Читаем без скачивания Сезон охоты на «кротов» - Максим Шахов

Так и сейчас – двое сотрудников фирмы доставляли обратно в Москву бизнесмена, совершившего накануне удачную сделку со своими партнерами в Ярославле и получившего на руки пакет технической документации строгой отчетности и большую сумму денег, которые находились в металлическом кейсе, прикованном к руке мужчины на переднем сиденье. Минуя самый узкий участок дороги, автомобиль снизил скорость до указанных пятнадцати километров. Напряженный взгляд шофера просто впился в полотно дороги перед капотом, а второй охранник даже расстегнул пуговицы пиджака, под которым в плечевой кобуре находился снаряженный «кольт»…

Может быть, авиабомба действительно отскочила бы от крыши машины, а противопехотная мина не причинила никакого вреда днищу, но вся «навороченная» защита оказалась неспособна противостоять поражающей силе прославленного противотанкового гранатомета РПГ-7. 40 лет в строю! Самые хвалебные отзывы из разных уголков земного шара! Восторженные почитатели даже отводят великому «калашникову» только второе место…

Первый выстрел пробил капот, решетку радиатора и начисто разворотил весь двигатель. Автомобиль еще продолжал ехать вперед по инерции, когда второй выстрел попал в боковую дверцу со стороны пассажира. Взрыв боеприпаса внутри салона имел катастрофические последствия. Две-три секунды дистанции между выстрелами определенно говорили о том, что стрельба велась из двух РПГ. Кому-то очень был нужен 100-процентный результат!

Спустя секунд десять из-за опущенного ковша экскаватора выступил боец в комбинезоне цвета хаки и черной шапочке-маске на голове и неторопливо приблизился к развороченной легковушке. Вот на этом этапе защитные системы бронемобиля сработали безупречно: никаких потеков масла, бензина, никакого пожара… Просто кровавая каша из свежих человеческих останков. Впрочем, было заметно, что именно такая картина и удовлетворяет в наибольшей степени этого единственного пока наблюдателя.

Он уже развернулся, чтобы уйти, когда, что-то вспомнив, вновь глубоко наклонился в салон машины и выудил из-под приборной панели металлический кейс. Чемоданчик из белого превратился в грязно-бурый, а в наручнике на цепочке болтался кусок оторванной руки охранника. Боец равнодушно ухватил кейс под мышку и вернулся к экскаватору.

Через несколько минут из-за громоздкой дорожной техники на трассу вырулил совершенно незаметный до этого времени серый «Опель» с тремя пассажирами и устремился в сторону Москвы. А на месте недавней кровавой разборки неожиданно заработавший экскаватор начал медленно подталкивать искореженный бронемобиль к невысокому обрывчику с трассы прямо в воды Плещеева озера…

Свой звонок Талеев сделал с обычного таксофона в одном из спальных районов Москвы. Ему ответил приятный низкий женский голос:

– Агентство «Стелс». Чем могу служить?

– Я хочу поговорить с Леонидом Сергеевичем.

Упоминание имени-отчества директора и хозяина фирмы служило обычно беспрепятственным допуском к общению со столь высоким руководителем: немногие знали, что название «Стелс» было аббревиатурой – СТЕ-гин Л-еонид С-ергеевич. Но на этот раз после короткого молчания и неуверенного покашливания из трубки послышалось:

– Шеф… э… уехал… по служебной необходимости…

«Как неудачно!» – посетовал Гера. День уже клонился к вечеру.

– Он еще появится сегодня в офисе?

Теперь голос стал увереннее:

– Я всегда дожидаюсь шефа на рабочем месте. Но… – опять появились нотки растерянности, – в нынешних обстоятельствах…

– Что за обстоятельства такие?

– Я не уверена, что могу говорить с вами об этом… но, с другой стороны…

– Да, что, черт побери, случилось?!

– Впрочем, об этом уже сообщили даже в теленовостях… Дело в том, что на машину нашего агентства, выполняющую служебное задание, утром было совершено вооруженное нападение… – Из трубки явственно послышались всхлипы. – Все убиты-ы-ы!..

Нехорошее предчувствие зародилось в душе журналиста:

– А Стегин?

– Шеф выехал на место, как только узнал о случившемся.

– Где это произошло?

– На полдороге от Ярославля. У какого-то озера…

Время безопасного разговора истекло, и Гера повесил трубку. Дело принимало очень нехороший оборот. Лишь Талеев знал, что хозяин «Стелса» только по документам числился Леонидом Сергеевичем Стегиным. На самом деле его звали Максим Лифанов, Макс. Это был второй человек в Команде, равный по положению самому журналисту и имевший прямой личный выход на куратора Алексахина. После смерти последнего и вынужденного расформирования Команды он организовал агентство сопровождения и телохранительства, арендовал офис, позаботился об отличном техническом обеспечении и нанял на работу штат прекрасно подготовленных бойцов, в числе которых было и несколько человек из Команды. Кто конкретно, Талеев не знал, поэтому не стал ничего уточнять у девушки-диспетчера. Теперь он в еще большей степени нуждался в личном контакте с Лифановым.

