То, что это заключение о принципах построения общества в учении Платона верно, подтверждают меры, которые советует принять Платон для того, чтобы люди всегда вели себя сообразно свойствам своей души и не отступали от них: система воспитания молодежи правящих каст, наблюдение мудрецов за поведением всех членов общества, предотвращение мудрецами стороннего влияния на общество, в том числе через внешнюю торговлю, чужеземные обычаи и нравы.
К. Поппер, относящий Платона к врагам демократии и открытого общества, подчеркивает, что в обществе Платона царят замкнутость, насилие над свободой человека, дисциплина, аскетизм. Однако изначально все люди в данном обществе поступают строго согласно велениям своей души. Правда, в этом случае становится непонятной необходимость строгого надзора и замкнутости. Видимо, это нужно для того, чтобы дать людям возможность строго следовать душевным движениям, и для того, чтобы не дать возможность изменить свое положение, – в представлении Платона такое поведение является свидетельством эгоизма и несправедливости, и возыметь его могли только испорченные, низкие души. Эгоизм ни в коем случае не переходит автоматически в общественный интерес; бескорыстно следовать общественным интересам могут только представители высших каст.
Таким образом, по мнению Платона, автоматических и анонимных рычагов регулирования поведения человека в обществе нет. Все отношения между людьми строятся на строгих правилах, соответствующих высшим ценностям, заложенным в душу человека, и справедливости, которая заставляет людей следовать этим правилам. Все общественные процессы приобретают строгую ценностную, нормативную основу. Сама же эта основа покоится на высших, идеальных принципах, заложенных не в физическом, а в вечном, идеальном мире.
Идеи Платона оказали большое влияние на всю последующую античную, средневековую и современную философию. К. Поппер называет двух самых главных, с его точки зрения, последователей Платона – Г. Гегеля и К. Маркса. Однако ценностный, нормативный подход к личности человека, двойственное представление о личности (ее физическая и духовная сущность) характерны и для многих других философов и социологов, начиная с Аристотеля, Возможно, что не все из них делали такие радикальные общественные выводы на основе схожих постулатов, но влияние идей Платона нельзя сводить только к утверждению авторитарного общества.
Можно задаться вопросом, является ли личность рациональной в теории Платона? Понятие «рациональность» несколько расплывчато. В терминах современной неоклассики личность в теории Платона не является рациональной, так как стремится не к максимизации удовлетворения собственных потребностей, не к максимизации личной полезности и эффективному распределению ограниченных ресурсов, а к счастью в той форме, которая соответствует заложенным в ее душе свойствам. Для самого Платона высшим идеалом является душа философа, которая стремится к постижению истины, блаженству в идеальном мире, спокойствию и стабильности. Все, что способствует достижению этих идеалов, является этичным, моральным и прекрасным.
Само понятие блага (ценности в позднейшей трактовке) у Платона сводится к идее, истине, т. е. божественной, трансцендентной сущности. Во главе общества, конечно же, должна стоять личность, которая может постичь данную сущность, являющуюся благом, т. е. философ[9]. Пока эти идеалы доступны не всем, но при достаточно строгой работе над собой, пройдя несколько циклов перерождения, менее совершенные души постигнут эти идеалы.
К. Поппер подчеркивал, что Платон в принципе относился негуманно к конкретным людям, стараясь переделать не мир для удовлетворения потребностей и нужд обычных людей, а людей – для удовлетворения потребностей идеально сконструированного общества. Люди для него – «безоружное и необразованное управляемое стадо», которое полностью отдано во власть «вооруженных и образованных правителей». Поппер утверждает: «Работники и торговцы Платона совершенно не интересовали, они были для него лишь человеческим стадом, существующим для удовлетворения материальных потребностей правящего класса, причем Платон заходит так далеко, что запрещает правителям творить суд над людьми из этого класса и вникать в их мелкие проблемы»[10].
Внутри самого правящего класса, как замечает Поппер, царит зверская, совершенно нечеловеческая дисциплина: «Как сохранить единство правителей? Путем обучения и разнообразных форм психологического воздействия, а также путем подавления экономических интересов, способных повлечь за собой разобщенность»[11].
