Стоп? А где блондинки?
Я же заказывал остров и двадцать сногсшибательных блондинок. Они в комплекте должны были идти. А это что? Недопоставка? Развод?
Ладно, с блондинками разберёмся после. Сейчас надо умыться и сообразить что-нибудь из еды.
Я скинул костюм, наклонился над краем ванны, зачерпнул воды и стал смывать с себя соль. Холодно, блин!
За спиной я услышал дробный топот. Что-то сильно боднуло меня в задницу, и я плюхнулся прямо в холодную воду!
Ай, лять! Больно же!
Какая тварь это сделала?
– М-ме-е! – раздалось с берега.
Козы окружили прудик. Все они были белоснежные, с весёлыми блудливыми глазами и очень острыми рогами. Я насчитал их ровно двадцать штук. Или двадцать голов, если выражаться грубым языком скотоводов.
Вот тебе и сногсшибательные блондинки, Макс! Заказывал – получи!
Я стоял по колено в ледяной воде и синими от холода губами ласково уговаривал коз разойтись. Козы внимательно слушали, наклоняя рогатые головы. Но стоило мне сделать шаг к берегу – как острия рогов неуклонно направлялись в мою сторону.
Мама дорогая, да что же делать-то? Я же так простужусь и подхвачу воспаление лёгких! Замёрзнуть насмерть в солнечном тропическом раю – какой облом может быть эпичнее? Даже давешний нырок с моста выглядит на этом фоне рядовой неудачей.
– Э! Козы, блин! Ну-ка, выпустили меня отсюда! Быстро! – подпрыгивая от холода, убеждал я строптивых животин.
Животины были непреклонны. Мои мучения доставляли им очевидную и искреннюю радость. Эта радость ясно читалась в их блестящих глазах.
Отрезая мне путь к отступлению, одна из коз случайно набрела на спортивный костюм, который я оставил на берегу. Она внимательно рассмотрела находку, затем радостным блеянием подозвала к себе подруг.
Через минуту несколько лохматых бестий принялись жевать тонкую ткань.
Вот они уже делят моё имущество, горько подумал я. Настоящие стервы!
Я наклонился, нашарил на дне пруда камень и швырнул его в коз. Козы шарахнулись в стороны. Отбежав на безопасное расстояние, они по очереди смерили меня презрительными взглядами и удалились по тропинке, цокая копытами и грациозно покачивая бёдрами.
Слава богу, хоть трусы оставили!
Проводив коз проклятиями, я, наконец-то, выбрался из пруда. Целых полчаса я бегал вдоль берега, подпрыгивал и размахивал руками, чтобы согреться. Наконец, холод отступил. Вместо него по мою душу явился голод.
Я машинально оглянулся в поисках ближайшего ларька с беляшами, но тут же взял себя в руки.
«Ты в дикой природе, дружище» – сказал я. – «Так иди, и раздобудь себе пищу».
Очень хотелось пообедать сочной жареной козлятиной. Хотя бы, в отместку за костюм. Но у меня не было ни ножа, ни сноровки мясника. К тому же, я не сомневался, что стоит мне напасть на одну козу, как на помощь ей немедленно явятся остальные. Силы были неравны.
«Ладно, разберусь с вами попозже» – решил я. Внимательно глядя под ноги и по сторонам, я спустился по тропинке обратно на пляж и стал рыскать в поисках крабов. Ещё час назад они неутомимо сновали туда-сюда, размахивали клешнями и путались под ногами. Теперь же я не обнаружил ни одного.
В полном отчаянии я подбежал к воде. Может быть, удастся схватить и выбросить на берег зазевавшуюся рыбёшку? Или какая-нибудь беспечная устрица разомкнёт свои створки поблизости от меня?
В воде я увидел своё отражение. Оно не добавляло оптимизма. Ввалившиеся щёки, заросшие неопрятной щетиной, лихорадочно блестящие глаза, спутанные и растрёпанные волосы. Я провёл на острове всего несколько часов, но уже был похож на заправского дикаря. Только в отличие от дикаря не мог раздобыть себе ни крошки еды.
Стоп, Макс! Здесь же есть пальмы!
Эврика!
Я решил, что самое время перейти на вегетарианство. Оно полезно для здоровья и наносит меньше ущерба окружающему миру. А наносить миру ущерб у меня совершенно не было сил. Главное, чтобы мир не нанёс ущерба мне.
