Для ведения войны на море решающими факторами являются морские базы и материальная поддержка. Однако для координации деятельности разрозненных боевых кораблей и эскадр необходимо постоянное поддержание связи. По крайней мере в этом плане у Германии было преимущество.
Великобритания не видела настоятельной необходимости в новомодных технологиях. Для поддержания связи она полагалась на эффективную, очень обширную подводную кабельную сеть. С любого угла земного шара информация могла передаваться со скоростью молнии на любую английскую базу. С другой стороны, немногочисленные кабели Германии могли быть легко разрушены в случае войны, а поэтому страна оказалась вынуждена развивать другие коммуникационные технологии, а именно радио. Германская империя разработала самые мощные, самые современные радиопередатчики в мире. Имелись лишь небольшие провалы в связи в Индийском океане, восточной части Тихого океана и Америке. За исключением этих мест, германские радиоволны охватывали самые далекие места земного шара. На немецких торговых судах было больше радиоприемников, чем на любых других торговых кораблях в мире. Кроме этого, приемники, используемые германским торговым и военно-морским флотом, были более надежными, чем у какого-либо другого флота. Для войны на море эта технология имела огромное значение. Без нее Военно-морской флот Германии не смог бы добиться никакого успеха. Это играло роль даже в мирное время. Немецкие торговые суда широко пользовались этим средством связи, в то время как ВМФ Великобритании сильно полагался на телеграф.
И каким образом Военно-морской флот Германии представлял, если вообще представлял, военный конфликт с этой значительно более мощной морской державой, Великобританией?
Шкипер «Эмдена» был знаком с мыслями и мнением своего учителя и наставника Тирпица. В конце концов он ведь работал рядом с гросс-адмиралом в военно-морском департаменте на протяжении трех лет, и там морской статс-секретарь часто высказывал свое мнение. Некоторые из этих мнений сильно отличались от высказываний императора и Министерства Военно-морского флота во время их частых публичных заявлений. Командир корабля фон Мюллер был внимательным слушателем и считал адмирала своим духовным отцом. Несомненно Мюллер был обязан назначением на пост командира легкого крейсера «Эмден», которого он так желал, рекомендации гросс-адмирала.
Как знал Мюллер, гросс-адмирал Тирпиц в 1897 году возглавлял предварительную работу по разработке германского морского права. К тому времени набросок был уже подготовлен императорской морской комиссией. На императора особое впечатление произвела идея крупного и мощного заокеанского флота за пределами метрополии. Он хотел привлечь им внимание мира к могуществу Германии. Тирпиц же, с другой стороны, надеялся на создание сильного, хорошо скоординированного боевого флота в родных водах. По его мнению Германия не могла отправить крейсер для защиты своих интересов за рубежом, не вызвав этим шагом быстрого разрастания крупного конфликта, по крайней мере в большинстве стран мира. Даже такие страны, как Аргентина, Бразилия и Чили имели в своем распоряжении современные боевые корабли. За каждым заокеанским крейсером должен стоять мощный флот дома, если Германия хочет, чтобы он добился успеха. У Германии не имелось ни одной зарубежной базы, которую можно было бы использовать в случае непредвиденных обстоятельств. Тирпицу приходилось постоянно сражаться с непрофессиональной пропагандой, которая проталкивала идею создания сильного заокеанского флота крейсеров. Он был абсолютно уверен, что война с использованием трансокеанских крейсеров против Англии и других великих держав технически невозможна из-за отсутствия у Германии баз и месторасположения самой Германии. Военно-морские ведомства других стран несомненно осознавали проблему. Для Тирпица целью являлся боевой флот, который мог бы действовать между островом Гельголанд в Северном море и рекой Темзой. Таким образом Балтийское море окажется свободным и все попытки высадки десанта противника будут пресечены. Как командующий эскадрой крейсеров в Восточной Азии, Тирпиц на собственном горьком опыте научился, как может пострадать эскадра от простого отказа предоставить британские судоремонтные верфи или поставлять британские грузы на территориях, находящихся под контролем ВМФ Великобритании.