«Совпадений не бывает!»

На Казанском вокзале Гера приобрел у местных бомжей мобильный телефон, а за пару дополнительных «стольников» и «левую» сим-карту. Опасаясь возможности прослушки телефона своего друга, он произнес измененным голосом лишь несколько коротких фраз, как только услышал ответ Макса на вызов. Место встречи было определено в известном обоим районе.

…Они сидели за столиком маленького летнего кафе на Воробьевых горах и негромко переговаривались: спортивного вида красавец-журналист с копной длинных светло-русых, слегка вьющихся волос и коренастый, невысокий, но мускулистый Макс, идеально круглая голова которого была лишь слегка прикрыта густым коротким «ежиком» черной растительности.

– Ты понимаешь, Талеев, в машине были оба наших! Э-э-х… Ферт и Саныч. Какие ребята! Да каждый из них в одиночку разделал бы всю группу захвата, как Бог черепаху! А им даже из машины не дали выскочить, в упор разорвали на куски гранатометами…

– Значит, кто-то знал об их способностях. Не только знал, но и охотился конкретно на этих ребят.

– Вот, опять ты за свое! Да я на это задание вполне мог других людей отправить! Не-е-т, этот гребаный бизнесмен получил в Ярославле акции на предъявителя на пару миллионов долларов. И техническую документацию какой-то новейшей оборонной разработки. Проследили и…

Журналист, конечно, знал этих бойцов Команды, сталкивался с ними на двух или трех заданиях. Надежные парни. Впрочем, других в Команде и не было. А вот по поводу мотивов нападения он не мог согласиться с Лифановым, но и разубеждать его сейчас посчитал бессмысленным: Макс только что вернулся с места трагедии и вряд ли был в состоянии воспринимать какие-то логические доводы. Сам Гера не сомневался: началась планомерная охота на Команду, и, судя по первым впечатлениям, «лицензию на отстрел» выдали в самых высоких силовых структурах.

– Послушай, Макс, кто из наших еще у тебя работает?

– Степан Рыжий.

– Такой высокий, огненно-кучерявый, да?

Лифанов кивнул:

– Но я ему дал пару дней отгула. Он же у нас заядлый рыболов, хлебом не корми – дай с удочкой посидеть. Вот я и отпустил его после задания. Точного места не знаю, но где-то на Истринском водохранилище, там у него что-то вроде рыболовно-охотничьего домика имеется.

– Ты, Макс, все-таки свяжись с ним по телефону, предупреди… обо всем.

– Хорошо, но разве что ночью: на рыбалке он все телефоны отключает или просто не берет с собой.

– И сам поберегись… – Гера заметил кривую недоверчивую ухмылку товарища. – Я не сомневаюсь в твоем профессионализме и не хочу каркать, но помни, как Ферта и Саныча достали.

– Пусть только хоть на горизонте обозначатся… – сквозь зубы прошипел Лифанов. – Пусть!

Внезапно в груди журналиста возник какой-то неприятный холодок, мгновенно выросший в огромный ледяной вал, который вызвал судорожный спазм в горле и обрушился вниз, к коленям и ступням. Нестерпимо заныли икры ног, а пальцы на руках вздрогнули от резкого выброса в кровь адреналина. Такое ощущение уже было знакомо Талееву: опасность! Даже мозг еще не осознал угрозы, а какие-то неведомые чувства посылали мгновенный опережающий сигнал тревоги.

Гера начал резко разворачиваться на стуле, отклоняясь в сторону, а левая рука инстинктивно подхватила со стола папку меню в толстой кожаной обложке и прикрыла ею голову и лицо. Ударом ноги Талеев толкнул вперед легкий столик, который заставил его собеседника отпрянуть назад метра на полтора. Такие действия мгновенно и кардинально изменили обстановку: нет уже ни стола, ни стульев, ни самих, казалось, мирных и беззащитных собеседников в тихом уголке заштатного кафе. Кто бы ни наблюдал за друзьями, ни пытался каким-либо способом причинить им вред, не был в состоянии так же моментально отреагировать.

Журналист заканчивал свой разворот на стуле, когда сильный удар едва не выбил кожаную папку из его руки. Опускаясь на пол, Гера мельком глянул на меню: в толстую обложку глубоко впился миниатюрный дротик, а в месте стыка на рифленой поверхности медленно наворачивалась капля прозрачной жидкости.