Читаем без скачивания Люди в чёрном - Стив Перри

Увиденное потрясло Эдвардса, но не настолько, чтобы он забыл о своем долге – найти и обезвредить преступника. По стене, конечно, не влезть, но так или иначе на крышу он попадет! Даже если для этого придется взломать все двери в музее.

Первой жертвой детектива стала одна из створок стеклянной входной двери. Чтобы не терять даром драгоценное время, он просто-напросто всадил в нее пару пуль, выбил ногой уцелевший осколок стекла, вбежал в музей – и кинулся вверх по громадному пандусу, возносившемуся под крышу по внутренней окружности здания.

С крыши на чердак вело несколько дверей. Все они были заперты – все, кроме одной. Распахнув ее, Трюкач (как окрестил его Эдвардс) отшатнулся – ему в лоб смотрело дуло пистолета.

– Ну что, попался? – выдохнул Джеймс. – Кончилась лафа, ты, Человек-паук. Давай сюда лапы. Кстати, если научишь меня так скакать, я, пожалуй, замолвлю за тебя словечко на суде.

Трюкач со стоном попятился.

– Эй, парень! – рявкнул Эдвардс. – Стой где стоишь!

– Нет, – простонал Трюкач. – Он придет. Я не справился, и он убьет меня.

– Тяжелый у тебя денек выдался, – сочувственно заметил Эдвардс. – Все тобой недовольны.

– Ты не понимаешь. Твой мир исчезнет.

И тут произошло нечто, поразившее Эдвардса до глубины души, хотя он полагал, что на сегодняшний вечер уже утратил способность удивляться. Трюкач моргнул. Казалось бы, что в этом необычного? Но у Трюкача было две пары век! Две пары! Одна располагалась горизонтально, как у всех, зато вторая – вертикально! И моргнул он именно второй. Эти "внутренние" веки были белыми и влажными, будто из них непрерывно сочилась какая-то жидкость.

– Да кто ты такой, попрыгунчик? – спросил Джеймс, озадаченно глядя на Трюкача.

Тот грустно улыбнулся и вновь попятился. Несколько шагов – и он оказался вплотную к краю крыши.

– Осторожней! Не волнуйся, приятель. Никто тебя не убьет, даже пальцем не тронет. Я знаю одно чудесное местечко. Стены там толстые и крепкие, и охрана кругом. Там ты будешь в безопасности. И глаза тебе вылечим, не переживай.

Не отвечая, Трюкач маленькими шажками отступал все дальше. Очутившись на самом краю, он криво усмехнулся, посмотрел на Эдвардса, бросил взгляд вниз, затем раскинул руки, словно собирался взлететь, – и шагнул в пустоту.

Падал он со странным звуком, более всего напоминавшим скрежет зубьев пилы по дереву.

Тело глухо ударилось об асфальт.

Джеймс Эдвардс сел и постарался собраться с мыслями. Ну, и что ему докладывать в участке? Так, мол, и так, лейтенант, сэр, этот парень моргнул второй парой век, а потом взял да и прыгнул с крыши; я не успел вмешаться, лейтенант, сэр, слишком уж быстро все случилось. А оружие его сгорело, пых – и нету. Никак нет, лейтенант, сэр, в жизни не пробовал, мне здоровье дороже.

М-да… История как раз для завалящего фантастического журнальчика. "Инопланетные монстры в человеческом облике завоевывают Нью-Йорк". Эх, Джеймс, Джеймс, ведь как чуял – надо было тебе оставаться дома, в теплой постельке. Учись доверять своим чувствам, старина, и ну его побоку, этот рассудок, заодно с долгом и прочей белибердой, утехой юнцов, начитавшихся Хайнлайна.

Младший детектив Джеймс Эдвардс посмотрел вниз, на распростертое на тротуаре тело, у которого уже толпились зеваки, сунул в карман штанов пистолет, медленно встал и направился к двери на чердак.

Глава 4

"Исповедальня", куда Джеймса Эдвардса пригласили для собеседования, представляла собой прямоугольную комнату с голыми стенами; лишь в дальнем правом углу висела видеокамера, бесстрастно фиксировавшая все, что происходило в комнате. Скудную обстановку дополняли деревянный стол с полированной столешницей и белый пластиковый стул, один-единственный на всю "исповедальню". Полицейские психологи утверждали, что в ходе допроса у "исповедника" (так за глаза называли инспекторов отдела внутренних расследований), который стоит, а не сидит, возникает определенное преимущество перед допрашиваемым: он возвышается над своим визави в прямом и переносном смысле, подавляя тем самым его волю к сопротивлению. Той же цели – искоренять всякое сопротивление в зародыше – призван был служить и грязно-бурый цвет стен.

Помимо Эдвардса и инспектора, в комнате находился толстый мордатый сержант – один из тех, с кем Эдвардс преследовал Трюкача. Время от времени сержант отворял чесночную пасть и отпускал в адрес Джеймса уничижительные реплики.

