Только это и счастье, струящееся теплой рекой. Это было одно из самых добрых ее видений. Затем она отправилась выбирать подарок ко дню рождения ребенка, который и привезла с собой в Англию.
Теперь, когда руки Кассандры и Джоанны лежали совсем близко от ребенка, принцессе почти не нужно было прикладывать никаких усилий. Она только начала налаживать связь, как уже все знала. Страхи Джоанны, вполне понятные, оказались необоснованными.
– Ты не такая, как твоя мать, – мягко сказала она. – Трагедия потери ребенка не станет твоей.
Джоанна моргнула, чтобы отогнать навернувшиеся слезы облегчения.
– Спасибо тебе, Кассандра, от всего сердца спасибо. – Она рассмеялась немного дрожащим смехом. – Боже, я даже не осознавала, насколько сильно мной овладевал страх, пока ты не прогнала его.
Дар Кассандры, который мог также быть и ее проклятием, не часто позволял наслаждаться таким неомраченным счастьем. Она засмеялась и обняла свою сестру по духу. Молодые женщины еще немного поболтали, попивая чай, затем Джоанна встала, чтобы одеться.
– Мы дали мужчинам достаточно времени, – объявила она.
Они спустились в столовую, но Алекса и Ройса там уже не было. Их удалось разыскать возле конюшен, где они разговаривали с низеньким косматым пареньком, чьи черные брови, похожие на мохнатых гусениц, были плотно сдвинуты над переносицей.
– Доброе утро, Болкум, – сказала Джоанна. – Отличный денек. – Она улыбнулась мужу и брату. – Собираетесь на верховую прогулку?
Болкум прочистил горло и отвернулся.
– Не сейчас, – ответил Алекс, бросив быстрый взгляд на зятя.
– Мы просто болтаем с Болкумом, – проговорил Ройс.
– О чем же?
Кассандра отметила, что та спросила с таким невинным видом, что невозможно было уйти от ответа. Однако мужчины все же попытались.
– Ни о чем особенном, – сказал Алекс.
– О погоде, – подхватил Ройс. – Она теплее, чем ожидалось.
Джоанна пожала плечами.
– Тогда я спрошу у Малридж. Она наверняка знает. Поглаживая бороду, Болкум произнес:
– Пойду присмотрю за… тем, что мы обсуждали. – Он кивнул женщинам и удалился, скрывшись за углом конюшни.
Джоанна ждала, продолжая улыбаться. Кассандра взглянула на Ройса и увидела, что он смотрит на нее. Повисла пауза. Вдалеке слышалось, как конюхи окликали друг друга.
– О Господи, – пробормотал Алекс. – От тебя ничего нельзя скрыть, даже во имя твоего же блага.
– Совсем ничего, – согласилась Джоанна.
– Ты же знаешь, – продолжал Алекс, – что я попросил тебя покинуть Лондон. Ты могла бы поехать в наше имение в Босуике, оно, судя по всему, тебе очень понравилось, или, если пожелаешь, отправляйся в Хоукфорт. Мне не так важно, в каком именно из этих имений родится наш ребенок, просто хочется, чтобы ты была в комфорте и безопасности.
– А ты знаешь, – ответила Джоанна, – я с удовольствием соглашусь на это, если ты будешь меня сопровождать.
– Именно этого я и не могу сделать в данной ситуации. – Алекс повернулся к сестре. – Но теперь, когда с нами Кассандра, я надеялся, ты наконец поступишь как любой здравомыслящий… – Он запнулся, стараясь сохранять спокойствие. – То есть так, как будет лучше для тебя.
Кассандра плотно сжала губы. Сейчас, когда она наконец приехала в Лондон, ей совсем не хотелось покидать его. Однако она питала определенную симпатию к своему брату. Город хотя и выглядел величественно, но был многолюдным, шумным и грязным. То, что Алекс хотел, чтобы ребенок родился в более спокойных условиях, было вполне разумным. Кассандра любила брата всем сердцем и считала его лучшим из мужчин, однако знала, что он, подобно большинству мужчин, считал женитьбу делом простым.
Джоанна подошла к мужу и мягко положила руку ему на локоть.
– Я и наш ребенок будем в безопасности рядом с тобой. Так ты расскажешь нам, что произошло?
Алекс посмотрел на Ройса, который неохотно проговорил:
– В Йоркшире беспокойно. Судя по всему, армия «генерала Лудда» снова возродилась. Они опять громят ткацкие станки и угрожают убить всех, кто им противостоит.
Кассандре с трудом удалось скрыть потрясение. Она прекрасно знала, что прошлой осенью именно из-за восстания рабочих, называющих себя луддитами, Атрей отказался дать согласие на поездку Кассандры в Англию. Он уступил только недавно, когда опасность, казалось, миновала. Теперь же он об этом пожалеет и может даже потребовать возвращения Кассандры в Акору.
– Я не понимаю, – проговорила она. – Ведь на самом деле никакой армии «генерала Лудда» не существует, не так ли?
– Судя по всему, нет, – ответил Ройс. – Но рабочие, чьи заработки сильно упали из-за количества ткацких станков на фабрике, поддерживают этот миф. Они дают клятву о неразглашении тайны, носят маски, когда устраивают набеги, и у них множество сторонников.
– Они рискуют жизнью, – добавила Джоанна. – Парламент принял ужасный закон, по которому уничтожение станков карается смертью.
– Смерть за поломку машины? – переспросила Кассандра. Конечно же, она просто не так все поняла. Она годами изучала Англию, пусть и издалека, помнила все рассказы о ней, хранила все книги, которые Алекс привозил оттуда, мечтая о дне, когда сама сможет посетить далекую землю. Она считала ее страной – по названию своего любимого романа – разума и чувств.
– Реакция была слишком сильна, – согласился Ройс. – Кстати говоря, этот поэт, Байрон, высказывался против него в палате лордов. Он был весьма красноречив. Я говорил не настолько красиво, также пытался возражать, но тщетно. Билль стал законом, но, очевидно, цели своей не достиг.
Луддиты не только не подавлены, но кажутся еще более решительно настроенными.
– И потенциально более опасными, – добавил Алекс. Затем посмотрел на жену. – Ты действительно стремишься остаться здесь?
Джоанна мягко положила руку на плечо мужа и проговорила:
– Я хотела бы остаться с вами, милорд.
Кассандра поняла, что Алекс разрывается между стремлением обезопасить Джоанну и воодушевлением от того, что любовь не позволяет ей покинуть его. Но он знал, как нужно элегантно уступать.
– На этот раз мы с Ройсом решили привезти сюда людей из Босуика и Хоукфорта. Болкум готовит место для палаток позади конюшен. Люди будут патрулировать владения денно и нощно, а вы… – он окинул взглядом обеих женщин, – никто из вас не покинет это место без вооруженного эскорта. Понятно?
– Ты на самом деле считаешь, что луддиты и здесь натворят бед? – спросила Джоанна.
– Если бы я так считал, – ответил ей Алекс, – у тебя бы не было выбора – остаться здесь или уехать. Я думаю, что у них достаточно дел и в других местах, но необходимо быть готовыми ко всему. Итак, обещаете ли вы, что никуда не будете выезжать без охраны?
