3) в отношении лиц, страдающих тяжелыми психическими расстройствами;
4) в отношении лиц, совершивших общественно опасные деяния (преступления);
5) при проведении судебно-медицинской экспертизы и (или) судебно-психиатрической экспертизы.
Решение о медицинском вмешательстве без согласия гражданина, одного из родителей или иного законного представителя принимается:
1) в случаях, указанных в п. 1 и 2 ч. 9 настоящей статьи, – консилиумом врачей, а в случае, если собрать консилиум невозможно, – непосредственно лечащим (дежурным) врачом с внесением такого решения в медицинскую документацию пациента и последующим уведомлением должностных лиц медицинской организации (руководителя медицинской организации или руководителя отделения медицинской организации), гражданина, в отношении которого проведено медицинское вмешательство, одного из родителей или иного законного представителя лица, которое указано в ч. 2 настоящей статьи и в отношении которого проведено медицинское вмешательство;
2) в отношении лиц, указанных в п. 3 и 4 ч. 9 настоящей статьи, – судом в случаях и в порядке, которые установлены законодательством Российской Федерации24.
В случаях применения активной эвтаназии есть признаки состава убийства, что и позволяет квалифицировать содеянное по ч. 1 ст. 105 УК РФ, указав при назначении наказания п. «д» ч. 1 ст. 61 УК РФ, где в качестве смягчающего наказание обстоятельства предусмотрено совершение преступления по мотиву сострадания. А вот в случае пассивной эвтаназии вопрос квалификации подобного бездействия как убийства затруднен. Прежде следует выяснить, не воспользовался ли гражданин или его законный представитель своим правом отказаться от медицинского вмешательства или потребовал его прекращения на любом этапе проведения, что находит свое подтверждение в медицинском документе, подписываемом пациентом, одним из родителей или иным законным представителем и медицинским работником. При наличии такого отказа от медицинского вмешательства, форма которого утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти, ответственность врача за пассивную эвтаназию, квалифицируемую по законодательству как убийство, исключается. Если же такого отказа не последовало, то ответственность за пассивную эвтаназию наступает так же, как и за активную эвтаназию, т. е. за убийство, при наличии всех его признаков, или за неоказание медицинской помощи больному, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего.
Альтернативой эвтаназии является паллиативное лечение (поддержание жизни) в хосписах. Первые хосписы были созданы в Англии, в Лондоне (1967 г.), для того, чтобы ухаживать за тяжелобольными людьми.
Медперсонал подбирается на конкурсной основе. Пребывание в хосписе требует больших материальных затрат. Первый хоспис в России был открыт в Санкт-Петербурге в 1990 г. К концу 1999 г. в России было 60 хосписов, и их количество продолжает расти. Статья 36 ФЗ «Об охране здоровья граждан в Российской Федерации» впервые дает определение паллиативной медицинской помощи, которая представляет собой комплекс медицинских вмешательств, направленных на избавление от боли и облегчение других тяжелых проявлений заболевания в целях улучшения качества жизни неизлечимо больных граждан. Паллиативная медицинская помощь может оказываться в амбулаторных условиях и стационарных условиях медицинскими работниками, прошедшими обучение по оказанию такой помощи.
Представляется правильной позиция тех ученых, которые считают, что необходимо внести в уголовный кодекс соответствующую статью об эвтаназии, в которой был бы сформулирован привилегированный состав, устанавливающий ответственность за причинение смерти неизлечимо больным людям25.
Но надо помнить о том, что, давая согласие на эвтаназию, человек совершает частичное самоубийство. Христианство жестко осуждает самоубийство, считая его преступлением против Бога. Самоубийца христианского происхождения лишался христианского погребения. В Уложении о наказаниях уголовных и исправительных 1885 г. самоубийству посвящены ст. 1472–1476. Как справедливо отмечают А. Тер-Акопов и А. Толкаченко, «имеется система научно обоснованных доводов о том, что христианство не давно изжившие себя нравственные принципы и идеалы, а, напротив, основа подлинной нравственности и справедливости, на которой должно строиться здание современного цивилизованного отечественного права»26.
