Вашего появления здесь, – жёстко уточнил он.
– Прошу прощения, но я действительно не виноват. Я должен нарисовать портрет Вашей дочери, а не убивать Ваших людей.
Натаниэль на время умолк.
– Мистер Редвинг, неужели Вы хотите сказать, что все происходящее – дело рук кого-то из моих людей?
– Я не говорил подобного. Я лишь сказал о том, что не имею к этому никакого отношения.
Мистер Руссо замолчал.
…Я не был оскорблён, ибо прекрасно понимал опасения Натаниэля. Но в то же время, я был бы рад покинуть поместье, что должно произойти на следующий день…
Оставшийся завтрак они провели в полной тишине.
7
На следующий день картина была закончена. Уже ближе к вечеру Вильям отложил кисточку в сторону, любуясь результатом.
…Эта картина была одной из лучших, среди всех остальных моих работ.
Аманда была изображена, по моему мнению, просто безупречно. Все было прорисовано идеально, со всеми мелочами. От себя я добавил парочку деталей. Вспомнив, что в нашу первую встречу на Аманде был венок, я постарался максимально точно изобразить в её волосах веточку темно-золотистых листиков. Их же добавил на фон позади девушки и на ее плечо…
Вильям сообщил Натаниэлю об окончании своей работы. Тот устало улыбнулся и сказал, что обязательно посмотрит портрет завтра, а сегодня пускай Вильям останется на ночь. Художник по привычке согласился.
Сегодняшний день был гораздо тяжелее предыдущих, поэтому, едва вернувшись в комнату, Вильям тут же лег на кровать и уснул.
Была поздняя ночь, когда он открыл глаза. Спать совсем не хотелось. Хотелось свежего воздуха и прогулки под ночным небом, усыпанным звездами. Вильям быстро оделся и очутился на улице. Ночная прохлада приятно окутала тело со всех сторон, усталость как рукой сняло. Сам того не осознавая, Вильям пошел по дорожке, ведущей к пруду.
Ночью все было совсем по-другому. Начиная от воздуха, заканчивая шумом и шорохами, исходящими из ночного мрака.
…Шорохи… Они казались какими-то слишком громкими, по сравнению с обычными ночными. Я испугался. Обернулся назад и увидел её…
Вильям оглянулся.
Сбоку от него, по другой дорожке, шла Аманда. Она была одета в то самое платье, в котором он рисовал ее. Девушка не спеша прогуливалась по дорожке, даже не смотря вокруг себя. Ее взгляд был направлен прямо, точно на пруд. Вильям притаился в тени кустов, внимательно наблюдая за девушкой. Он переживал за неё.
Как бы не столкнули в воду… Если убийца рядом, то стоять вот так, на подмостках, совсем не безопасно. Скорее наоборот.
Со стороны поместья послышался шум, и Вильям тут же обернулся. Сердце бешено колотилось в груди от нахлынувшего страха. По дорожке бежала Лизи, и художник облегчённо выдохнул. Лизи не причинит Аманде вреда.
– Госпожа! Что вы тут делаете? Вы должны спать в своей комнате, – девушка остановилась возле подмостков, не подходя ближе. – Госпожа?..
Не получив ответа, Лизи взошла на подмостки и осторожно коснулась плеча Аманды. В тот же момент произошло то, чего Вильям совсем не ожидал.
…Аманда мертвой хваткой вцепилась в горло своей служанки и бросила ее в пруд, руками вдавливая лицо Лизи в воду…
Через пару минут ее тело всплыло наверх.
Словно почувствовав на себе чей-то взгляд, Аманда повернулась в сторону Вильяма. Находясь в кромешной темноте, она вряд ли могла догадаться о том, что смотрит прямиком в глаза Вильяма, наполненные диким ужасом. Стоило ей отвернуться к пруду, как мужчина тут же сорвался с места, стараясь как можно быстрее покинуть это скверное место.
Оказавшись в своей комнате, Вильям позволил себе, успокоиться, отдышаться и лечь в кровать. Успокоив себя мыслями о том, что завтра же покинет это место, он почти уже уснул, как вдруг дверь в его комнату открылась, и луна осветила ему хрупкую фигуру Аманды. Мужчина, дрожа от неописуемого страха, приподнялся на своей кровати, сжимая в руках край одеяла.
– Мисс Руссо? – Тихо спросил он, вглядываясь в очертания ее тела.
Аманда вздрогнула.
– Прошу прощения… – Сдавленно пролепетала она. – Я, верно, комнатой ошиблась. Извините.
Девушка поспешила выйти из комнаты.
Вильям еще долго сидел в кровати с бешено бьющимся сердцем.
…Аманда соврала мне, и я знал об этом. Возможно, я смог бы поверить в эту ложь, если бы не заметил в ее руках маленький ножик, изящно спрятанный за белыми оборками её прекрасного небесно-голубого платья…
8
На следующее утро, едва из-за горизонта показались первые лучи солнца, Вильям поспешил покинуть поместье, не сообщив о своем уходе. Деньги? Да черт с ними. Пускай забирают свой гребанный портрет и больше никогда не появляются в его жизни.
Ужас пережитой ночи сказался на нем. Он быстро собрал свои вещи и поспешил покинуть чертов Бирмингем. Он больше никогда не вернется сюда. Ни за что в жизни.
Спустя пару месяцев Вильям был вынужден вернуться обратно по личным делам. Какого было его удивление, когда в тот же день ему сообщили о том, что вся семья Руссо была зверски убита.
…Слуги утоплены, Натаниэль зарублен ножом, а Аманда подвешена к люстре в своей же комнате… Что, чёрт возьми, происходит в этом поместье…
Вечером того же дня, курьер доставил Вильяму посылку, запакованную в обычную бумагу. Разорвав бумагу, Вильям обнаружил внутри портрет Аманды. К нему была прикреплена записка. Ее содержимое заставило мужчину содрогнуться от страха. Он выронил записку из рук и зажал ладонью рот, лишь бы не вскрикнуть от ужаса.
«Ночью смерть выходит на подмостки. Ты знаешь об этом куда лучше других».
…Инициалы внизу послания говорили сами за себя…
«А. Р.». Аманда Руссо.
