Читаем без скачивания Числовой код бессмертия - Николай Зорин

– Букет цветов?..

– Нет, лучше купите шампанского.

И звонкий, радостный смех, и снова голос Артура:

– Benissimo![3]

Зеркало потемнело, я больше в нем не отражался. Зеркало превратилось в черную бездну. Я судорожно пытался зацепиться за ускользающий голос Артура. Но бездна поглотила меня, бездна сомкнулась.

Глава 2

Он отступил один только раз, но наказание было жестоким. Потому что отступничество – все равно что предательство. Предательства не прощают, предательство карается высшей мерой. К этой высшей мере он и приговорен. Еще несколько дней назад невозможно было представить, что он, Артур Климов, абсолютный счастливчик, этой ночью захочет застрелиться.

Рулетка снова и снова начинает движение, круги наслаиваются один на другой, слой за слоем. Он всегда выигрывал, всегда, за восемь лет ни одного, даже случайного, незначительного проигрыша. Счастливая комбинация чисел возникала сама собой, стоило только прикрыть глаза и мысленно перенестись в этот город, в котором он никогда не был. Узкие, почти игрушечные улочки вплетались в круги рулетки и вытекали комбинацией выигрыша.

Но однажды он отступил, сбежал с кукольных улочек, бросил вызов и этому незнакомо-знакомому городу, и своему абсолютному знанию числа удачи. Он захотел сам, без постороннего участия выиграть. Один только раз, чтобы доказать… А потом снова вернуться. Но вернуться не получилось. Вернуться никогда уже не получится. Потому что отступничество – все равно что предательство. Этот город исчез для него навсегда.

Круги расслаиваются, рулетка завершает движение. Проигрыш! Снова и снова. Игра продолжалась третьи сутки, без перерыва, без сна. Рулетка, круги… Не перейти ли за карточный стол?

И здесь неудача. Палач точит топор – он, Артур Климов, сжимает в кармане пистолет. Маленькая стопка фишек – последних, больше купить он не может – тает. Он перебирает их пальцами, пытаясь на ощупь определить счастливую, ту, что вернет ему жизнь, ту, что остановит палача. Ведь бывает же так, что в последний момент смертную казнь заменяют другим наказанием, время от времени подобные чудеса случаются.

Проигрыш. Остается последняя фишка. Она лежит во внутреннем кармане пиджака, но трогать ее нельзя, эта фишка – талисман. Эта фишка – его первая фишка, купленная восемь лет назад. С этой фишки начался его счастливый путь. Он сделал на ней метку, прежде чем впервые поставить… И с тех пор всегда носил с собой на игру. Взял и сейчас, когда решился на этот злосчастный вызов. Но, может, она-то и вернет удачу? Нельзя на заклание отдавать талисман, и все же…

Нужно вернуться к рулетке и бросить последний вызов. Не вызов, какой уж тут вызов, жалкий шепот, мольба труса, на которого наставлен пистолет. Красные тяжелые портьеры, красновато-коричневые с позолотой стены – любимое его казино «Золотой лев», именно здесь он впервые выиграл, именно здесь началось его счастливое путешествие по волшебному городу. В этом казино постоянное время года – мягкая, радостная, солнечная южная осень, запах разноцветных листьев и спелого винограда, запах праздника. Узкие улочки… Зачем он сошел с этих улочек?

Рулетка, словно огромная воронка, поглощает, проглатывает все, что попадается ей на пути. Портьеры с тяжелым всхлипом исчезают в ее утробе, и солнце, и листья, и улицы закручиваются на спираль. Неразменная монета, талисман, счастливая фишка перемалывается этой дьявольской зубастой пастью. Все кончено.

Его оттаскивают от стола, довольно грубо – какая уж тут вежливость, когда ты стопроцентный банкрот! Ноги автоматически идут в бар. Здесь еще не знают, что он, Артур Климов, самый удачливый за всю историю существования казино игрок, стал абсолютным неудачником. Бармен еще заискивающе заглядывает ему в глаза, с приторной улыбкой подает тот особенный, жутко дорогой коньяк, который подавал все восемь лет его беспроигрышных посещений. И ждет тех особенных чаевых, которые Артур давал ему все эти годы – вместо денег игральную фишку, потому что бармен и сам заядлый игрок. Но сегодня он ничего не дождется!

Коньяк согревает. Коньяк отодвигает развязку. Бармен сочувственно кивает – догадался наконец, что произошло: игрок понимает игрока без слов, – но не верит, не верит. Мается рядом, не отходит, хочет что-то сказать – наверное, утешить, и не решается. В бар заходит новый посетитель, незнакомый, явный новичок, неуверенный в себе. Бармен неохотно переключается на него, тяжело вздыхает: что поделаешь, служба.

Коньяк… Зачем он соскользнул с этих улочек, зачем, зачем? Да, это тоже была игра: он бросил вызов, поставил на кон – игра вроде русской рулетки. Потому что пресытился, потому что обычная рулетка больше не давала того ощущения, больше не будоражила его: если всегда следует выигрыш, ты уже не игрок. Ну, что ж, теперь он проиграл. Все проиграл, жизнь проиграл. А выигрыша никогда больше не будет.

