Тем временем штабом танковой группы после изучения данных разведки были определены участки, наступление на которых могло быстро привести к прорыву обороны противника. У Красногвардейска, на участке, который передавался штабом 41-го моторизованного корпуса 50-му армейскому корпусу, это был район у деревень Лукаши и Бор. В полосе наступления 41-го корпуса слабо укрепленные позиции разведка обнаружила у деревни Скворицы, находящейся у дороги, которая ведет от Красногвардейска вдоль берега Ижоры на северо-запад.
На обоих участках складывались хорошие условия для наблюдения за обороной противника. Участок, захваченный немцами у Пижмы, давал возможность наблюдать за позициями ополченцев. Тем самым он имел большое значение для будущего наступления. Вдобавок на этом участке характер местности позволял использовать ее для сближения пехоты с обороной противника, а также применять технику.
На основе этих данных был предложен следующий план наступления. На участке 41-го моторизованного корпуса предполагалось силами 36-й моторизованной дивизии при поддержке корпусной артиллерии нанести удар на левом фланге и овладеть высотами у деревни Аропакози. За 36-й дивизией, для использования ее успеха, в бой должна была вводиться 1-я танковая дивизия. Ее наступление должно было проходить в направлении Александровской у Пушкина или в северном направлении на участке западнее Красного Села.
Далее, на правом фланге 36-й моторизованной дивизии предполагалось ввести в бой 6-ю танковую дивизию с целью прорыва линии укреплений у села Пудость и дальнейшего продвижения вплоть до высот восточнее деревни Истинка (у села Тайцы). Далее предполагалось развернуть дивизию фронтом на восток, тем самым охватив Красногвардейск с запада. Участие в овладении Красногвардейском было следующей задачей для дивизии.
8-ю танковую дивизию предполагалось использовать для развития успеха 50-го армейского корпуса или на других участках[10].
Так как предстояло вновь штурмовать укрепления, штаб 41-го моторизованного корпуса 2 сентября указывал, что теперь потребуются новые способы ведения боя: «В ходе предстоящего наступления идет речь о борьбе против крепких, заблаговременно подготовленных укрепленных позиций с многочисленными обособленными сооружениями, в том числе современнейшими, как то: бетонные долговременные огневые точки с амбразурами, а также бронеколпаки».
«Бой здесь следует вести не сконцентрированными сильными наступательными группами, а специально для этого оснащенными и подобранными штурмовыми группами, прежде всего ударными группами. Во избежание излишних потерь в людях следует наделить ударные группы всеми наступательными средствами, необходимыми для борьбы против долговременных огневых точек».
Штаб 4-й танковой группы 2 сентября 1941 г. отдает приказ по танковой группе № 28[11], где говорится, что ее соединения готовятся к нанесению решающего удара. При этом в состав предполагалось включить 39-й моторизованный и 28-й армейский корпуса. Что касается 39-го моторизованного, то этого так и не произошло, корпус остался в составе 16-й армии. 28-й армейский корпус вошел в состав 4-й танковой группы с 7 сентября 1941 г.
Немецкое командование столкнулось с несколькими трудностями. Во-первых, это была борьба с окруженными под Лугой частями 41-го стрелкового корпуса. Это отвлекало силы и время. Следующая проблема была в том, что 18-я армия смогла выйти на рубеж внешнего обвода обороны Ленинграда и сомкнуть фланги с 41-м моторизованным корпусом только к 7 сентября. За два дня до этого, 5 сентября, было принято решение, что 4-ю танковую группу должны были не просто отвести из-под Ленинграда. Теперь ее предполагалось использовать для наступления на Москву. Таким образом, любое промедление с началом наступления было для немецкого командования крайне не выгодно.
В состав 4-й танковой группы к этому моменту входили: 41-й моторизованный корпус (1-я, 6-я танковые дивизии, 36-я моторизованная дивизия); 50-й армейский корпус (Полицейская дивизия СС, 269-я пехотная дивизия). С 7 сентября в состав 4-й танковой группы был передан 28-й армейский корпус (96, 121, 122-я пехотные дивизии). В резерве 4-й танковой группы оставалась 8-я танковая дивизия. Также 4-я танковая группа получила усиление в виде артиллерийских частей. На левом фланге 4-й танковой группы в направлении на Красное Село действовал 38-й корпус 18-й армии. На правом фланге – 39-й моторизованный корпус 16-й армии, граница между 4-й танковой группой и 16-й армией проходила по течению р. Тосно.
