Читаем без скачивания Только правда и ничего кроме вымысла - Джим Керри

Подсознание Керри в момент этого чудовищного акта насилия разглядело в глазах Джорджи глаза его матери Кэтлин, в ее коже – кожу матери, в ее носе – нос матери, отчего сознание, не замечая ошибки, наполнилось простодушным сладостным восторгом.

Детство запомнилось попытками обожаемого отца Перси справиться с финансовыми проблемами. Терпение отца росло прямо пропорционально их погружению в нищету. Кэтлин, искренне уверенная, что ей осталось недолго, словно воплощала деградацию их семьи.

– Врачи говорят, мой мозг разрушается с бешеной скоростью! – могла заявить она за обедом, и юный Джим содрогался от ужаса.

Он боялся вернуться из школы и обнаружить мать на полу без мозгов. Врачи выписали ей кодеин и нембутал. Как и многие, она попала в зависимость от обезболивающих. Чтобы поднять матери настроение, Керри придумывал для нее свои первые юмористические номера: худощавый семилетний мальчик входил в ее спальню в одних трусах и изображал атакующего богомола – вращал головой, размахивал клешнями. Мать смеялась, забыв о боли, которая со временем только усиливалась.

Спустя десятилетия обезболивающие сделали свое дело. Мать лежала на диване, скованная артритом, и дымила как паровоз. Керри перевез родителей, постаревших, без копейки в кармане, к себе в Северный Голливуд. Однажды, вернувшись домой со съемок в своем первом телесериале NBC «The Duck Factory», Керри обнаружил спящую младенческим сном мать и тлеющие в подушках окурки. Проект вскоре закрыли, и Керри лишился единственного источника дохода. Родителям пришлось вернуться в Канаду. Мучительное решение, но, по крайней мере, там они могли рассчитывать на бесплатную помощь в случае болезни. Керри пообещал высылать деньги.

– Ты никогда не доводишь дело до конца, Джим, – сказала мать. – Ты просто никогда не доводишь дело до конца.

Это был удар под дых. Иногда во снах Керри душил мать и просыпался в холодном поту с острым чувством вины за воображаемое убийство и жаждой материнской опеки. При виде Джорджи потребность в заботе вспыхнула с новой силой. Керри ожил. Ему не терпелось узнать, кто эта актриса. Что за сериал? Нажал информацию: «“Оксана”: жертвы эксперимента времен холодной войны решили докопаться до правды».

Следующие двадцать часов воспаленный мозг Керри вникал в события из жизни Джорджи Дебушер и ее сестер. Девушки оказались запрограммированными убийцами, о чем узнали, когда проникли в московскую лабораторию; их вывели из яйцеклеток советских гимнасток, оплодотворенных замороженной спермой Иосифа Виссарионовича Джугашвили, известного больше как Иосиф Сталин; их воспитывали суперкомпьютеры на одном из Алеутских островов, стертом со всех карт. Керри, очарованный красотой Джорджи, представлял ее юной Кеннеди, единственной сестрой у нескольких братьев. «Они наверняка играли в тачбол[6] на пляже после кламбейка[7]», – решил он, глядя, как она ударом с разворота приложила палачу.

Ошибиться сильней было нельзя.

Джорджи выросла в городке с убитыми дорогами, в ста двенадцати километрах от Айова-Сити. Ее отец-алкоголик преподавал в школе физкультуру. Мать – тихая и вежливая медсестра – работала в родильном отделении. Семеро братьев и сестер Джорджи постоянно ссорились из-за очереди в ванную и ужинов-полуфабрикатов. К четырнадцати годам Джорджи поднялась с середины на вершину иерархической пирамиды, обогнав братьев и сестер – Кэти, Бобби, Клиффа, Гретхен, Винса, Бастера и Дениз. Чем меньше у семьи денег и чем больше детей, тем изворотливей становятся младшие.