Ведущие круги в Военно-морском флоте Германии ухватились за французскую теорию, которая проповедовала, что функция военно-морского флота — это обеспечение береговой защиты и установление экономической блокады при помощи крейсеров. По-французски она именовалась guerre de course, или «война крейсирующих судов». Под влиянием этой теории высшее командование Военно-морского флота Германии развило концепцию заокеанского флота, и Тирпиц оказался завален работой, которой не было конца. Какое-то время теорию преподавали в Германской Военно-морской Академии, что заставило Тирпица вмешаться. Он считал неразумным и нецелесообразным критику развития флота в том виде, в котором оно зафиксировано в морском праве, высшим учебным заведением флота. Как Тирпиц сказал своим коллегам, он сожалеет о неспособности императора и ведущих военно-морских офицеров увидеть то, что желаемое ими создание заокеанского флота вымостит путь для полного разрушения морского права.
Для Тирпица строительство флота было вопросом не только денег, но также и стратегии. Он знал, что Германия не может позволить себе ни единой ошибки в оценках, если хочет иметь сильный военно-морской флот, способный сохранять мир через устрашение своим существованием. Император и часть офицеров (в особенности несущие службу за рубежом, к чему офицеры сильно стремились, но назначения за рубежом становились все менее и менее многочисленными) хотели тяжелых крейсеров для выполнения задач за рубежом. Однако Тирпиц строил быстрые, легкие крейсеры для рекогносцировки, а не сражений.
Изначальные заокеанские крейсеры были старыми броненосцами и имели постоянное место дислокации. Позднее добавились более современные суда, но у них не было оптимальной прочности, вооружения (по крайней мере пятнадцать орудий) и они не могли ходить на большие расстояния (из-за вместимости угольных бункеров), что требовала война в мировых океанах. У Англии и Франции имелось много более старых, мощных, тяжеловооруженных крейсеров для защиты своих колоний и морских путей; Германия не могла позволить себе разрабатывать такой специфический тип судна для выполнения задач за океаном.
Тирпиц хотел избежать отправления одиночных легких крейсеров и боевых крейсеров за океан, потому что в войне с Англией, без наземных баз, Германия их потеряет. Приняли компромиссное решение. В 1909-10 годах самые новейшие броненосцы «Шарнхорст» и «Гнейсенау» были отправлены в воды Восточной Азии.
Их строительство планировалось до введения Англией боевого крейсера, который за одну ночь сделал все другие броненосцы устаревшими. Развертывание новых немецких крейсеров проходило осторожно и ограниченно (потому что выделялось мало средств), но перемены произошли около 1909 года, когда старые корабли были объявлены слабыми, медленными, устаревшими и невпечатляющими. Началось строительство боевых крейсеров, критическое для миссии внутреннего флота, и была введена в действие политика постепенной замены старых крейсеров современными, изначально спроектированными для несения службы в ограниченных водах Северного и Балтийского морей. «Эмден» являлся как раз таким судном. Если таким крейсерам предстояло успешно защищаться в войне за океаном, то они могли добиться этого через находчивость своих командиров. В военно-морских кругах то и дело звучала критика легкого крейсера — он слишком легко вооружен. Однако следовало учитывать, что Германия строила только по два судна каждого класса в год. Морские законы изначально устанавливали три крейсера, но третий отменил Императорский парламент.
Таким образом Военно-морской флот Германии постоянно страдал от отсутствия крейсеров. Англия с другой стороны строила в три или четыре раза больше судов из-за трансатлантических обязательств. Из-за этого ВМФ Великобритании мог во время войны противопоставить самые современные легкие крейсеры немецким легким крейсерам, которых было меньше и которые были сделаны по старым проектам. Наконец на немецкий легкий крейсер следовало смотреть, как на компромисс между типом, спроектированным для несения заокеанской службы, и спроектированным для несения службы в родных водах. Составившие часть флота крейсеры были скоростными, причем более быстрыми, чем английские легкие крейсеры, построенные в то же время. Но британские были вооружены более мощными пятнадцатисантиметровыми орудиями; немецкие же до начала войны имели на вооружении только орудия калибра 10,5 сантиметров.
