Пирс был загнан в ловушку. Вокруг него были крутые скалы и горячие зеленовато-желтые водоемы; отвесные, гладкие снежные поля покрывались желтой коркой. Добравшись до вершины хребта, он, возможно, сможет сбросить камни, таким образом преградив путь саймеку позади него. Он не видел других вариантов.
Цепляясь руками и отталкиваясь ногами, Пирс двигался вверх к гладкой ледниковой области. Его ботинки проникали в холодный снег почти до колен. Его пальцы вскоре окоченели и стали красными. Холодный воздух обжигал его легкие, но он продолжал карабкаться быстрее, дальше. Его властный отец высмеял бы его за беспокойство о всего лишь физическом дискомфорте в такой ситуации. Казалось, что он никогда не доберется до ледника, хотя он мог видеть вершину, отвесный острый край на вершине.
Машины-охотники должно быть разделились, и, возможно, он ускользнул от трех других у горячих гейзеров. Не могущие отыскать его след, они прочешут местность….непреклонно, как всегда поступали машины. Только один саймек нашел его, и очевидно чисто случайно.
Даже так, одного ужасного врага хватит, чтоб убить его, и этот, наверняка, имеет радиосвязь с другими. Они, должно быть, уже направляются сюда. Но этот, по всей видимости, жаждал убить Пирса лично.
Внизу саймек достиг основание ледяного участка, просканировал все вокруг, и затем устремился вверх. Его длинные ноги ступали по снегу, взбираясь так быстро, как любой человек мог лишь только мечтать.
Саймек остановился, покачнулся, затем выпустил новый огненный заряд. Пирс зарылся в снег, и снаряд с жаром пронесся мимо него и проделал кратер на растоянии всего лишь вытянутой руки от него. Сильный удар вызвал колебания и сдвиги ненадежного слоя снега. Вокруг него, снежный наст начал разламываться подобно отваливающейся корки. Воспользовавшись случаем, он сильно ударил по одной из корок снега, надеясь послать его вниз, чтобы сокрушить врага, но замерзшая поверхность застопарилась со скрипом и рокотом, а затем все стихло. Сделав глубокий вдох, он снова стал карабкатсья вверх.
Пирс заметил обнажение скалы, которое выступало из под снега. Он должен добраться туда, и там он остановится. Возможно, он сможет сбросить валуны на машину, хотя у него и не было иллюзий относительно эффективности этих действий.
Только глупец не оставит себе выбора, сказал бы Ульф Харконнен.
Пирс проворчал на свою память. «По крайней мере я выжил, отец.»
Но затем, к своему удивлению, на вершине ледника он увидел группу каких-то фигур, которые били похожи на…людей! Он сосчитал дюжину людей, которые стояли на вершине снежного наста. Они выкрикивали малопонятные проклятия в адресс саймека.
Силуэты незнакомцев подняли большие предметы циллиндрической формы – оружие или что-то похожее – и начали колотить по ним. Громкий звук прокатился эхом по горам подобно раскатам грома, взрывам. Барабаны.
Незнакомцы колотили по своим барабанам. У них не было вначале очевидного ритма, но потом ритм ударов вступил в резонанс, стал звуком, отдающийся эхом, который заставил дрожать снежный наст.
Трещины на льду начали расширяться, и ледник начал двигаться. Массивный саймек пытался добраться до добычи, когда замерзший участок начал скользить.
Видя, что должно случиться, Пирс бросился к голове наста, укрываясь в расщелине, разделенной тонкими каменными стенами с каждой стороны. Он едва удержался, когда снег сорвался с шипением и ревом.
Лавина обрушилась на саймека подобно белой гигансткой волне, которая накатилась на ходячую форму саймека и понесла его прямо на другие скалы. В то время, как вражеская машина покатилась вниз по склону, Пирс закрыл глаза и стал ждать, пока грохочущая волна достигнет своей максимальной мощи и затем начнет утихать.
Наконец он открыл глаза, удивляясь, что он еще жив. В воздухе вокруг сверкали ледяные кристалики. Пока снежная масса все еще оставалась нестабильной, странные люди беспорядочно кинулись вниз к скатившемуся снегу и льду, оживленно крича как охотники, которые только что убили внушительную дичь.
Все еще не веря своим глазам, Пирс стоял наверху валуна. И затем он заметил дергающегося и опрокинувшегося на спину саймека. Лавина снесла его разрушительной силой, сравнимой с тяжелым оружием. Саймек был сбит и отброшен назад, но его механические конечности все еще пытались вернуть свое тело в вертикальное положение.
Хотя примитивные люди носили темно-коричневую защитную одежду, сделанную из старых материалов, у них были замысловатые механизмы, больше чем просто копья и дубинки. Четыре молодых поспешили к краю ледника и к деревьям – разведчики? – где они стали разглядывать местность, высматривая других саймеков.
Остальные люди подобно гиенам собрались над поверженным саймеком, выбирая режущие инструменты и захваты. Позвал ли механический охотник на помощь остальных трех товарищей? Местные люди быстро снесли передатчики и антенны с саймека, а затем с поразительным умением они разобрали отбивающиеся ноги машины. Сенсоры орудия саймека замигали, когда тот попытался запустить ракету, но Каладанские аборигены быстро отсоединили детали.
Из динамиков саймека начал доноситься град проклятий и угроз, но люди не придавали этому внимания, продолжая бесстрашно работать. Они работали усердно, пытаясь отсоединить гидравлику, волоконнооптические кабели, нейроэлектронику, размещая каждую деталь в стороне как дорогое утильсырье. Они выбрали защитный контейнер с мозгом саймека, оставив его незащищенным. Предательский человеческий мозг снова оказался вне своего тела, но на этот раз не по своей воле.
Неподвижно, Пирс смотрел на безобидно выглядещий контейнер, в котором содержался мозг саймека. Местные не уничтожили его сразу, похоже у них были другие планы на этот счет. Они показывали это как трофей.
Полный вопросов, Пирс начал спускаться вниз, куда прокатилась лавина. Местные смотрели на него, когда он приближался, показывая любопытство, но без угрозы. Они говорили на странном языке, которого он не понимал.
– Кто вы? – спросил Пирс на стандартном галахском наречии, надеясь, что кто-нибудь из них поймет его.
Один из мужчин, длинный старый человек с короткой рыжей бородой и более светлой кожей, чем у его приятелей, шагнул по направлению к Пирсу. Он встал напротив Пирса, указав пальцем себе на грудь.
– Тиддок.
– Пирс Харконнен, – ответил Пирс, затем решил отбросить такую формальность, – Пирс.
– Хорошо, Пирс. Спасибо, – сказал он на узнаваемом галахе, но с невнятным акцентом.
Видя удивление юноши, Тиддок начал говорить медленней, как будто он вылавливал подходящие слова в своей памяти.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
