Пирс уменьшил скорость над изолированной местностью, приближаясь к заснеженному горному хребту с злобным саймеком на хвосте, который продолжал стрелять. Сверкающие ледники окружали зазубренные пики. Один из вражеских снарядов врезался в высокий хребет, разбросав лед и камни. Пирс закрыл свои глаза и смело – не имея выбора – полетел через развалины, слыша, как они колотят по корпусу капсулы. И он едва выжил.
Сразу же после того, как он рухнул на хребет, он услышал ужасный взрыв и увидел ярко оранжевую вспышку в небе. Механический преследователь потерял управление. Уничтожен, также, как и его родители и их космический корабль….
Но Пирс знал, где были другие враги, и возможно они были недалеко.
V
Агамемнон и его саймеки теснились вокруг обломков космической яхты на непостоянной орбите, расчитывая траекторию движения единственной отделившейся спасательной капсулы. Они отметили, где она вошла в атмосферу, скорость ее движения и возможное место ее приземления. Генерал не спешил – после всего, куда мог направиться один выживший человек в этом примитивном мире?
Без приказов, один саймек, жаждущий отмщения, все-таки, подорвался на мине, выстреленной вслед за спасательной капсулой.
– Генерал Агамемнон, я намереваюсь его убить сам.
В гневе лидер саймеков помолчал, затем согласился.
– Иди, у тебя первый выстрел. Но остальные из нас не будут ждать долго.
Лидер саймеков оставил остальных сзади до тех пор, пока не сможет закончить свой анализ.
Агамемнон проиграл сигнал бедствия, который знатный пилот передал незадолго до своего уничтожения. Слова были зашифрованы, но не с помощью очень хорошего шифра; бортовой ИИ саймеков расшифровал их легко. «Это Лорд Ульф Харконнен, мы летим с наших владений на Хагале. Мы находимся под атакой мыслящих машин. Мало шансов, что мы выживем.»
Такие поразительные способности к предсказанию. Агамемнон предположил, что спасшийся на борту спасательной капсулы тоже должен принадлежать к знатной семье, если это не сам лорд.
Тысячу лет назад, когда Агамемнон и его девятнадцать союзников захватили Старую Империю, группа отдаленных планет обьеденились, чтобы сформировать Лигу Благородных. Они защищали себя от тиранов, продолжали защищать от Омниуса и его мыслящих машин. Компьютеры не держали зла и не желали отмщения…но саймеки имели человеческий разум и человеческие эмоции.
Если спасшийся в спасательной капсуле, приземлившейся на Каладане, был членом вызывающей Лиги Благородных, генерал саймеков хотел лично участвовать в допросе, пытке и окончательной казне.
Через несколько минут, тем не менее, он получил последнюю передачу незадолго до того, как преследовавший человека саймек потерпел аварию.
– Глупая миссия. В следующий раз я хочу, чтобы все было сделано правильно, – сказал Агамемнон. – Отправляйтесь, найдите его до того, как он сможет спрятаться в дикой местности. Я дам охоту четырем из вас – и соревнование. Награду тому саймеку, кто найдет и убьет жертву первым.
Корабли других саймеков устремились прочь от обломков словно горячие пули в облаках. Сбежавший человек, невооруженный в своей едва способной маневрировать капсуле, очевидно не протянет долго.
VI
Внезапно капсула содрогнулась и прозвучала предупреждающая сирена. Цифровые и кристаллические приборы на панеле заискрились. Пирс попытался понять их, отрегулировав приборы управления кораблем, затем посмотрев в иллюминатор, он увидел вокруг коричнево-белые склоны гор, холодные замерзжие склоны холмов, покрытые в некоторых местах снегом, темные леса. В последний момент, он собрался с силами, как раз достаточно…
Спасательная капсула врезалась в тонкие деревья и упала в тундре, покрытой лишь тонким слоем снега. Сила удара подбросила капсулу снова вверх, а затем она вновь врезалась в деревья.
Пирса шатало из стороны в сторону. Он кричал, надеясь выжить, но ожидая худшего. Незадолго до первого удара сработала система безопасности, которая разбрызгала специальную защитную что уберегло его от более серьезных повреждений. Затем капсула вновь упала, подняв вверх столб снега и замершей земли. Капсула, наконец, остановилась, издав громкий свист.
Мыльная пена растворилась, когда Пирс поднялся, стирая липкую грязь со своей одежды, рук и волос. Он был слишком взволнован, чтобы чувствовать боль, и у него не было времени, чтобы оценить насколько серьезными были его ранения.
Он знал, что его родители погибли, и их корабль уничтожен. Он надеялся, что его затуманенное зрение было от крови в глазах, а не от слез. Он был Харконненом в конце концов. Его отец отвесил бы ему оплеуху за проявление трусливых эмоций. Ульф ухитрился нанести врагу урон в казавшейся бесполезной атаке, но там все еще оставалось много саймеков. Нет никаких сомнений в том, что они придут сюда, чтобы охотиться за ним.
Пирс боролся с паникой, пытаясь немедленно оценить свою ситуацию. Если у него есть хоть малейший шанс выжить, обстоятельства заставляли его действовать решительно, даже безжалостно – в манере Харконненов. И времени у него мало.
В спасательной капсуле имелось несколько контейнеров, содержащих необходимые запасы для выживания, но он не может здесь оставаться. Саймеки придут сюда, чтобы закончить свою работу. Но убежав, у него уже не будет возможности сюда вернуться.
Пирс схватил аптечку и пакеты с продовольствием, которые он сможет унести, и начал засовывать их в мешок. Он хлопнул по крышке люка и выполз наружу, чувствуя запах дыма и слыша потрескивание пламени, вспыхнувшего от жары удара. Он сделал глубокий вдох холодного морозного воздуха, закрывая люк позади себя, и пошатываясь пошел прочь от дымящейся капсулы, шагая по мокрому снегу, который скрипел под ногами, в скудное укрытие темных хвойных деревьев. Он хотел уйти отсюда как можно дальше до того, как остановиться, чтобы обдумать свой следующий шаг.
В ситуации, подобной этой, его отец беспокоился бы о семейных владениях, рудниках на Хагале. После того, как Пирс и его родители погибли, кто будет управлять и продожать укреплять семейный бизнесс Харконненов. Но сейчас молодого человека больше всего беспокоило его собственное выживание. Он никогда не подходил философии их семейного бизнесса.
Услышав громкий рев, он взглянул на небо и увидел там четыре ярких белых следа, которые неумолимо приближались к нему. Саймеки. Охотники. Машины с человеческим разумом легко его поймают в этой необитаемой пустынной местности.
Когда опасность подошла к нему так близко, Пирс увидел, что он оставляет глубокие следы в снегу. Кровь капала из пореза на его левом запястье; больше крови капало из другой раны на его лбу. Это все равно, что оставить карту для врага, по которой его могут выследить.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
