Морсик…
Окинув витрины жадным взглядом, Паулина и бессовестная вторая наина выскочили из кареты, даже не дожидаясь помощи от герцога.
— Хочу примерить вон то, с персикового цвета воланами! — сразу застолбила для себя один из нарядов рыжая.
— А я вот это из зеленого атласа. Оно идеально подойдет к цвету моих глаз и подчеркнет белизну кожи! — тоже не растерялась Винсенсия.
Выбравшись из кареты, я подошла к герцогу, у которого глаза, в отличие от его невест, и не думали вспыхивать лазерными прицелами. Да и в общем вид у него был, я бы сказала, слегка болезненный. Не то в карете укачало, не то от перспективы проторчать добрых два часа в магазине с тряпками начало подташнивать.
Бросив по сторонам взгляд, я решила спасти хальдага от жестокой пытки, а себя от его нежеланного присутствия.
— Ваше всемогущество, вы только посмотрите! Здесь и таверна имеется, прямо через дорогу. С виду очень даже приличная. Пока мы будем расслабляться в салоне мадам, вы можете расслабиться там.
— С каких это пор вы стали обо мне беспокоиться, леди Адельвейн? — с концентрированной иронией в голосе спросил де Горт.
— В обязанности каждой хорошей наины входит забота о своем господине, — продекламировала я, почти в рифму.
— И это тоже в любовном романе вычитали?
— Нет, научили в обители.
— Видимо, вы были не самой прилежной ученицей, — заметил Стальной и первым направился к входу в салон, проигнорировав перспективу отсидеться в трактире.
Какой же он все-таки иногда противный!
Магазин мадам Лу-как-то-там оказался двухэтажным, с двумя просторными залами, заставленными манекенами с платьями, стендами со шляпками, витринами с лентами, перчатками, заколками и прочим, прочим, прочим. Мы были не единственными посетительницами салона. То тут, то там слышался девичий щебет, смех и восторженные вздохи.
Его всемогущество стек на бархатную банкетку возле входа и бросил затравленный взгляд в окно, явно сожалея о том, что не последовал моему совету.
Покрутившись возле манекенов и поотбивавшись от приказчиц, которые так и норовили утащить меня в примерочную с ворохом платьев, я заметила, как по винтовой деревянной лестнице на второй этаж поднимаются Одель и Марлен и пошла за ними следом.
К счастью, хальдаг остался на банкетке, и у меня появилась возможность пообщаться с его невестами. Очень быстро к нам присоединилась Паулина. Вместе мы принялись их атаковать.
Одель сразу, мерзавка такая, отказалась.
— Он только и делает, что рычит на меня и гавкает. Не буду я ему кровь давать! К тому же его всемогущество знает, как лучше поступить. Если сказал, что вейр сам оклемается, значит, оклемается. Не хватало еще себя ранить. А вдруг потом шрам останется?!
Я закатила глаза:
— Ну какой еще шрам? Одель! Можно подумать, я тебя потрошить собираюсь. Так только уколю разок пальчик.
— Во-первых, раза точно не хватит, — хмыкнула Ротьер. — Для таких зелий крови надо брать с запасом. Во-вторых, у меня нет ни малейшего желания участвовать в вашей сомнительной авантюре.
— Ну а ты что скажешь? — Паулина перевела взгляд на четвертую наину.
Та мрачно заявила:
— У вас получается, что я крайняя. У одной мать нэймесса, другая невинность потеряла раньше времени. — Марлен не сумела отказать себе в удовольствии поддеть соперницу. — Одель вредничает, Винсенсия непонятно чего боится. Я не стану за всех отдуваться и идти против воли его всемогущества тоже не собираюсь. Одель права, герцог знает, что делает, а инициатива, как известно, может быть наказуема.
Как мы только ни пытались их уговорить — не вышло. Следовало уже спускаться, пока Мэдок что-нибудь не заподозрил, когда на лестнице послышались звонкие голоса, а вскоре перед нами появилась пятерка девиц. Одну из них я узнала сразу — наину, напавшую на меня в Зачарованном лесу. Лица других тоже показались знакомыми. Стопудово участницы Охоты.
— Как думаешь, Поль, — шепнула я первой наине, оглядывая новоприбывших, — эти леди еще не успели потерять невинность?