Угрозу разобщенности таила в себе как бедность, так и богатство. Поэтому правящий класс избавлен и от того, и от другого. К. Поппер замечает, что такое общество консервативно, не способствует свободе личности, раскрытию ее личных способностей. Оно – негуманно. Он также правильно констатирует, что все идеи Платона обусловлены его пониманием соотношения идей и вещественных форм, а также трактовкой исторического процесса как вырождения. Кроме того, Поппер замечает, что «идеальное государство, будучи самодостаточным, является для Платона совершенным индивидом, а отдельный гражданин, соответственно, – несовершенной копией государства», т. е. перед нами прообраз государства как Левиафана, отдельного организма, для которого «отдельный индивид менее значим, будучи его несовершенной копией»[12].
Следует подчеркнуть, что Платон понимает гуманизм как надличностный, идеальный принцип, у него в теории личности сильны нормативные элементы, а К. Поппер исходит из современных представлений о самоценности личности, позитивном подходе к ее рассмотрению. По отношению к прогрессу Поппер смиряется с его неизбежностью, а Платон выступает как представитель традиционализма, для которого более важным является не прогресс, а сохранение вечных ценностей.
1.3. Модель «идеального гражданина» Аристотеля. Идеальное общество Аристотеля – выразитель принципов равенства и справедливости
Аристотель, будучи учеником Платона, не в полной мере разделял его взгляды на отдельное и вечное существование душ и идей. По мнению Б. Рассела, Аристотель не был сильным самостоятельным философом[13]. В большей степени Аристотеля ценят как хорошего логика, который сумел обобщить все накопленные к тому времени знания.
В целом Аристотель склонялся к исследованию чувственного физического мира, стараясь выводить идеи, общие понятия из опыта и логики. Фактически он считал, что мир (материя) представляет собой субстанцию, некоторый потенциал, который все время развивается, актуализируется, умножает формы своего существования. Бог (или боги) является тождеством актуальности и формы. Всякая форма есть проявление формы Бога (или богов), все живое движется к Богу, осознавая его как цель, идеал и блаженство. Но такое движение выступает как эволюция, прогресс в самом мире, а не его вырождение, или уход от физического мира в область идей и душ. Каждый человек может участвовать (и участвует) в этом движении, развиваясь, актуализируясь как живое существо. Таким образом, создается оптимистическая и телеологическая концепция развития общества и человека.
С этим подходом связана и трактовка личности человека. Прежде всего Аристотеля интересует не человек вообще, а полноправный гражданин, который может и должен активно участвовать в делах полиса, определять и свою политическую и экономическую позицию, и благосостояние всего общества, в том числе подчиненных, рабов, т. е. людей, которые не могут проявлять себя как полноценные личности. Государство Аристотеля – это не демократия в нашем понимании, а общество «избранных», достойных граждан. Наличность и воспитание достойного гражданина Аристотель и обращает особое внимание.
Этика Аристотеля строится на утверждении образа достойного гражданина, уменьшается ее трансцендентность, отсутствуют универсальные, надличностные принципы, которые определяют душевные склонности человека. Человек должен определять свои склонности в этом мире. Цель его жизни – личное счастье, а условие счастья – добродетель. В самом деле, утверждает Аристотель, трудно не согласиться с тем, что «блаженство состоит в душевной деятельности, сообразной с добродетелью… Если мы говорим, что нужно исследовать понятие добродетели, то, конечно, мы исследуем человеческую добродетель, ибо ведь мы исследуем благо человеческое и блаженство человеческое; но, говоря о человеческой добродетели, мы разумеем не телесную, а душевную: ведь и блаженство мы определили как душевную деятельность»[14].
Счастье человека составляют уважение и почет окружающих, осознание собственной добродетели, дружба, покой. Добродетель не дается человеку изначально, ее надо самостоятельно определить из тех крайностей в поведении человека и осуществлении общественных процессов, которые присутствуют в обществе. Добродетель всегда находится посредине между крайностями. Определить добродетель можно силой разума, т. е. истина не дана в самом начале странствия души, ее нельзя созерцать, вспоминать – ее надо искать с помощью логики. Разум предстает лучшей и высшей частью души, с его помощью человек может выбирать, анализировать, а с помощью неразумной части – ощущать. Наличием ощущений человек сходен с животным, только разум возвышает его над всеми остальными живыми существами.