1.1. Простое убийство
Простое убийство (ч. 1 ст. 105 УК РФ). Состав убийства сконструирован как материальный состав, который с объективной стороны характеризуется тремя необходимыми признаками. Во-первых, деянием (действием или бездействием), причинной связью и последствием. Субъективная сторона убийства характеризуется наличием прямого или косвенного умысла. Субъектом простого убийства, так же как и при отягчающих ответственность обстоятельствах, является вменяемое физическое лицо, достигшее 14-летнего возраста, в отличие от привилегированного убийства, где возраст субъекта повышен до шестнадцати лет (УК 1960 г. не делал различий по возрасту между субъектами убийств при смягчающих и при отягчающих ответственность обстоятельствах. Ответственность за убийства предусматривалась с 14-летнего возраста).
Причинная связь при убийстве может быть как непосредственной, так и опосредованной. Примером первой является произведение выстрела в человека, повлекшего за собой смерть. Примером опосредованной причинной связи является использование действий природных сил, третьих лиц и т. д. Решая вопрос о причинной связи, следует исходить из того, что следствие по времени следует за причиной, а также ответить на вопрос, могло ли наступить такое следствие, как смерть, если бы не было данной причины.
Если преступник совершил все действия, направленные на причинение смерти, а результат не наступил, то в данном случае имеет место оконченное покушение на убийство.
Необходимым признаком субъективной стороны простого состава убийства закон называет умышленную вину, которая представлена в форме прямого или косвенного умысла. Другие признаки субъективной стороны преступления – мотив и цель – являются факультативными. Однако в постановлении Пленума Верховного Суда РФ «О судебной практике по делам об убийстве» от 27.01.1999 в п. 1 говорится о том, что: по каждому такому делу должна быть установлена форма вины, выяснены мотивы, цель и способ причинения смерти другому человеку, а также исследованы иные обстоятельства, имеющие значение для правильной правовой оценки содеянного и назначения виновному справедливого наказания. Совершая убийство с прямым умыслом, субъект осознает, что совершает такие действия (бездействия), которые с неизбежностью повлекут смерть потерпевшего, либо совершает такие действия, которые создают реальную возможность наступления смерти. Такова характеристика интеллектуального момента прямого умысла. Волевой момент прямого умысла убийства характеризуется желанием наступления смерти. При косвенном умысле на убийство лицо, совершая деяние, предвидит при этом реальную возможность наступления смерти потерпевшего, не желая ее, но сознательно допуская или безразлично относясь к ее наступлению. Принципиальное значение для установления субъективной стороны любого преступления имеет ст. 9 УК РФ, где четко закреплено положение о том, что временем совершения преступления признается время совершения общественно опасного деяния независимо от времени наступления последствий. В правоприменительной практике и в теории отмечается, что простое убийство может быть совершено по мотивам мести, ревности, сострадания тяжелобольному при наличии его просьбы и т. п. Однако критерий отнесения убийства к простому кроется в отсутствии обстоятельств, относящихся как к субъективным, так и к объективным признакам составов квалифицированных и привилегированных убийств. Важным и сложным вопросом судебной практики является установление направленности умысла, имеющего основополагающее значение для квалификации содеянного как убийства или как тяжкого вреда здоровью, повлекшего смерть потерпевшего (ч. 4 ст. 111 УК РФ). Как отмечено в вышеназванном постановлении, при разграничении этих преступлений следует учитывать способ причинения вреда, орудия и средства совершения преступления, количество и локализацию ранений, характер взаимоотношений между обвиняемым и потерпевшим, поведение обвиняемого до и после совершения деяния, другие обстоятельства, которые свидетельствуют о направленности умысла виновного.
Одной из распространенных ошибок в следственно-судебной практике является придание решающего значения для квалификации по ч. 4 ст. 111 УК РФ такому обстоятельству, как разрыв во времени между деянием и смертью потерпевшего. Данное обстоятельство может учитываться лишь наравне с другими обстоятельствами, свидетельствующими об отсутствии умысла на убийство в момент совершения деяния. Если преступник дал жертве смертельный яд, но смерть не наступила по независящим от виновного обстоятельствам, однако был причинен тяжкий вред, то содеянное следует квалифицировать как покушение на убийство. И только лишь в том случае, когда умысел виновного был направлен на причинение тяжкого вреда здоровью, а смерть была причинена по неосторожности, речь идет о квалификации по ч. 4 ст. 111 УК РФ, т. е. о преступлении, состав которого характеризуется двойной формой вины.
