направлении востока, но постоянно снижаясь.
Каменистая степь покрыта мхами, лишайниками разнообразных расцветок и узоров, чем-то вроде жёсткой травы, даже попадались поля папоротников. И много чего-то наподобие приплюснутых грибов.
Когда ты совершаешь дискретные прыжки в пространстве с такой частотой, голова начинает идти кругом, а рассмотреть окрестности толком не получается. Поэтому в какой-то момент приземлился на пригорок, не удержал равновесие и упал мордой вперёд.
Мелкий подлый камушек рассёк мне бровь, так что теперь правый глаз слегка заливало кровью, а сама рана побаливала и покалывала. Встал, зло сплюнул кровавую слюну вперемешку с каменной пылью. Ладно, приземлился целым, не по кускам, уже хорошо.
Отдышавшись по меньшей мере ещё четверть часа, любовался узорами лишайников (разбег линий десятки метров с какими-то строгими закономерностями), совершил серию блинков, как мне кажется — ещё на полтора десятка километров, но уже неторопливо и по поверхности. Звуковой нагнетатель висел на поясе и продолжал собирать ману из окружающей среды, равно как и кувшин сэл — воду. Можно было без проблем использовать открытие малых врат и переместиться сразу на полтора километра, но делать так мне не хотелось, мало ли куда свалюсь.
Единственный мой козырь при пребывании тут — насекомые о существовании жалкой букашки в моей лице (вот ведь ирония, насекомые они, а букашка — я) не знали. И если блинк я использовал с первых же минут, не вызывая никакой реакции и возражений, то гонять какую-то другую магию без особой нужды не был намерен. Даже обращение«шипастика» инсектоида в нежить я провернул, прикрывшись мутантом из своего мира.
На случай есть в центре домика есть секретная комната, где сидит главный жучара и анализирует все происшествия за день… Должна складываться логичная и достоверная картина, в которой моя морда лица не будет мелькать. Иначе её повесят на стену в этом же кабинете в качестве охотничьего трофея.
Нет. Пока только блинки.
Гора, вернее даже горы. Тут мне впервые попалась горная река. Купаться, несмотря на грязь, не стал, зато вволю напился. Невидимость не снимал, пару раз поиск живых засекал летунов инсектоидов, ещё несколько раз скопление под землей живых существ. Но — никаких признаков внешней деятельности. Надо думать, это та часть экосистемы, которая не входит в состав домика, а скорее их корм и оппозиция.
К примеру, возле домика — расчищенные и геометрически ровные (расходящиеся веером) поля с красноватыми насаждениями и вообще много следов явно «цивилизованного» характера.
Если считать, что диаметр домика как, допустим, двенадцать с половиной, ну пусть будет двенадцать километров,