— Ну-у, — задумчиво протянула рыжая, — тут уж как повезет. Некоторые Стальные намеренно ждут начала Охоты, чтобы уже потом начать подпитываться энергией от своих избранниц, если возникнет такая надобность. Другие, наоборот, ждать не любят и сразу хотят понять, что собой представляет каждая невеста. Как-никак это ведь выбор на целое столетие.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Угу, вот и отрываются до последнего.
При виде нас наины притормозили. Обменялись взглядами, притихли. А потом та, что на меня напала, русоволосая и зеленоглазая, чуть заметно усмехнулась и сказала:
— Мы-то думали, это приличное место. А оказывается, вон оно что… Даже не знаю, стоит ли нам здесь задерживаться, леди.
— Оно таковым и было до вашего появления, — оживилась Одель, в кои-то веки решив показать коготки и зубки.
— Видимо, салон мадам Луабен — их последняя надежда превратиться в более-менее приличных леди, — подала голос высокая брюнетка, кривясь и выразительно нас оглядывая.
— Скорее, последняя надежда их господина, — хихикнула рослая девица с бюстом как у Моны Лизы. — Его всемогущество поздно кинулся искать себе наин, вот и пришлось подбирать, что осталось. А осталось, скажу я вам, ну… так себе. Бедняга… Мне искренне жаль его.
Ну, прямо школьные разборки, ей-богу. А еще аристократки называются. Гопницы они. Самые настоящие гопницы.
Марлен смерила девиц презрительным взглядом, Одель побелела от негодования. Паулина, наоборот, вспыхнула и даже кулаки сжала, словно уже собиралась затеять банальную драку. Мне вообще все это петушение было до лампочки. Куда больше самих наин и их ядовитых шпилек меня заботила циркулирующая в их венах жидкость.
— Леди, прошу, осматривайтесь. Вам тоже симпатичные наряды не помешают, — обронила я и, подхватив Паулину под руку, отвела ее в сторону, к манекену, обряженному в пышное парчовое платье. — Есть ли какой-нибудь способ выяснить, девицы они или уже нет?
— Я бы их убила! — игнорируя мой вопрос и исходя злостью, процедила наина. — Голыми руками придушила! Вот прямо здесь! Сейчас! Сию же минуту!
— Тпру, Поля, — осадила я девушку и стала подбивать на доброе дело, пытаясь направить ее энергию в полезное для моего вейрчика русло: — Не надо никого душить. Лучше просто крови немного сцедить. А как-то можно проверить девственность с помощью магии?
— Без понятия, — отмахнулась Полька, продолжая искоса наблюдать за соперницами, обступившими стенд со шляпками и по очереди их примерявшими. — К тому же, даже если бы и был и эти стервы оказались невинны, как ты у них кровь собралась забирать?
— Поймать, усыпить и отцедить? — неуверенно предложила я, прекрасно понимая, что план у меня, мягко говоря, фигня.
Проще уж поймать, усыпить и отцедить у своих, домашних, наин. Да вот даже ночью прокрасться к каждой с пузырьком местного хлороформа — и всего дел-то. А этих где вылавливать?
И ведь еще потом зелье надо будет варганить… Формулу где-то выискивать, заручаться помощью какого-нибудь мага и при этом шифроваться от хальдага.
М-да, задачка.
Я уж было совсем приуныла и почти пришла к выводу, что пора сдаваться, когда услышала, как одна из девиц из вражеской группировки воскликнула:
— Ох, Карелия, как же тебе идут эти перчатки! Как раз к тому платью, что ты выбрала на завтра!
— Ах, мне уже не терпится побывать на премьере!
— Жду не дождусь завтрашнего вечера!
— А ведь театр только-только после реставрации. Говорят, он стал еще красивее, хоть и до этого был шикарнее некуда.
И пока наины чесали языками, обсуждая роскошные интерьеры театра и пьесу про чью-то там асави, Паулина воодушевленно выпалила:
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Точно! Мы ведь потом еще в ювелирный!
Я чуть глаза не закатила. Кому что, а этой все одно и то же.
— Тебе разве совсем не жалко Морока? Только и думаешь, что о тряпках да цацках.
— Да нет же, я не о том! Я все придумала! Слушай! — И она быстро зашептала мне на ухо: — Есть один камень, саурин называется. Раньше с его помощью женихи чистоту своих невест проверяли. Потом эту традицию упразднили. Правда, я слышала, некоторые Стальные до сих пор предпочитают проверять заинтересовавших их леди, прежде чем выкупать тех у родных. Но нас Мэдок не проверял.
