– Не играйте со мной в словесные игры. Вы проиграете, – резко бросила она.
– Я никогда не проигрываю, Вирджиния, – улыбаясь, ответил Болтон.
Его взгляд пронзил ее, словно луч голубого лазера. Она чувствовала себя беззащитной, как если бы с нее содрали кожу, обнажив нервы и сердце, бьющееся слишком сильно и слишком быстро.
Его движения отличала неторопливая непринужденная грация, когда он поднимал камеры и остальное оборудование, будто он исполнял какой-то древний ритуальный танец. Если бы на его месте был любой другой мужчина, Вирджиния решила бы, что его движения тщательно продуманы, однако здесь все было не так. Если за последние несколько минут она что-то и поняла, так это то, что Болтон Грей Вульф вовсе не был любым мужчиной.
Повесив камеры через плечо, он обернулся к ней, а солнце, освещая Болтона со спины, придавало ему вид древнего божества. Она много раз читала о том, как женщины теряли самообладание при встрече с мужчиной, но до сих пор не испытала этого на себе. Теперь, пошарив рукой сзади, она медленно опустилась на все тот же тюк сена.
– Когда будете готовы к интервью, позвоните мне. Я остановился в мотеле «Рамада» в Тупело. – Он небрежно написал телефонный номер на обороте визитной каточки и протянул ей. Она не захотела поднять руку, поэтому он положил карточку рядом на сено. Хотя он не дотронулся до нее, Вирджиния вдруг ощутила тепло его ладони, будто он медленно и чувственно ласкал ее бедро.
Подняв на него глаза, она встретила его пристальный взгляд.
– И… Вирджиния, когда я окажусь в твоей постели, ты не будешь моим трофеем. Мы будем на равных, – заявил он, направляясь к воротам и двигаясь с той же непринужденной грацией.
Обхватив колени руками, Вирджиния смотрела, как он уходит. Кэндас, заглянувшая в конюшню, застала Вирджинию застывшей в этой позе.
– Что ты здесь делаешь, мама? – спросила удивленная девушка.
Как рассказать дочери, о чем она сейчас думает? Какими словами выразить смятение, которое она испытала, увидев Болтона Грея Вульфа?
– Что ты здесь делаешь, Кэндас? – не отвечая на вопрос дочери, спросила Вирджиния.
– Я пришла передать, что звонила Джейн и просила напомнить про сегодняшний ужин… и чтобы проводить тебя домой, если ты случайно позабыла дорогу.
Рассмеявшись, Вирджиния встала и обняла дочь за плечи.
– Я настолько плоха?
– Сбывается. Но в любом случае я буду защищать тебя, – заявила Кэндас.
– Отлично, поскольку я тоже намерена защищать тебя, – согласилась мать.
Держась за руки и склонив друг к другу головы, чтобы удобнее было вести разговор, они направились к дому.
– Ты покончила с интервью? – поинтересовалась девушка.
– Нет, – ответила Вирджиния, опустив глаза.
– Мама! Ты ведь не прогнала его? – Кэндас остановилась, пристально глядя на мать.
– Нет. Да он и не тот мужчина, которого можно прогнать. Просто на это интервью требуется гораздо больше времени, чем полдня, – довольно резко пояснила Вирджиния.
– И сколько? – допытывалась девушка.
– Ну, наверное, несколько дней. А, может, даже неделя или больше, – неуверенно проговорила Вирджиния.
– Отлично. Может, на следующие выходные мы с Мардж еще застанем его здесь. Мардж наверняка объявит его своей голубой мечтой. – Кэндас восторженно глядела на мать. – Я приглашу ее к нам, если ты не возражаешь.
– Конечно же, нет.
Мардж жила в Монтане, и выходные дни в студенческом городке тянулись для нее нескончаемо. Иногда Вирджинии казалось, будто у нее две дочери. Хорошо, когда тебя окружает молодежь. Это помогает забыть о жестких условностях светской жизни.
Вечером они отправились в соседний Тупело, и там, в ресторане «Франт Порч», сидя над маринованными огурчиками, Джейн возобновила их давний разговор.
– Тебе нужно почаще выходить, Вирджиния, больше общаться и бывать на людях, – говорила Джейн.
– Вот я и вышла, общаюсь с тобой и сижу здесь, на виду у всех, – заявила Вирджиния.
– Ну ты и глупышка. Что это за общение со мной. Тебе бы следовало встречаться с кем-нибудь симпатичным, обаятельным и при деньгах.
– Джейн, мужчине придется ограбить банк, чтобы стать богаче меня, и, кроме того, я не интересуюсь безмозглыми мужланами.
– С тех пор, как тебя бросил Роджер, ты не заинтересовалась ни одним мужчиной, – напомнила Джейн.
– Это не правда. – Вирджиния лениво пододвинула к себе тарелку с закусками. – Ты почти расправилась с огурчиками, – заметила она.
– Ты уходишь от разговора… – не сдавалась Джейн.
– Конечно. Нет более скучной темы, чем разговор о моей личной жизни, – огрызнулась Вирджиния.
– Понятно. Но именно об этом я с тобой и толкую. Ты слишком много времени проводишь за компьютером, Вирджиния. Но компьютер не способен крепко обнять ночью и, конечно же, не может доставить тебе истинного наслаждения.
– Джейн, я никогда тебе не говорила, что весь твой ум работает в одном направлении?
– Говорила. Ежедневно с тех пор, когда мне стукнуло шестнадцать. И если бы не твое богатство и не твоя известность, я бы не стала терпеть твоих нравоучений.
– А если бы не твои рыжие волосы и веснушки, то я бы не стала терпеть тебя. Трудно относиться враждебно к тому, кто выглядит точь-в-точь как сиротка Анни [1].
Cмеясь, Джейн провела рукой по своим пышным рыжим волосам.
– Считаешь, они выглядят естественно? Лола сегодня испробовала на мне новый краситель под названием «Рыжая сирена».
– Мне нравится, Джейн. Ты можешь остановить уличное движение. На самом деле… – Вирджиния смолкла, не окончив предложения.
– Вирджиния! Вирджиния, кого ты там разглядываешь?
Поскольку Вирджиния не отвечала, Джейн обернулась к двери.
– Боже правый! Кто это? – Джейн ухватилась за ворот платья, изображая удушье. – Я съем его серебряной ложечкой. Черт возьми, да я его съем даже оловянной ложкой, если он только приблизится… Господи, да он направляется сюда. – Джейн схватила сумочку и торопливо освежила помаду на губах. – Ну, как я выгляжу? Вирджиния…
За последние несколько часов, прошедших с их встречи, Болтон Грей Вульф ничуть не утратил своей привлекательности. В сущности, Вирджиния плохо запомнила его внешность. Зато сейчас у нее попросту перехватило дыхание.
– Здравствуй, Вирджиния, – приветствовал он ее.
– Здравствуй, Болтон, – ответила Вирждиния.
Она равнодушно кивнула ему, с трудом сдержавшись, чтобы не вцепиться в стол мертвой хваткой, – у нее вдруг закружилась голова и ей показалось, что она упадет со стула.
