Управление базой данных также входит в обязанности UIDAI. Разработкой программного обеспечения, начиная от сканеров и датчиков и заканчивая всеми базами данных, занимались частные софтверные компании под государственным контролем (что это такое, мы прекрасно знаем по собственным российским примерам). Первым председателем UIDAI был назначен Нандан Нилекани, бывший сопредседатель Infosys Technologies, индийского ИТ-гиганта c годовым доходом в 7,4 миллиарда долларов.
Официальное обоснование «Аадхаар»: тотальная идентификационная система позволит эффективно бороться с тремя главными врагами индийского государства (в представлении правительства и президента) — терроризмом, подтасовкой региональных выборов, манипуляциями, взяточничеством и воровством при распределении субсидий и помощи по бесчисленным программам борьбы с бедностью (их в Индии и в самом деле великое множество). Подспудно выдвигалась задача интеграции беднейших слоев населения (в первую очередь — далитов, формально отмененной, однако на бытовом уровне строго вычленяемой самим населением касты неприкасаемых) в банковско-финансовую систему страны с целью оптимизации распределения субсидий, пособий и льгот.
Торжественный забор «пальчиков», «лица» и «глаз» первого счастливого обладателя УИН «Аадхаар» состоялся в племенной деревне Тембхли в штате Махараштра 29 сентября 2010 года. На процедуре присутствовали премьер-министр Манмохан Сингх и председатель парламента Соня Ганди.
С тех пор «Аадхаар» продвигается с разной степенью успешности — в зависимости от степени влияния федеральных властей в том или ином штате. Скажем, в Делийском округе получили УИН «Аадхаар» более 90% жителей, в Андхра Прадеш — 82%, в Химачал Прадеш — 87%, в Гоа — 89%. Зато в мятежном Джамму и Кашмире — только 1,8%, в Мизораме — 0,85%, а в Ассаме — вообще 0,13%.
Техническое продвижение «Аадхаара», однако, не столь интересно, как два других обстоятельства. Во-первых, подавляющее большинство населения инициативу не поддерживает — что поразительно уже само по себе, поскольку борьба со взяточничеством и коррупцией чиновников, распределяющих субсидии и пособия, равно как и устранение террористической угрозы, — лозунги, пользующиеся единодушным одобрением граждан. Во-вторых, против «Аадхаара» активно выступает парламентская оппозиция. В Лок сабха и Раджья сабха (Нижняя и Верхняя палаты парламента) постоянно раздаются обвинения в отсутствии глобальной концепции системы «Аадхаар», неявных целях её реализации, «непроверенности и ненадёжности» использованных технологий и программного обеспечения.
Главный упрек в адрес «Аадхаара», однако, заключается в другом: в Индии не существует ни одного закона, оговаривающего защиту информации, равно как нет государственной структуры, эту защиту предоставляющей. Добавьте сюда прямую зависимость «Аадхаара» от частных ИТ-структур — и вы получите в теории катастрофическую ситуацию с безопасностью самих граждан, которые предоставляют всю свою биометрическую подноготную как раз в надежде обезопасить свою жизнь (помимо других благ, обещанных «Аадхааром»).
Теперь вернемся к реализации программы. На бумаге «Аадхаар» — штука полностью добровольная. Мне лично это условие, оговорённое в регуляционных документах программы, кажется совершенно абсурдным. Эффективность «Аадхаара» в конечном итоге зависит именно от тотального охвата населения. Если сохраняется условие добровольности получения УИН, испаряется весь смысл инициативы.
На практике, разумеется, о добровольности говорить не приходится. Во многих штатах и регионах предоставление субсидий и материальной помощи напрямую связывалось чиновниками с получением УИН «Аадхаар». То есть хочешь скидку на газ — давай сюда свои пальчики! Причем делалось это не на уровне негласного убеждения, а в виде прямых письменных циркуляров, издаваемых местными властями.
Теперь — самое главное, ради чего я и затеял сегодня разговор об «Аадхааре» в «Битом Пикселе». На этой неделе Верховный суд Индии вынес постановление о недопустимости любой формы принуждения граждан к участию в программе «Аадхаар»! Ни больше ни меньше. Соответственно, все местные распоряжения и циркуляры, в той или иной форме принуждающие к получению УИН, признаны незаконными и противоречащими Конституции.