Джорджи получила стипендию Фонда Ротари в штате Мичиган, после того как из-за компьютерной ошибки попала на экзамен по теории игр для старшекурсников «Принятие решений в условиях неопределенности» и получила отлично практически без усилий, словно знала концепцию с пеленок. После учебы Джорджи переехала в Лос-Анджелес, перебивалась съемками для журналов, пока однажды не прошла кастинг на шоу Survivor[8] в Лубанге, отправив эссе про Робинзона Крузо и подборку фото в бикини.

Летом 2000 года миллионы телезрителей возненавидели Джорджи за предательство лучшей подруги из племени джилау, консультанта Mary Kay по имени Нэнси Дэнни Диббл. Неприметную прыщавую Нэнси выбрали за острую жалость, которую она вызвала у фокус-групп. Продюсеры решили подсунуть участникам нравственный барьер в ее лице. По логике соперники должны были тут же устранить ее безо всяких сожалений. Но как быть с долгом сильных по отношению к слабым[9] и псевдоморалью зрителей, едва прикрывающей гнев?

Джорджи задумала привлечь Нэнси на свою сторону, и та купилась на дешевый трюк. В первые часы на острове, после семнадцати дублей кораблекрушения и попыток добраться до берега, Джорджи протянула Нэнси бальзам для губ. Любовника у Нэнси Дэнни Диббл, может, никогда не было, но это не значило, что она была чужда эротике и любви. Действие разворачивалось онлайн, пятисекундный спектакль для вуайеристов: в глазах Нэнси сквозила глубокая тоска, когда Джорджи провела стиком по ее губам. Когда в последний раз кто-нибудь ласково прикасался к Нэнси Дэнни Диббл?

– Еще чуть-чуть, – попросила она, и Джорджи снова нанесла бальзам на губы.

Вежливый жест окупился сторицей: девушки подружились. К третьей серии их дружба окрепла. Джорджи, сидя у костра, поинтересовалась, откуда взялось такое странное для женщины второе имя – Дэнни. Оператор низко пригнулся, едва не задевая объективом лицо Нэнси, пояснившей, что это память о брате. Он утонул весной 1977 года, когда Миссисипи-Крик вышла из берегов после затяжных ливней. Дэнни пытался спасти Долли, тряпичный комок с фиолетовыми глазами-пуговичками, единственную куклу Нэнси. Нетипичная трагедия даже для Америки, даже для восьмидесяти тысяч претендентов на участие в шоу. Жалобная ария возносилась в ночи, пока Нэнси, тихо всхлипывая, не вытянула руку, словно пытаясь дотронуться до невидимого Дэнни.

Джорджи утешала Нэнси, ласково перебирая волосы, выкрашенные дешевой и уже выгоревшей под солнцем краской.

– Джорджи, – прошептала Нэнси, – вот если бы мы родились сестрами…

– Нэнси, – откликнулась Джорджи, делая вид, что не замечает камеру, – мы и есть сестры.

Они дали друг другу слово добиться победы и поделить призовые деньги. Но не зря говорят, что несчастья заразны: слабость Нэнси выдавала даже походка, шаткая из-за артрита коленных суставов, племя джилау отставало, проиграв несколько челленджей на устранение. Вскоре у джилау осталось вдвое меньше силы, чем у лаянгов, и они вот-вот могли вылететь из шоу.

Рейтинги подскочили. За Джорджи Дебушер следили все: банковские клерки и уборщики, жители престижных кондоминиумов и муниципальных многоэтажек. Вскоре не осталось никого, кто бы не видел тела Джорджи в бикини. А что удивительного?! На кону – миллион долларов, достаточная сумма, чтобы исполнить заветную мечту любого американца – вырваться из низших классов. Нэнси Дэнни Диббл все еще верила, что Джорджи приведет их к победе. По ночам Нэнси снилось, что она мчится на новом «Шевроле Малибу» полной комплектации по Джексону, самому красивому пригороду Миссисипи, и холеные домохозяйки наперебой зовут свою новую подругу в гости.

Однако Джорджи уже понимала, что игра