– Извините, пожалуйста.

Бармен! Артур о нем уже успел забыть. Что ему нужно?

– Не в обиду вам, а от всего сердца, я хотел бы предложить… немного денег. Взаймы. Вы отыграетесь, я в этом уверен.

– Денег? – Артур даже не сразу понял, о чем он. – Денег? Ах, да! Нет, спасибо, не нужно.

Никакие деньги ему уже не помогут. Он-то знает. Его безусловная удачливость не была случайностью. Просто он когда-то, сам не зная о том, заключил сделку. А теперь контракт расторгнут. Деньги… Нет, не помогут ему никакие деньги, что тут себя обманывать? Хотя предложение заманчивое.

А если он ошибается? Если все-таки еще раз попробовать? Занять у бармена, он ведь действительно от души предлагает, и попытаться снова? Может, это только черная полоса, которая рано или поздно у любого игрока наступает, и не было никакой сделки с мистическим городом? Занять и вернуться в зал?.. Хотя бы снова ощутить напоследок… А может, и не напоследок, может, удастся отыграться? Конечно, удастся. Вдохнуть этот запах: солнечной осени, узких, игрушечных улочек…

Ничего не получится! Бессмысленно. Допить коньяк и уйти, не становиться посмертным должником у этого симпатичного человека. Снять номер в какой-нибудь гостинице и исполнить то, что еще в состоянии сам исполнить. Дома это сделать было бы проще, но дома у него больше нет, проиграл он свой дом. Как и все проиграл. Допить коньяк, согреться напоследок…

Коньяк больше не согревает, но все равно. Рюмка опустела. Не заказать ли еще? Торопиться в любом случае некуда.

– Еще коньячку?

Снова бармен. Как он сегодня услужлив! Впрочем, он всегда был таким, только раньше его услужливость не замечалась: счастливые люди вообще мало что способны замечать вокруг себя.

– Да, пожалуйста.

Торопиться на эшафот было бы просто глупо. У коньяка послевкусие отчаянья, но все равно, все равно. И у бармена вид совсем несчастный, так он испереживался за чужую погубленную жизнь, а посетители бара, наоборот, как будто злорадствуют. Но лучше уж здесь, чем в одиночестве гостиничного номера, лучше этот коньяк со вкусом безысходности, чем стакан тепловатой затхлой воды из графина, чтобы привести себя в чувство перед окончательным прощанием. Занять бы чем-то глаза, руки, мысли.

На противоположном конце барной стойки забытый кем-то журнал. Потрепанный, старый, обложка наполовину оторвана, страницы по-желтели.

Артур сполз с высокого стула, взял журнал и вернулся на свое место.

«Абсолютный выигрыш». Так назывался этот рассказ. Артур наткнулся на него сразу, наугад раскрыв журнал. И не поверил, отнес совпадение к ошибке восприятия, к изъяну воображения, которое решило сыграть напоследок с ним злую шутку. Ведь так не бывает!

Но рассказ действительно назывался «Абсолютный выигрыш», и рассказ был о нем, об Артуре Климове, о счастливом игроке, который однажды бросил вызов своей удаче и стал предателем. Предал узкие, игрушечные улочки, которые столько лет неизменно выводили его к счастливой комбинации, предал незнакомо-знакомый город, предал поводыря своей судьбы. И удача от него отвернулась. Он проиграл. Трое суток, без перерыва, без сна длился этот ужасный проигрыш, пока не осталось у него ничего, кроме последней фишки, его талисмана.

Этот рассказ в старом журнале до детали, до мельчайшего нюанса воспроизводил его жизнь, а главное, сегодняшний день. Артур никогда и никому не рассказывал о своем талисмане. И о городе тоже, и об этих призрачно осязаемых улочках. Как же автор рассказа узнал? Кто он такой, этот автор?

Артур перевернул несколько страниц назад, вернулся к началу. «Абсолютный выигрыш». Автор Иван Молчанов. И фотография: хмурый тип примерно его возраста, немного за тридцать, с жуткой шевелюрой, словно год не был в парикмахерской, а так ничего особенного. Ни на демона, ни на пророка не похож этот Иван Молчанов. Но что-то знакомое в лице, да и в сочетании имени-фамилии тоже. Может, он его раньше знал, и этим все объясняется?

Не знал. Если и видел когда-то, то мельком: ехали вместе в электричке или стояли в очереди – что-нибудь в этом роде. И имя вполне заурядное – Иванов Молчановых в России тьма-тьмущая. И уж точно никаким случайным, мимолетным знакомством не объяснишь то, что Иван Молчанов о нем так много знает. Но главное даже не это. Журнал старый, трехлетней давности. Получается, Молчанов три года назад уже знал о том, что Артур вот сейчас проиграет? Именно так проиграет? И этот журнал, как он здесь оказался? Кто его принес и зачем?