Радость окрылила меня, и я подбежал к пальмам. Они были высокие и чешуйчатые. Огромные резные листья заслоняли небо. Под листьями висели целые грозди огромных коричневых орехов. Наверняка эти орехи вкусные и питательные. Дело за малым – надо как-то их достать.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Я огляделся и заприметил на песке толстую палку. То, что надо! Подобрав палку, я взвесил её в руке, примериваясь и не сводя глаз с орехов. Затем размахнулся и швырнул своё орудие.
Мимо!
Вторая попытка!
Мимо!
Третья!
Палка ударилась о ствол и отлетела обратно в меня. Я едва успел увернуться. Ну, почти успел.
Потерев ушибленное плечо, я попробовал влезть на пальму. Неимоверными усилиями вскарабкался на пару метров над землёй. Затем ноги соскользнули, и я съехал вниз, до крови ободрав голый живот и запястья.
Завопив от ярости, я хотел разбежаться и боднуть непокорное дерево. Вдруг раздался страшный грохот, как будто лопнуло небо, а затем – резкий свист. Пушечное ядро, крутясь, промелькнуло в воздухе и ударило в ствол пальмы. Орехи градом посыпались на землю. Пальма подломилась и рухнула прямо на меня.
3. Ужасные пираты
Я чудом увернулся от пальмы. Упал на песок, перекатился и ящерицей юркнул за толстый ствол.
Ни хрена себе, девичник! На моём собственном острове в меня из пушек палят!
Не теряя времени, я выкопал в песке внушительную ямку. Вырытый из ямы песок укладывал впереди себя, наподобие бруствера. От пушечных ядер это укрытие защищало примерно так же, как зонтик – от всемирного потопа. Но психологической уверенности прибавляло.
А уверенность мне была очень нужна! Прямо очень-очень! Потому что выходить в одних трусах против пушек может только необычайно смелый человек. Ну, или викинг, плотно закусивший мухоморами.
На всякий случай, я оглянулся, но мухоморов поблизости не было. До чего, всё-таки, бедная растительность на моём острове! Вот и как его защищать?
Мелькнула мысль позвать на помощь коз – ведь это и их остров тоже! С какой стати я буду тут отдуваться один?
Но если брать коз в союзники – придётся потом делить с ними отбитую территорию. А я не терял надежду отжать остров в единоличное пользование. Тем более что уже видел непомерные козьи аппетиты.
Нет, лучше я оставлю коз в качестве засадного полка. Как Дмитрий Донской на Куликовом поле. Высадится противник на берег, начнёт меня громить, а тут раз! И неудержимая козья рать из ближайшего леска!
Кстати, что там с противником? Почему больше не стреляют? И вообще – кто посмел на меня напасть?
Я приподнял голову и одним глазом выглянул из-за дерева. В море напротив острова покачивался корабль.
У корабля было две мачты. Или три, если считать мачтой наклонную палку, торчащую из его носа.
Я немного подождал. Корабль тоже не проявлял признаков жизни. Тогда я под прикрытием ствола начал ползком собирать упавшие орехи. Война войной, а жрать-то хочется!
Среди орехов валялось пушечное ядро. Я подумал и откатил его в лесок за кусты. Не то, чтобы оно было мне сильно нужно. Но почему не подобрать хорошую вещь, если валяется без присмотра? Недолгая, но насыщенная жизнь среди дикой природы сделала меня очень запасливым. Я и орехи собирал, как заправский бурундук!
Корабль по-прежнему покачивался на волнах. А может, они вообще мимо плывут? Плыли по своим делам, увидели мужика на пальме, да и стрельнули на спор! Откуда я знаю, как принято развлекаться в этом бонусном мире? Я же тут кроме острова, ничего не видел. Провинциал, можно сказать.
Да нет, Макс! Если уж они сюда приплыли – значит, им что-то нужно. И просто так они не смоются. Вот я и постараюсь выяснить, что они тут забыли. Ведь как бы там ни было, а корабль – это мой шанс выбраться с острова.
В этот момент на корме корабля развернули флаг. Широкое полотнище свесилось почти до самой воды и лениво затрепыхалось на ветерке. Флаг был чёрный.
