И дернул же их черт отправиться в Лондон на свой страх и риск! Корделия в отчаянии лягнула одного из злодеев и снова попыталась вырваться и убежать. Однако мерзавцы только посмеивались и продолжали куда-то ее тащить. Увидит ли она рассвет? Или же ее растерзанный насильниками труп обнаружат в Темзе рыбаки? А может быть, ее поместят в бордель и подвергнут там унижению, эксплуатируя ее тело?
Собравшись с духом, Корделия внезапно ударила одного из негодяев в пах ногой, а другому вцепилась ногтями в лицо. Однако жилистый мерзавец больно стиснул ее руки и вывернул их ей за спину, бормоча грязные угрозы.
– На помощь! – закричала она. – Спасите!
Из темноты появилась Офелия и бросилась ей на выручку.
Один из похитителей Корделии оттолкнул ее, а второй ударил в живот. В глазах у нее потемнело, она без чувств рухнула на землю.
Корделию охватило отчаяние. Негодяи оказались очень ловкими и проворными, справиться с ними в одиночку ей было не по силам. Несмотря на все сопротивление, они сумели утащить ее в конец темного проулка. Офелия осталась лежать в грязи совершенно одна, абсолютно беспомощная.
– Упрямая нам попалась на этот раз стерва! За такую норовистую кошечку полагается дополнительное вознаграждение, – пробормотал один из похитителей Корделии.
– Скажи это мадам Нелл! – с усмешкой отозвался другой негодяй. – Наверняка она будет удивлена.
Корделия оцепенела от страха. Злоумышленники потащили ее в другой переулок, еще более узкий, извилистый и темный. Корделия обмякла и закрыла глаза, поняв, что сопротивление бесполезно.
– Похоже, эта стерва отрубилась, – пробормотал один из мерзавцев. – Очевидно, ее покинули силы. Бери ее за ноги, а я подхвачу под мышки.
Как только один из злодеев наклонился, Корделия из последних сил ударила его ногой в живот, воскликнув:
– Это тебе за Офелию!
Тот, что держал ее за верхнюю половину туловища, усилил хватку. Второй похититель оправился от удара и схватил ее за лодыжки. Жилистый хулиган достал из-под сюртука дубинку и стал угрожающе ею помахивать, приговаривая:
– Не в моих правилах портить товар, крошка, но тебя я, пожалуй, хорошенько отделаю этой штуковиной, раз ты брыкаешься. Верно, Динти?
– Только не убивай ее, старина! – пробурчал тот. – Я хочу получить за свои синяки вознаграждение.
Первый злодей замахнулся дубинкой на Корделию, и она зажмурилась от ужаса. Неожиданно негодяй завопил и рухнул на мостовую. Открыв глаза, Корделия увидела, что какой-то мужчина пришел ей на помощь. Вырвав дубинку из рук похитителя, он ловко стал охаживать ею обоих мерзавцев.
– Я забью тебя, как свинью! – завизжал тот из них, что был пониже ростом, и выхватил из-под полы нож. В темноте сверкнуло длинное лезвие. Глаза Корделии расширились от ужаса.
– Лучше остынь и отпусти леди, придурок! – холодно бросил ему незнакомец, одетый, как успела рассмотреть Корделия, в дорогой вечерний костюм.
– Может быть, мне еще отвесить тебе поклон и убежать, поджав со страху хвост? – прохрипел в ответ вооруженный ножом негодяй.
Прилично одетый незнакомец взмахнул тростью и, зацепив ее набалдашником из слоновой кости нож, рывком вырвал его из руки злоумышленника. Злодей выругался, отпустил Корделию и толкнул ее на джентльмена с тростью. Тот отступил в сторону и, к изумлению злодея, вытянул, словно из ножен, из трости острую рапиру. Увидев это грозное оружие, оба похитителя разом произнесли проклятие и бросились бежать прочь по переулку. Корделия перевела дух. Ее пошатывало.
Неизвестный спаситель убрал рапиру в полую трость и любезно поддержал Корделию под локоть, обняв другой рукой за талию. Ей стало гораздо спокойнее. Впрочем, Корделия понимала, что ей все еще следовало оставаться начеку, а не млеть от исходящей от него мужской силы и уверенности в себе. Однако коленки у нее предательски задрожали и ослабли, и она была вынуждена вцепиться пальцами в лацканы его фрака.
– Успокойтесь, опасность миновала, – прошептал ей на ухо незнакомец. – Дышите глубже! Все в порядке.
Корделия покорно кивнула и прильнула к незнакомцу, словно к своему отцу. Однако почему-то не ощутила того же чувства, которое испытывала в детстве, сидя у папочки на коленях. От этого мужчины приятно пахло дорогим мылом, чистым бельем и чем-то еще, что вызывало у нее мурашки. Она внезапно покраснела и потупилась. Ее вдруг осенило: ведь это он пытался проникнуть через окно в пристройку к театру!
– Это были вы! – воскликнула она, распрямилась и отпрянула от незнакомца, потрясенная своим открытием. – Зачем вы хотели залезть в театр? Неужели вы вор? Мне в это не верится!
Он вскинул густые темные брови и промолвил:
– А вы, значит, та самая паникерша, которая своими воплями собрала толпу зевак? Они наверняка вызвали бы стражников и попытались бы схватить меня и отправить в тюрьму. Меня бы осудили, конфисковали бы все мое имущество и повесили. Вам не стыдно? – Он укоризненно покачал головой.
– Но я только… – пролепетала Корделия, пытаясь оправдаться, как это ни странно.
– Вам не кажется, что с моей стороны было очень благородно вступиться после всего этого за вас и спасти вашу честь и жизнь? – спросил незнакомец, сверля ее холодным взглядом.
Он дотронулся пальцами до ее шеи, как раз под подбородком, и она затрепетала от его прикосновения.
От пальцев незнакомца исходило волшебное тепло, которое быстро распространилось по всему ее телу. Мужчина улыбнулся, в его глазах заплясали смешинки. Нет, он определенно не походил на вора, тем не менее именно его она и видела, когда он лез в окно флигеля. Да он и сам этого не отрицал! Но что же все это значило?
С одной стороны, приличной девушке не следовало продолжать знакомство с преступником. С другой – он спас ее от похитителей, намеревавшихся продать ее в дешевый бордель, и за это она была ему благодарна. Покраснев еще гуще, она пролепетала:
– Я вам чрезвычайно признательна, сэр, за своевременную помощь, вы поступили благородно, вырвав меня из рук налетчиков. Честно говоря, мы с сестрой оказались в этом ужасном квартале случайно, потому что моей сестре вздумалось стать актрисой. Боже, я совершенно о ней забыла! Надо бежать ей на выручку!
Офелию они обнаружили сидящей у стены дома. Она стонала, держась руками за живот, и совершенно не походила на будущую лондонскую знаменитость. Корделия помогла сестре встать и спросила, как она себя чувствует.
– Эти жуткие мужчины… – хрипло произнесла Офелия. – Эти негодяи… Где они? Что они с тобой сделали? По-моему, их кто-то спугнул, я слышала, как они убежали…
– Мне помог этот джентльмен, – сказала Корделия. – Извините, сэр, но я не знаю вашего имени…
