ведь живешь?
— Кто тебе сказал, что я человек?
Сказано было вроде бы в шутку, но у Ильи пропала охота расспрашивать.
Так началась его жизнь у Отшельника.
Подвальный гараж больше напоминал ангар для авиалайнера. Поставив «порше» на место, Отшельник знаком поманил Илью за собой, мимо нескольких разномастных автомобилей. За стопой внедорожных покрышек от какого-то тяжелого грузовика, типа КРАЗа, на серой стене выделялась небольшая металлическая дверь. Отшельник легко распахнул ее ладонью, — дверь не запиралась.
Внутри Илья пораженно и довольно тупо огляделся. Комната оказалось оружейной, и пребогатой. Стеллажи, шкафы, ящики на полу, по стенам развешено все, что создавалось для кровопролития. В глаза бросался тяжелый шестиствольный пулемет напротив входа. Все новое, в густой консервационной смазке. В углу задрал жерло пехотный миномет.
Этот странный человек распахнул металлические дверцы большого стенного шкафа и сказал равнодушно:
— Выбирай. Разрешение на оружие для тебя уже выправлено.
Уж не в наемные убийцы меня… — мелькнула мысль молодого человека. Отшельник ответил тут же, не задерживаясь, словно слышал:
— В наемники хватает других. Мы редко носим оружие, но ты должен знать его в совершенстве и иметь решимость воспользоваться.
Среди многих блестящих от смазки стволов Илья углядел один, с висящей рядом изящной кобурой-прикладом черного пластика.
Пистолет был красив. Особой, изящной пластмассовой, как и кобура, рукояткой и жесткими, отточенными линиями затвора. Около двадцати сантиметров длиной. Илья снял оружие с креплений и провел пальцем по надписи, выбитой на кожух-затворе: «HECLER & KOCH GMBH». Номеров не было.
— «ВП-70» модели «милитари». Хороший выбор. Присоединяя кобуру-приклад с переводчиком огня, получаешь легкий и мощный пистолет-пулемет, но эта модель слегка модернизирована, — может стрелять очередями и без приклада. Жаль, что это оружие не стало популярным. Возьми, и следи, чтобы всегда был заряжен. — Учитель протянул Илье тяжелую двухрядную обойму. — Сам я предпочитаю «Глок 18», тоже пистолет-пулемет. Каждый день после завтрака — полчаса в тире, потом другие занятия. Получишь хотя бы минимальные навыки.
Илья вставил магазин и ладонью почувствовал щелчок. Пистолет сидел в руке, как влитой. Илья представил себя ежеутренне в тире… И со вздохом снял со стенки шкафа кобуру.
6
Теперь иногда ему казалось, что прежняя жизнь была почти райской. Отшельник муштровал его нещадно. Тир, полоса препятствий за домом, бассейн (хорошо хоть, Илья полюбил плавание с аквалангом), вождение на пустынных трассах вокруг маленького и непонятно безлюдного дачного поселка, если можно назвать дачами превосходные загородные новостройки. «Порше» уже начал прилично слушаться Илью. Отшельник сидел рядом, изредка подавая реплику. Навыки рукопашного боя и самолечения. Тренажерный зал. Овладение разнообразным оружием, от метательного ножа до снайперской винтовки. К удивлению Ильи, он прямо-таки безукоризненно садил из PSG-1 с лазерным прицелом. «Ремингтон» ему понравился меньше, тяжелый «Баррет» не пришелся по душе вовсе. Открылся талант. Учитель только посмеивался, советуя не очень полагаться на технику. Показывал мускулистые руки, — нет лучшего инструмента и оружия. Иногда Илья начинал ненавидеть чернобородого мужика вдвое старше его самого, который легко показывал, как нужно, совершенно не уставая.
Техника в доме скопилась прямо-таки фантастическая. Компьютерные очки и перчатки позволяли обучаться управлению виртуальной техникой, не выходя из комнаты. После первого полета в кабине истребителя, когда педагог-мучитель коварно завязал воздушный бой, у Ильи долго тряслись руки, и пот рекой струился по хребту. Но перед гибелью он все же успел ткнуть одного врага носом в землю.
Он долго снимал сенсорные перчатки, не мог отдышаться. Отшельник уже освободился от электронной сбруи и глядел на него, что-то насвистывая, с преувеличенной жалостью в небесных глазах.
— Та-ак эт-то что, такая первон-н-начальная подготовка, да?
— Это самое легкое. Только махать руками и ногами.
От злости Илья едва не треснулся затылком о подголовник кресла.
— А дальше что?
— Дальше труднее. Надо будет работать головой.
7
Все же Отшельник еще не наудивлял ученика до конца.
В то утро Илью посетил отвратительный и пугающий сон.
В темном сводчатом зале с тяжелыми черными колоннами, на подобии черного алтаря в гробу лежала Вика. Синеватый свет лился непонятно откуда косыми столбами. Клубы легкого дыма отливали сиреневым. Темно-коричневый полированный гроб с золотыми украшениями. Вика лежала в белом платье до пят, как умершая невеста. «Была я невеста, прекрасная дама…», вспомнил Илья. «Почему дама, если невеста?»
В руке он сжимал острый, украшенный желтыми камнями нож. Красивый. Вика тоже была красива в открытом платье и с распущенными волнами волос ночного цвета. И было что-то еще живое в тумане. Он знал, что Вика теперь не она, а оборотень. Не безобидный волк, а тот, который в душе. Тот, в котором чужой разум. Он подошел к телу, уже зная, что должен сделать. Прямое треугольное лезвие зависло над неподвижной грудью девушки. И Вика открыла глаза. Темные и неподвижные. Таких глаз у нее он никогда не видел.
Она смотрела покойницей.
У него отяжелели ноги, и затряслась рука с ножом. Вика приоткрыла губы, блеснули длинные, белые клыки. Илья плакал от горя во сне, но страха не было. Было странное, тупое упорство.
Он опустил нож в белое. Просыпаясь, услышал слабый стон.
С отвращением выдираясь из сна, Илья слабо забарахтался в постели. Разлепил тяжелые веки. Первое, что он узрел, была картина на стене, он все хотел спросить Отшельника об авторе.
На белом снегу под серым зимним небом человек в черном рваном плаще прижимался к высокому кресту. Илья встретился с ним глазами.
«С добрым утром!» — подумал Илья мрачно. Картина впечатляла.
К чему бы это такое снится? Ну-ка, проинтерпретируй по Фрейду и мадам Ленорман, хмыкнул он про себя. Валерьянку будем пить, лет по двести станем жить. Вскочил с кровати и, не открывая глаз, встал в стойку на одной ноге с вытянутыми руками, словно отталкиваясь ладонями и пяткой от невидимой стены. Через полчаса сменил ногу. Скоро тело заныло, и он прекратил упражнение. Вот мы как! Отшельник знал цигун в совершенстве и мог бы стоять в такой позе часами. Вспомнив об этом, Илья немного поморщился, но утешил себя тем, что хозяин уже старый, а у него все впереди.
После того, как на завтрак они съели по основательной миске окрошки (готовили поочередно), Отшельник отхлебнул кофе из бело-голубой чашечки мейсенского фарфора и предложил:
— Съездим поразвеяться. Покажу интересное место. Бабай во сне не давил?
— Хуже. Вампиры снились.
— Это к дождю. Возьмем с собою зонтик.
Старший товарищ и сэнсэй отставил пустую чашку, потянулся с удовольствием, как сытый кот на полатях. На этот раз он был в кремовом джинсовом костюме и при галстуке-шнурке.
Вышли