– Итак, детектив, – произнес инспектор, – по вашим словам, подозреваемый моргнул второй парой век. Вы хотели сказать, что он моргнул обоими глазами?

– Никак нет, сэр, – отозвался Эдвардс. – Сперва он моргнул как все. А потом – другим комплектом.

– Это как ближний и дальний свет фар, инспектор, – вставил толстый сержант.

Эдвардс смерил его презрительным взглядом, но смолчал.

Инспектор откашлялся, сверился со своими бумагами и задал следующий вопрос:

– Это случилось до или после того, как он выхватил оружие, которое, судя по вашему рапорту, затем испарилось?

– После, – отчеканил Эдвардс. Выдержал паузу и прибавил:

– Сэр.

Инспектор посмотрел на толстого сержанта и вкрадчиво поинтересовался:

– А почему другие офицеры не подтверждают ваших показаний относительно этого оружия, детектив Эдвардс?

– Потому что другие офицеры слишком уж распухли в талии, сэр. Им не за преступниками гоняться с такими телесами, а только за столом в участке штаны протирать.

Сержант набычился:

– Щенок! Да я стою двоих таких, как ты!

– Это как считать, – хмыкнул Эдвардс. – Если на вес, то стоишь и троих.

– Да я тебя… – Вид у сержанта был такой, словно он готов схватить Эдвардса за грудки. – Инспектор, наверняка он сам спихнул того типа с крыши, а теперь придурка из себя строит!

Джеймс вскочил и ткнул пальцем сержанту в грудь.

– Все, парень, ты меня достал! Ты будешь следующим!

– Довольно, – вмешался инспектор. – Вы свободны, сержант. Детектив Эдвардс, сядьте.

– Через десять минут я с тобой разберусь, – мрачно пообещал сержант, направляясь к двери.

– Лучше бы десять минут поприседал, боров, – процедил Джеймс ему вслед.

– Успокойтесь, Эдвардс, – сказал инспектор. – Я скоро вернусь, а вы пока подумайте над своим рапортом.

Джеймс сел и сокрушенно покачал головой. Никто ему не поверил, как и следовало ожидать. Сколько шуточек в свой адрес придется еще выслушать, на сколько дурацких вопросов ответить! "Эй, Джимбо, а у того парня антенн на башке, часом, не было? Может, звякнем президенту? Вдруг это был агент марсиан, которые хотят захватить Землю?" И так далее, в том же духе.

Да ну их к дьяволу, Джеймс, старина. Ты же видел все собственными глазами – и две пары век, и диковинный пистолет, и как Трюкач карабкался по отвесной стене… "Секретные материалы" да и только. Если уж кому звонить, то не президенту, а Скалли с Молдером – приезжайте, ребята, у нас проблемы. Или на киностудию: "Не желаете купить сюжетик для сценария?"

А, между прочим, неплохо бы выяснить, кто этот тип на самом деле и откуда он вообще взялся. Конечно, в Нью-Йорке случается всякое, но чтобы люди лазали по стенам как мухи – такого не видел даже Нью-Йорк.

Джеймс настолько погрузился в свои невеселые размышления, что вздрогнул от неожиданности, когда ему на плечо легла чья-то рука. Он поднял голову и увидел перед собой миловидную темноволосую женщину лет тридцати или около того. Серый брючный костюм, небесно-голубая блузка, расстегнутая на две пуговички; волосы собраны в пучок на затылке.

Женщина протянула Эдвардсу руку.

– Доктор Уивер, судмедэксперт. Не Вивер, а именно Уивер. Фамилия как у актрисы. Говорят, мы с нею похожи.

Эдвардс настолько опешил, что словно проглотил язык.

– Я вам верю, – торжественно заявила доктор с фамилией актрисы. – Приходите в шесть часов в морг, увидите кое-что любопытное. До встречи.

Эдвардс наконец обрел голос.

– Эй, погодите! Что все это значит? Но женщина уже вышла из комнаты. Ее силуэт промелькнул за полупрозрачной перегородкой, отделявшей комнату от коридора.

Джеймс снова призадумался. Получается, ему назначили свидание? Но почему в морге? Нехилое место для романтического вечера на двоих.

Тут из коридора донесся мужской голос:

– Прошу прощения. Доктор Уивер? Это вы проводили вскрытие доставленного трупа?

Ответа женщины Джеймс не расслышал. Он привстал с кресла, и в этот миг за перегородкой что-то сверкнуло. А потом в дверном проеме возник мужчина в строгом черном костюме и черных очках. Резкие черты лица, губы саркастически поджаты, по высокому лбу бороздой тянется морщина. Эдвардс никогда раньше его не встречал. Правда, этот человек кого-то ему смутно напоминал… Ба! Чуть помоложе – и вылитый судебный исполнитель Джерард из фильма "Беглец" с Томми Ли Джонсом и Харрисоном Фордом!