был не из каганата и ханства. Не из герцогства Ислья’Ва. Немного похож на воинов из горного королевства Вандия, но у тех нет мужчин с серо-голубым цветом глаз с тёмно-зелёными крапинами. И он был очень высок, очень. Наложница Роксалана, самая маленькая и хрупкая из женщин на плоту, будет ему макушкой доходить до груди.
И одежда его была ни на что не похожа. Странная материя, покрой, расцветка и даже швы. Последние были слишком красивыми для ручной работы, тонкими, изящными и крайне сложными, но при этом обычными швами, так как магия соединяет ткань незаметно, без всяких переходов.
Кожа на сапогах и лодке оказалась не кожей, а каким-то материалом, не пропускающим воду и воздух, как и шуршащая ткань накидки, гладким, толстым и скрипучим под пальцем.
Когда он пришёл в себя после лечения с помощью целительского амулета и питья, то оказалось, что он не понимает ни единого словечка. Три самых расхожих языка в мире были для него неизвестными. А его речь не поняла ни сама девушка, ни Слуга.
И вот сейчас ей предстоит вновь унижаться перед старшими жёнами, выпрашивать у них амулет-переводчик.
- Госпожа Фаэна, - девушка поклонилась ослепительной красавице с чёрными волосами, потом её соседке, обладательнице платиновых волос, лежащей на кушетке. – Госпожа Олма. Я принесла назад целительский амулет.
- Положи туда, - брюнетка указала пальчиком на небольшой низкий столик, сделанный целиком из костей снежного тролля, отличающихся голубоватым сверкающим отливом и способностью быстро охлаждать и держать на этой отметке температуру напитков или блюд.
- Да, госпожа Фаэна, - девушка поклонилась ещё раз, мелкими шажками, буквально семеня, словно была стреножена, она дошла до столика, положила на гладкую прохладную поверхность магическую вещь и вернулась на прежнее место.
- Ты ещё здесь, Ласка?
- Простите меня, госпожа, - девушка низко поклонилась, прижав ладони к сердцу, и так и замерла в этой позе. – Мне нужен амулет-переводчик, чтобы поговорить с незнакомцем.
- Он не знает нашего языка? – приподняла левую бровь старшая жена.
- Он не знает совсем никаких известных наречий, а тот, на котором он пытался общаться с моей служанкой, неизвестен ни мне, ни ей.
- Роксалана пусть на своём варварском с ним попробует поговорить, – вмешалась в беседу блондинка.
- Она очень устала, госпожа Олма, и сейчас крепко спит. Я не стала её будить.
- Зато решила нас потревожить? Неужели ты нас считаешь ниже, чем какую-то наложницу? – зло произнесла блондинка.
- Олма, успокойся. В самом деле, наложница слишком сильно устаёт, чтобы её беспокоить по пустякам. А этот мужчина мне самой интересен. Всё-таки, первое новое лицо за столько дней. Хоть какое-то развлечение. Вдруг, он слышал что-то про наше исчезновение, - урезонила её брюнетка.
- Хорошо, - поджала красивые губки, которые свели бы с ума половину мужчин в мире одним своим видом, красавица-блондинка. – Если желаешь, то отдай ей амулет. Всё равно нам тут не с кем общаться. Не с тварями же Саха. Вряд ли они даже имеют свой варварский язык.
Брюнетка встала, подошла к ларцу, который стоял в углу шатра, открыла его при помощи крохотного ключика, который носила на золочёном шнурке на левом запястье, и достала амулет-переводчик, который был выполнен из двух половинок янтаря кораллового цвета в виде маленькой раковины жемчужницы.
- Держи, - вручила она амулет младшей жене. – Как только он заговорит, ты сразу же должна появиться здесь с докладом. Ясно, Ласка?
- Да, госпожа Фаэна, - в очередной раз поклонилась ей девушка.
- Ступай, - и сопроводила свои слова движением ладони.
Ласке этот жест показался в самом неприглядном виде, словно старшая жена тыльной стороной пальцев смахнула какое-то насекомое.
«Демонова старуха. Чтобы тебя все твари Саха поимели, перед тем, как сожрать!», - со злостью подумала девушка, едва покинув шатёр старших жён.
- Держи, покажи этому, - Ласка мотнула головой в сторону спасённого, который нескромно ощупывал её своим взглядом. Причём, сейчас, когда она стояла рядом со своей служанкой, девушке показалось, что в глазах мужчины зажигаются более жадные огоньки, когда их взгляд падает на Слугу. – И оденься. Ходишь бесстыжая, а здесь мужчина.
- Да, госпожа.
Удивительно, но незнакомец не признал в амулете переводчика и очень долго отказывался его надеть. Ласка ловила себя пару раз на том, что хочет отдать приказ служанке, чтобы та распяла спасённого на настиле плота и прошлась ему по спине за такое неуважение. Сама жена падишаха принесла ему амулет, а он корчит из себя невесть кого! Да многие будут корчиться в экстазе, если она плюнет ему на халат!
Наконец, мужчина согласился с тем, что ему жестами донесла служанка. Но такое лицо скорчил, будто ему предстоит пройти процедуру кастрации перед становлением евнухом в банном дворце.
Служанка раскрыла половинки ракушки, вставила в специальное гнездо иголку, которая была вложена внутрь, после чего обхватила створками амулета левую мочку и резко те сжала.
- А-ай!
«Пищит, как молодая рабыня при виде голых гвардейцев в доме утех», - почему-то со злорадным удовольствием подумала про незнакомца Ласка. Сама она такого не видела, но слышала рассказы про такие конфузы от часовых и охранников во дворце, которые иногда перекидывались словечками, когда им становилось скучно и считали, что их никто не слышит.
И сейчас девушка впервые пожалела, что вообще решила его спасти. Слишком много хлопот он уже принёс, а пользы
