в груди.
– Наташа, что ты завтра будешь делать?
–Эмм. Не знаю спать наверно до обеда, – я понимала к чему вопрос.
– А после?
– Потом к родителям поеду поздравлять. А вечером на каток.
– Возьмешь меня с собой? – Павел легко сжал мою ладонь.
– Возьму. А как же девушка?
– Какая?
– Букет, – я махнула рукой в сторону цветов. – Ты сказал, это для твоей девушки.
– Ааа.… Это? Это тебе.
– Мне? – я изумленно посмотрела на него.
– Да. Ты мне сразу очень понравилась. Ещё на улице, когда шла к машине в свете фар. А когда я услышал, что ты ещё в тот же дом едешь, то понял, что это судьба. Увидел киоск с цветами и захотел тебе их подарить.
– Правда?
– Да. Но не смог вручить. Не к месту они оказались.
– Почему? Очень даже к месту. Спасибо тебе. За всё. Я бы одна тут наверно с ума сошла.
Павел обнял меня одной рукой, и я незаметно облокотилась на его грудь.
– И тебе спасибо, – проурчал он мне прямо на ухо, отчего по моей шее вниз побежали мурашки.
Мы сидели, обнявшись, словно влюбленная пара. Я не понимала, что с нами происходит, и правильно ли это? Но мне было так уютно в его руках, что не хотелось ничего менять.
– Это было в пятнадцать. – Нарушила я тишину.
– Что? – не сразу понял Павел.
– Моя боязнь.
Я почувствовала, как Павел напрягся и крепче прижал меня к себе.
– Лучше не стоит, – мягко, но уверенно сказал он. – Не рассказывай.
– Почему? – я заёрзала.
– Помнишь о временном эффекте.
– Угу.
– Так вот, если будешь вспоминать события, где тебе было страшно, то ты снова запаникуешь. Чувства овладеют тобой. Тем более, вспоминать тот самый первый день. Это не лучшая затея.
– Ой. Ты прав. Я не подумала об этом.
– Но. Ты мне обязательно расскажешь завтра. Хорошо?
– Договорились!
– А мы лучше займемся более приятным делом, – Павел вновь расслабился и тихо вздохнул. – Наташа, Наташа. Что ты со мной делаешь?
Я замерла. В животе яркой вспышкой родилось желание.
Вожделение. Я хотела его. Он сидел так близко, что я ощущала его дыхание.
Я повернула голову и задела его кончиком носа, засмеялась.
Его взгляд блуждал по моему лицу.
– Ты думаешь о том же самом? – спросил он, тихонько разворачивая меня к себе.
– Наверно да.
Он шумно выдохнул и завладел моими губами. Целовал он страстно, глубоко. Так, словно давно сдерживался и вот наконец добрался до меня.
Меня захлестнула волна наслаждения и даже счастья. Так было сладко.
Мы одновременно встали на колени, не прекращая поцелуй. Оказались друг напротив друга.
Павел гладил мою спину осторожно, будто проверял границы дозволенного. Не опускался ниже. А я хотела.
Как поступить? Не покажусь ли я для него девочкой легкого поведения?
Мне не хотелось его терять из-за этого глупого стереотипа. Что на первом свидании нельзя.
А в нашем-то случае вообще и не свидание даже.
– Что тебя беспокоит? Ты напряжена. – прошептал он мне, отрываясь от моих губ.
– Не знаю.
– Давай не будем торопиться. Я понимаю твои опасения. Ты меня совсем не знаешь, – отстранился слегка он и улыбнулся.
– Дело ни в этом.
Павел нахмурился. Задумался.
– А в чём?
– Я думаю, как раз всё наоборот. Ты после этого не захочешь со мной увидеться ещё раз. Вот, – ну и смелая же я. Всё как на духу сказала.
– Этого не произойдет. Ты уже в моём сердце. Я тебя не отпущу.
Павел обнял меня и провел по волосам, щеке. Погладил нижнюю губу.
– Тогда давай сделаем это.
– Что? – Павел был явно ошарашен моим заявлением.
Да и я, если честно сама не ожидала такого от себя. Ну такой сегодня был день. Неожиданных сюрпризов и поворотов. Я переживала лишь о том, что нас могут застукать.
– То, что слышал. Такого нового года у тебя точно не было.
Я скинула с плеч меховую куртку и потянулась к нему. Стала его раздевать.
– С тобой я чувствую себя мальчишкой после армии.… Хочу тебя невероятно…
Он перехватил мои запястья и нежно поцеловал каждое, обжигая горячим дыханием.
– Меня так ещё никто не целовал.
Паша сделал дорожку поцелуев до локтя, а сам скинул с себя куртку.
Страсть разгоралась и кружила в воздухе между нами. Я чувствовала, как его руки трепетали вокруг меня, словно миллион бабочек. Его пальцы невесомо касались моей голой кожи на шее, руках, плечах.
Я задышала чаще, крепко держась за его плечи. Он словно дразнил меня, медлил. Не позволял себе большего.
– Ты сводишь меня с ума, – тихо выдохнул он и вновь поцеловал. Обрушил на меня лавину своей неудержимой страсти.
Адреналин стучал в висках. А что, если в самый интересный момент откроются двери лифта?
Его руки мягко проникли под платье и потрогали спину, погладили живот, отчего я вздрогнула, ощутив его тёплые слегка шершавые пальцы.
Он притянул меня почти вплотную, крепко держа за талию. Его влажные губы легко коснулись шей. Я тихо вздохнула. Продолжая распалять мою кожу уже своим языком, Павел осторожно, медленно приспустил мои колготки до середины бедра. Я почему-то ощутила себя совершенно голой, хотя всё ещё оставалась в нижнем белье и платье.
Прохладный воздух охлаждал мои ноги, а Паша умело согревал их, сминая, поглаживая жаркими руками.
Я цеплялась за него, словно боялась упасть. Упасть в пропасть безумия вместе с ним.
Мои подруги, новый год, моя клаустрофобия. Всё это потерялось, стерлось из моих мыслей. Остались только мы вдвоем. Наши бьющиеся в унисон сердца, и рваное дыхание на двоих.
Ласки Паши усиливались, сплетались тугим узлом в низу живота.
Я никогда не чувствовала себя такой желанной как сейчас. Все недовольства собой ушли без следа. Я была уверенна, что я самая красивая и лучшая в мире.
Такого не было раньше. Я не открывалась настолько явно ни перед кем.
– Я хочу тебя, – сказал он тихо. Его движения медлили. Он ждал согласия. Моего решения.
– Я тоже хочу тебя, – произнесла я шёпотом, обнимая его.
Его руки метнулись вверх к самой шее. Туда где была молния платья. Плавно, но легко она поддалась ему.
Вот предательница. Дома я ее еле-еле застегнула. Я улыбнулась.
– Давай снимем это, – Паша помог мне снять платье.
Я предстала перед ним в чёрной ажурной, почти прозрачной комбинации.
Его взгляд теперь был прикован к моей груди, а ладони незамедлительно скользнули к застежке.
Паша переменился. Теперь он действовал быстро. Умело избавившись от кружевной легкой ткани, Паша прильнул к чувствительной голой коже.
Я тихо ахнула. Запустила пальцы в его