Особого внимания заслуживает аргументация, которую Верховный суд использовал при вынесении решения. Весь проект «Аадхаар» строится на постановлении исполнительной власти, которое получило поддержку в парламенте. Но это постановление, похоже, нарушает федеральный «Закон об информационных технологиях», который оговаривает условия сбора, хранения и обработки информации, относящейся к частной жизни граждан. Не говоря уж о том, что «Аадхаар» (опять же — вероятно) нарушает положение Конституции, защищающее право граждан на частную жизнь. По крайней мере это нарушение очевидно в любой привязке получения УИН «Аадхаар» с предоставлением каких бы то ни было благ и субсидий.
Верховный суд Индии ещё много чего интересного высказал по деталям «Аадхаара», раскритиковав все лежащие на поверхности недостатки этой программы (чего стоит отсутствие законодательного регулирования хранения базы данных, что, на мой взгляд, почти гарантирует попадание всей этой колоссальной приватной информации в руки маркетологов и частного бизнеса), меня же интересует эта тема исключительно на самом высоком — чисто концептуальном — уровне.
То, что Индия сегодня идёт в авангарде универсального тренда, у меня не вызывает сомнений. Завтра-послезавтра точно такой же «Аадхаар» будет реализован в США, России, Западной Европе и повсеместно в мире. Мы все дружно и добровольно строим Новый мировой порядок — это уже аксиома, с которой необходимо свыкнуться. (Иначе — только одна дорога: в леса партизанить!)
Соответственно, вопрос: любая форма тотальной концентрации информации в одном месте (любом, пусть даже формально суперзащищённом!) — это Добро или Зло? Чего больше в «Аадхааре» для частного гражданина — практической пользы или непоправимого вреда? А для государства?
К оглавлению
Свет в окошке, или Ниша для свояка
Сергей Голубицкий
Опубликовано 25 сентября 2013
В понедельник Microsoft анонсировала новую линейку своих планшетов — Surface 2 под управлением Windows 8.1 RT и Surface Pro 2 с Windows 8.1. Одновременно произошло событие, спутавшее карты аналитикам: Dell, единственный производитель, помимо Microsoft, выпускающий планшеты под управлением редмондской мобильной ОС, неожиданно удалил все упоминания о планшете XPS 10 с Windows RT 8 со своего портала! Вместо него предлагается модель Latitude 10 с обыкновенной Windows 8.
Как расценивать фразу «the product is unavailable»? Все распродали? Или полностью отказались от поддержки Windows RT? Первое, с учётом «популярности» планшетов под управлением Windows RT в народных массах, более чем сомнительно. Второе лишь завершает процесс, начатый Lenovo, Asus и Samsung, которые один за другим отказались от производства планшетов с Windows RT.
Всё это происходит в контексте не только релиза собственных планшетов Microsoft, но и анонсированной на 2 октября нью-йоркской презентации Dell, посвященной новой линейке мобильных «убийц PC». Сегодня уже утекла информация о 8-дюймовой модели Venue под управлением Android и о планшете под кодовым названием Bay Trail с процессором Intel Atom (а значит, управляемым обыкновенной Windows). При этом до сих пор нет ни единого намека на то, что Dell собирается выпустить планшет с Windows RT 8.1 (бесплатное обновление мобильной ОС Microsoft запланировано на 18 октября).
Прекращение продаж текущей линейки продуктов за несколько недель до анонса новой — это эксклюзив, зарезервированный, похоже, только для Apple, которая постоянно испытывает дефицит собственных гиперпопулярных гаджетов. Собственноручное создание «гэпа» в продажах производителем непопулярных гаджетов — сюжет, заимствованный из ненаучной фантастики. Так что, скорее всего, речь все-таки идёт о самоустранении Dell с рынка гаджетов под управлением Windows RT.
И тут начинается самое интересное. То, что Windows RT не будет пользоваться популярностью у массового потребителя, можно было догадаться ещё до запуска тупиковой ОС. Для этого достаточно задать простой вопрос: «ЗАЧЕМ?» Зачем рядовому потребителю покупать планшет под управлением ОС, которая, с одной стороны, несовместима с привычными приложениями десктопных систем, с другой — не имеет даже отдаленно сопоставимого с мейнстримными конкурентами парка собственных приложений? Windows RT — это классический пример нездорового умножения сущностей и провал продаж на массовом рынке, который был обеспечен гаджетам под управлением этой ОС при рождении.
