атаке на Камчатку. На корабле есть рота морской пехоты и рота инженерного обеспечения с техникой, плюс топливо и боеприпасы на десять вылетов полной истребительной эскадрильи. Как только инженеры приведут полосу в порядок, мы на нее сразу перебрасываем двадцать четыре «Крестоносца» из VMF-333, а на Атту вместо них сажаем целых две эскадрильи, VMF-334 на «Крусейдерах» и VMF-314 на новых «Фантом-2».
– А вообще, сколько сил Корпус выделяет на эту операцию? – спросил командир флагманского тяжелого крейсера «Ньюпорт Ньюс».
– Не так много, как нам хотелось бы. Основные силы корпуса, вторая и четвертая дивизии, сейчас завязли на этой сраной Кубе, черт бы побрал наших разведчиков, которые попросту прохлопали развертывание на этой проклятой «сахарнице» целой армии русских, в довесок к этим чертовым ракетам, которые в итоге сожгли четверть Америки. Большая часть десантных кораблей тоже там. Первая дивизия сейчас умирает в Корее. Мы можем задействовать в операции только одну третью дивизию морской пехоты, и то неполную, один батальон из ее состава был разбросан по нашим базам, от Филиппин до Перл-Харбора и Японии, и, наверное, сейчас от него мало что осталось. Корабельный состав, который мы можем задействовать в высадке – десантные корабли-доки «Cabildo», «Catamount» и «Fort Marion», это батальон морпехов с легким вооружением и по одной батарее гаубиц 105-мм. Еще два корабля, «Colonial» и «Comstock», могут высадить почти полный танковый батальон, точнее, четыре танковые роты, и одну противотанковую роту. И еще один корабль-док, «Belle Grove», может высадить из состава артполка штаб, штабную батарею, батарею инструментальной разведки и остальные три артиллерийских дивизиона. Все это с запасами на пятнадцать суток боевых действий. И наконец, новейший десантный вертолетоносец «Иводзима», он всего год, как введен в строй. На нем тридцать вертолетов и почти полк морской пехоты с легким вооружением, именно с него наши парни должны первыми захватить плацдарм для высадки остальных сил десанта. Всю дивизию теми кораблями, что на данный момент в наличии, мы можем перебросить только в два приема. Сейчас все эти корабли в составе десантного конвоя идут за нами в пятидесяти милях к востоку, но скорость конвоя составляет семнадцать узлов, больше эти корабли не могут дать, все-таки все они ветераны прошлой войны, кроме «Иводзимы».
– Вы полагаете, этих сил хватит, чтобы зацепиться за Камчатку? – недоверчиво спросил командир авианосца «Форрестол», кэптен Лоуренс Гейс.
– Судя по данным разведки, мы собрали все, от спутниковых фотографий полугодовой давности, до записок аналитиков в Юме, у противника на полуострове одна, максимум две дивизии, одна из них точно механизированная. С воздуха их прикрывают незначительные воздушные силы, порядка одного авиационного полка, плюс некоторое количество зенитной артиллерии. О красном флоте в этом регионе, джентльмены, вы знаете больше, чем я.
На лицах собравшихся офицеров появились понимающие улыбки. Собравшиеся здесь люди прекрасно были осведомлены о силах Советского Тихоокеанского флота. Вернее, о его бессилии, ведь в открытом сражении даже одинокое «Таффи-72» могло вынести весь ТОФ, что называется, «в одни ворота».
– Продолжу. Итак, сухопутные силы противника, на первый взгляд, в несколько раз превосходят первую волну десанта. Но! Во-первых, они разбросаны по всему полуострову вдоль единственной транспортной коммуникации с севера на юг, от города Петропавловска до поселка Ключи, и даже далее до Усть-Камчатска, более чем на четыреста миль, это несколько суток непрерывного марша по отвратительным дорогам. Это при условии, если эта коммуникация будет находиться в это время в неповрежденном состоянии. Во-вторых, с воздуха эти силы противника прикрыты совершенно недостаточно. И, в-третьих, противник не знает, где мы будем производить высадку, и будет вынужден держать эти силы, как и подтверждают данные разведки, разбросанными по всему полуострову, чтобы прикрыть все. В итоге он не сможет прикрыть ничего, если перед высадкой нашего десанта авиация флота разрушит уязвимые узлы на этой коммуникации, дороге Петропавловск – Елизово – Коряки – Мильково – Долиновка – Козыревск – Ключи. Это многочисленные мосты. Три моста через реки Авача и Плотникова. Две переправы через главную водную артерию полуострова – реку Камчатка и мосты через ее многочисленные притоки – Андриановку, Кирганик, Кимитину, Быструю, Караковую. Сейчас на Камчатке до полного замерзания рек еще есть три недели в южной части полуострова и две – в центральной. И еще есть максимум месяц, когда установившийся лед на реках тонкий и не позволяет перебрасывать по нему технику. И, само собой, флот не должен позволить противнику перебрасывать подкрепления морем. Тогда количественное превосходство сухопутных сил противника не будет играть роли, мы его сможем бить по частям.
– Но мосты в основном деревянные, они легко восстанавливаются, – выразил сомнения кэптен Лоуренс Гейс. – И противник легко может за малое время организовать их восстановление, материал растет на месте, а рабочую силу легко взять, мобилизовав гражданское население в близлежащих поселках. Даже женщин и подростков, в прошлую войну красные так поступали постоянно.
– Ну, тогда надо превентивно просто-напросто нейтрализовать эту рабочую силу. Зачистить. Если мы собираемся взять этот полуостров себе, зачем нам здесь русские? Чтобы получить сомнительное удовольствие в виде партизанского движения? На организации которого русские собаку съели. Кстати, поселок Елизово уже назван в честь здешнего известного партизана, прославившегося во время борьбы с японцами после Первой мировой войны.
– Что конкретно вы предлагаете, полковник? – мрачно произнес вице-адмирал Холлуэй, до этой минуты не принимавший участия в обсуждении. И уже в глубине сознания понявший, каков будет ответ начальника оперативного отдела штаба третьей дивизии морской пехоты.
– У вас же в составе боекомплекта есть кассетные бомбы и выливные авиационные приборы с GB-газом? – флегматично произнес Эдвин Симмонс. – Нужно немного, всего по паре самолетов на шесть – семь поселков, которые расположены возле мостов. – И тогда мы решим проблему, захватив этот большой кусок земли без особых потерь и не зараженным радиацией. Причем это надо сделать в первом налете, для достижения максимальной эффективности.
Почти всех присутствующих покоробило то, с какой легкостью Эдвин Симмонс распорядился судьбой гражданского населения, но никто не возразил. В конце концов, это же были не американцы. И прекрасно подготовленные профессионалы начали уточнять этот план детально.
– …теперь по действиям в верхней части долины реки Камчатки. Там два больших моста через крупные водные артерии, в восьми милях к югу от поселка Мильково через собственно реку Камчатку и в шести милях к югу – через западный приток, реку Андриановка. Население Мильково, по оценочным данным, около четырех тысяч жителей. В пятнадцати милях к югу от моста через реку Камчатка расположен поселок Шаромы, население примерно триста жителей, военных объектов нет. В двух
