шатре, более простом. В экипаже она тот самый работник, который кормит всю начальственную братию в любой фирме.
Последняя из экипажа – это Сэнга. Ей двадцать четыре года. Та самая девушка, которая притащила меня на плот и первая мной увиденная. Служанка Ласки. Точнее – Слуга. Так называют на Агре тех людей, который в течение нескольких лет проходят особую подготовку, чтобы позже поступить на вечную службу в какой-нибудь аристократический род. Традиции, мода, кухня, сервировка и многое другое – вот что они изучают. При этом они проходят через множество ритуалов и магических операций, навсегда изменяющих их тела. Сила, выносливость, ловкость, сопротивление к ядам и некоторым заклинаниям с мгновенными проклятиями, вот перечень того, что с помощью магии увеличено у Слуг. Ведь они служат своим господам каждую минуту своей жизни. В любой момент обязаны выполнить приказ, и усталость или бессонница не должны помешать им в этом. А ещё – как бы странно и противно это ни звучало – их тела являются набором дорогих и полезных ингредиентов. По факту, Слуги – это химеры.
Кроме того, Слуги проходят краткий курс телохранителей, чтобы – не дай боги случись такое – дать хоть пару секунд для спасения своему господину или госпоже. Ведь иногда именно этих мгновений не хватает, чтобы сработал защитный амулет или подоспела помощь. Но в основном, Слуги созданы для решения бытовых вопросов.
На плоту именно Сэнга создаёт подобие той жизни, которой были лишены жёны падишаха после кораблекрушения: убирается, следит за вещами, делает массаж и даже укладывает причёски и так далее. Понятное дело, что в таких условиях её потуги вызывают горький смех, но что делать…
Вот и весь экипаж плота, на котором я оказался гостем.
Обо всём мне рассказала именно Сэнга, которая нашла отдушину в моём лице. Наверное, единственный человек из окружения, кто на неё смотрел как на соратника… м-м… соседа, в общем, как-то так. Главное – не на низшую, почти бесправную служанку.
Мой же статус был непонятным. Со слов Сэнги я интуитивно вёл себя на равных с женами падишаха, считающихся высшей аристократией. При этом всем видно, что уступаю в такте, но не выгляжу представителем низшей касты и одновременно совсем не похож даже на крупных торговцев, которые в любой среде легко находят нужный язык, но не выделяются за счёт своего опыта. Не стелюсь, не преклоняюсь, а лишь выказываю уважение. Да и словарный запас, манера речи выдаёт во мне непростого человека. Странная одежда, лодка, снаряжение – ещё плюсик к тому, чтобы присматриваться ко мне и не пытаться указать место, которое, по мнению аристократок, я заслуживаю.
А заслуживаю я… падения за борт. Не маг, не высший сановник, даже не матрос или рабочий, который помог бы Сэнге с уходом за капризными изнеженными падишахскими жёнами. Эту картину прочитала по моим не намозоленным ладоням Слуга. В общем, нахлебник и транжира пресной воды.
Свою историю я рассказал почти правдиво. Мол, катался на лодке по озерной глади, развлекался ловлей редчайших пород рыб, тут вдруг молния и всё – очнулся уже в Сахе. Из России. Не знаете где? Да я и сам не знаю, так как у нас правительство не поддерживает отношения с прочими странами и называет это Железным Занавесом. Кто я? Важное лицо: есть угодья и имение (дача в десять соток, старый дом с печным отоплением в сорок квадратов и тридцатью сотками огорода), два табуна коней по семьдесят девять и восемьдесят шесть лошадок (под капотами «нивы» и «логана»), увлекаюсь науками мироздания. Магия? Не, у нас она под запретом и всячески высмеивается, даже существует специальный выездной театр, который императором, в народе называемым Темнейшим, поощряется. Театр этот в сатирической манере высмеивает всю магическую науку называя этот фарс битвой экст… м-м, магов. Ещё служил в армии, где дошёл до звания сотника гвардии, но потом ушёл на покой, отслужив обязанный срок (насчет сотника, приврал, конечно, ну какой из старшины роты сотник? Но и не рядовой ведь. А про гвардию – чистая правда, ибо полк-то – гвардейский). Ещё и в городской страже послужил и тоже в звании сотника (а что, ведь во время Первой Мировой войны прапорщики командовали ротами, а это даже выше сотни будет под единоначалием, прапорщика же я получил через четыре года после службы в милиции, так как армейское звание «старшина» дало мне сильный пинок по карьерной лестнице от стажёра до командира отделения).
Вроде бы, биографию себе расписал хорошую, но всё равно даже Ласка корчила недовольную мордашку, мол, не нашего поля ягода.
Чтобы не вылететь с плота в тёплую водичку, наполненную всякой хищной и смертельно опасной живностью, я постарался быть крайне полезным. Первое, что сделал для этого, это озаботился ремонтом рассыпающегося плота. Связали его слуги и матросы на скорую руку, лишь бы продержался хоть сколько-то на воде со своим грузом и пассажирками. Слабая постоянная качка, волны, вода – всё это сыграло трагичную роль. Если бы я не появился сейчас, или появился бы на неделю позже, то в лучшем случае девчонки болтались бы сейчас в воде, держась за широкие доски или сидя на них, свесив в море ноги.
Собран плот был с огромным запасом по прочности и площади. Для пяти человек с той кучей добра, что перекинули на него, такая площадь и настолько массивные доски и брусья были лишними. Но служанка мне пояснила, отчего так.
- Наш корабль был собран из лучшего кедра, красной сосны и морёного белого дуба, а ещё из совсем редких пород древесины, которыми были украшены каюты у каждой госпожи и их свиты, ещё капитанская и его первых помощников, - сказала она. – У госпожи Фаэны даже инкрустация из меллорна в каюте имелась.
- Меллорн? – вскинулся я, услышав знакомое слово.
- Да. Волшебное дерево эльфов. Наверное, даже в Сахе от этой древесины текла бы мана, - вздохнула девушка. – Это лучший природный
