— Я не собираюсь давать тебе ни единого пенни.
Бартон со значением посмотрел на нее.
— Нет, Бартон, нет. Я завтра же начинаю бракоразводный процесс. И у Люка Ремингтона нет способов остановить меня.
— Остановить, пожалуй, не могу, но затянуть способен. Не говоря уже о том, чтобы придать процессу пикантность. Держу пари: целый десяток адвокатов придут в восторг от возможности представлять мои интересы. Мы применим судебные повестки о приводе в суд, перенесение заседаний и другие юридические выкрутасы. А какое получится сочное чтиво в газетах! Об этом ты не подумала, леди-адвокат?
— Не сомневаюсь, Ремингтон, у вас есть альтернативное предложение, — пришел на помощь Бартон.
— Случайно есть. — Люк не отрываясь смотрел на Джей-Джей. — Ты приезжаешь ко мне и проводишь у меня три недели.
— Нет! — почти выкрикнула она.
— Испугалась?
— Я не…
— Конечно, испугалась, — холодно произнес Люк. — Ты всего лишь желтый цыпленок, замаскировавшийся под крутого парня. Здесь каждый может купить твою адвокатскую услугу, но ты до ужаса боишься, что реальные люди заметят, какая ты слабая.
— У тебя ничего не выйдет. Ты не заставишь меня принять это безумное предложение. — Джей-Джей в своей практике сталкивалась и не с такими оппонентами, она не попадется в неуклюжую ловушку Люка.
— Три недели, — повторил Люк и коротко хохотнул. — Тогда я подпишу бумаги о разводе, которые ты выложишь передо мной. Черт, когда ты будешь выходить замуж за Александра, я даже буду посаженым отцом невесты.
— Удачный день рождения получился, — горько усмехнулась Джей-Джей, вышагивая взад-вперед по гостиной в своем доме. — Если бы ты не уболтал меня поехать на это дурацкое открытие… Ненавижу искусство американского Запада. Одни клише, как я и боялась. — Несомненно, это бокал шампанского, которое она выпила в галерее, вызвал минутную слабость перед акварелью с женщиной в прериях. Шампанское на голодный желудок… Правда, вскоре она совсем потеряла аппетит.
— Владельцы галереи — мои клиенты, — еще раз напомнил ей Бартон. — Я должен был там появиться.
— Не понимаю, почему им надо было открывать свою галерею во время выставки скота?
Бартон не стал утруждаться, объясняя очевидную связь между Общенациональной выставкой скота и искусством Запада. Они оба знали, что ее злость и отчаяние вызваны совсем другим.
— Ты не говорила мне, что Ремингтон спас тебе жизнь.
— На прошлогодней выставке скота он разыгрывал из себя героя и столкнул меня с пути мчащейся лошади. — Ей не хотелось вспоминать, чем она обязана Люку.
— А что ты делала на выставке скота? Никогда бы не подумал, что ты ходишь на родео.
— Да не на родео! Я беседовала с потенциальным свидетелем в деле о насилии в семье. — Джей-Джей состроила гримасу. — Тогда вся женская тематика предназначалась мне.
— А ты не считаешь, что тебе давали эти случаи потому, что ты превосходно с ними справлялась? Я, как твой коллега и руководитель, могу это утверждать.
— Буду благодарна тебе до самой смерти. Ведь это ты убедил остальных дать мне шанс доказать, что я могу выстоять в суде против крутых парней.
— Поэтому ты согласилась выйти за меня замуж? Из благодарности?
— Конечно, нет! — Джей-Джей резко остановилась в своем беге по гостиной и повернулась к Бартону. — И, прежде чем ты спросишь, скажу: и не ради продвижения в карьере. Мне очень симпатичны ты и Кэрри. Тебя волнует, как воспитывать девочку в переходном возрасте, и я хочу помочь тебе. Надеюсь, что сумею сделать жизнь легче для вас обоих.
— Ты не упомянула про любовь.
— Раньше ты никогда не говорил о любви, — после долгого молчания ответила Джей-Джей. — Я думала, ты не стал бы жениться второй раз, если бы не Кэрри. И я полагала, что ты не хочешь обременять женщину любовью к тебе, зная, что не можешь ответить ей такой же любовью.
— Джей-Джей, ты влюблена в меня?
— Нет, но ты мне очень симпатичен.
За занавешенными окнами гостиной внезапно раздался вой сирены «скорой помощи», однако Бартон не шевельнулся. Он смотрел не отрываясь на стену над головой Джей-Джей.
— Когда Кэролайн умерла, я тоже хотел умереть, но Кэрри…
— Твоя жена была прекрасной женщиной. Вам с Кэрри, должно быть, ужасно не хватает ее. — Джей-Джей в нерешительности замолчала. — Мне хочется, чтобы мы с Кэрри стали друзьями. Я не намерена занимать место ее матери.
— А Кэрри хочет, чтобы ты стала ее приемной матерью, — печально проговорил Бартон, глядя на свои сложенные руки. — Не думаю, что мы с ней справимся с еще одной потерей жены и матери.
— Ты никогда не потеряешь меня. Как только мы поженимся, я приклеюсь к вам обоим так, что не оторвать.
— Наверное, и Ремингтон думал, что ты приклеишься к нему…
— Бартон, он ждал, что я все брошу. Продам дом, оставлю адвокатскую практику, поеду в глушь и стану его домоправительницей. Я не для того шесть лет ходила в колледж и сидела вечерами в офисе, чтобы все бросить ради человека, у которого, по-моему, кроме седла, ничего нет.
— Ты держала свой брак в секрете. Даже я не знал, что ты замужем, пока не сделал тебе предложение. — Он смотрел на нее немигающими глазами. — Мы знакомы четыре года, с тех пор, как ты пришла в нашу фирму. Ты не импульсивная женщина, Джей-Джей. И все же ты вышла замуж за Люка Ремингтона, зная его меньше недели.
— Минутное затмение. Тебя устраивает? Давай оставим эту тему.
— Я хочу, чтобы ты отнеслась к нашему браку с абсолютным пониманием того, что ты делаешь.
Джей-Джей подошла к Бартону почти вплотную. Ей хотелось, чтобы он поверил ей.
— Еще в детстве я решила, что хочу быть адвокатом высшего класса. Конечно, вначале надо завести мужа и детей. Но с тобой и Кэрри у меня есть все.
— Все, — мрачно повторил Бартон, разглядывая ее. — Я встретил Кэролайн в колледже. В первый день, когда она вошла в ораторский класс, я решил, что надо пригласить эту девушку на прогулку. Несколько недель я собирался с духом, пока она не произнесла прекрасную речь о правах женщин. После занятий я сделал ей комплимент, она ответила улыбкой с таким сочетанием благодарности и триумфа, что я тут же выпалил: выходи за меня замуж!
— И что она ответила? — Джей-Джей с нежностью улыбнулась Бартону.
— Она сказала, что не против, но терпеть не может играть в бридж, хочет иметь шестерых детей и жить в большом доме. — Бартон смотрел в пустоту. — Судьба дала нам только одну Кэрри. Но Кэролайн жила в большом доме, и мы никогда не играли в бридж. — Бартон взглянул на Джей-Джей. — Я очень любил ее.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