Задачи для корпусов, входивших в состав 4-й танковой группы, были следующими: 41-й моторизованный корпус должен был прорвать оборону южнее Таллинского шоссе и овладеть Дудергофскими высотами.
Первой, на участке у дер. Скворицы, должна была перейти в наступление 36-я моторизованная дивизия, затем в прорыв предполагалось ввести 1-ю танковую дивизию, которая после захвата Дудергофских высот должна была продвинуться в направлении Александровки (западнее Пушкина).
6-я танковая дивизия 41-го моторизованного корпуса должна была вести наступление у Красногвардейска, прорвать оборону северо-западнее города и выйти в район поселка Тайцы.
Таким образом, перед дивизиями корпуса были поставлены ограниченные задачи по сжатию кольца окружения до определенного рубежа в соответствии с расчетами штаба ГА «Север» в августе 1941 г. Неудивительно, что большинство немецких авторов старательно обходили этот вопрос стороной, т. к. он не вписывался в концепцию ошибочных решений А. Гитлера в ходе войны.
50-й корпус должен был силами Полицейской дивизии СС и 269-й пехотной дивизии овладеть Красногвардейском и далее вести наступление на север, для того чтобы овладеть Пулковскими высотами. Корпус должен был выполнить ответственную задачу, в случае успеха и быстрого падения города его предполагалось уже в составе 18-й армии использовать для занятия Ленинграда.
28-й корпус должен был с рубежа р. Ижора вести наступление силами 96-й и 121-й пехотных дивизий на Слуцк (Павловск), овладеть им и далее продвигаться на Пушкин. Еще одна дивизия корпуса, 122-я пехотная, должна была начать наступление позже. Ее задача состояла в овладении Колпино. Если 41-й моторизованный и 50-й армейский корпуса должны были начать наступление 9 сентября, то 28-й армейский корпус переходил в наступление через два дня.
В целом, судя по приказу по танковой группе № 29, противник оценивал возможности войск Ленинградского фронта к сопротивлению как слабые. Противник считал, что части Красной Армии у Ленинграда неспособны к оборонительным боям. Настроение жителей города определялось как низкое из-за проблем со снабжением.
6 сентября на свет появилась Директива № 35. Согласно этой директиве, все силы должны были быть сосредоточены для наступления на Москву. При этом предполагалось усилить группу армий «Центр» за счет флангов. Из состава группы армий «Север» в состав группы армий «Центр» возвращался 57-й моторизованный корпус. Помимо этого было принято решение, что 4-ю танковую группу должны были не просто отвести с фронта окружения Ленинграда. Теперь ее предполагалось использовать для наступления на Москву. И отвод 41-го моторизованного корпуса, а также 4-й танковой группы планировалось осуществить уже к 15 сентября[12].
Таким образом, любое промедление с началом наступления было для немецкого командования крайне не выгодно. Однако срок начала наступления несколько раз переносился. Тем более, теряя три дивизии, у противника уже могло не остаться сил даже для достижения ближнего рубежа окружения.
Тем временем продвижение 18-й армии к Ленинграду все еще было достаточно медленным. В течение 2–6 сентября она с большим трудом силами 26-го и 38-го армейских корпусов продвинулась к Ленинграду, выйдя на исходные позиции для последнего рывка. Этим последним рывком стало наступление на село Кипень 1-й пехотной дивизии 38-го армейского корпуса. К описанию боевых действий юго-западнее Ленинграда мы еще вернемся.
Итак, противник производил подготовку к началу общего наступления. Наступление должно было начаться без оперативной паузы, частично с ходу немецкие войска должны были прорвать оборону войск Ленинградского фронта. Надо отметить, что уже сам план был малореальным для исполнения. Ведь в обороне войск Красной Армии были не только слабые участки, которые удалось вскрыть немецкой разведке. Были и участки, достаточно хорошо подготовленные к обороне. Тем более что вся 4-й танковая группа на момент 7 сентября была фактически лишена более-менее сильных резервов для развития успеха. Провал наступления на участке любого из корпусов мог серьезно задержать всю операцию или вовсе привести к тому, что придется отказаться от выполнения задач. А это грозило тем, что конечная цель – окружение Ленинграда, овладение им путем уничтожения войск Красной Армии и населения с помощью голода – могла быть не выполнена противником. Теперь все зависело и от стойкости защитников Ленинграда.
